Чтение онлайн

– ДА, МЫ ТАК И СДЕЛАЕМ, - соглашается Стоун, отступая назад и стягивая штаны.
– Я хочу тебя. И я собираюсь трахнуть тебя.

– Это не взаимопонимание. Это угроза, - произношу я.

Он ухмыляется.

– Это действительно так. Если только ты не хочешь все прекратить, и чтобы это больше не повторилось.

Я встаю со стола, одетая только лишь в подвязки, туфли, лифчик и пару порванных трусиков, но это не важно, я встаю перед ним.

– Вообще-то я думаю, что так будет лучше всего.

– Забудь об этом. Ты же это не серьезно.
– Он слишком уверен в себе.

Я смотрю на него и выкрикиваю:

– Но я действительно так думаю.

– Ты можешь так думать, но твое тело хочет совершенно другого!
– Его взгляд опускается к моей груди, а затем еще... ниже.

– Мы не можем быть вместе.
– Мой голос переходит в крик, и я продолжаю.
– Вне зависимости от того, чего хочет мое тело!

Он смотрит мне в глаза и хмурится.

– Ты боишься.

– Иди на хрен. Я не... боюсь. Просто это плохо для меня, да и какой в этом смысл для тебя?

– Смысл в том, что когда мы трахаемся, это лучшее из того, что я когда-либо делал. Вот. Этого достаточно? И не важно, с кем еще мы были. Только если ты согласишься принадлежать мне. Я обещаю. Черт, Ксавия! Я позабочусь о тебе.

Я в смятении. Он хочет загнать меня в угол.

– Это касается не только секса, - шепчу я.
– Это касается нас вместе и того, как это выглядит - это не самый хороший вариант для тебя. Ты забыл, кто ты есть?

– Эм... Давай посмотрим. Встречаться в отеле пока идет предвыборная кампания. Более чем уверен, все пройдет нормально!

– Боже! Не будь придурком. Хотя бы, когда речь идет о серьезных вещах.

– Слушай, ты можешь просто выключить режим стервы? Я не дебил.
– Он смеряет меня угрожающим взглядом. Я прекрасно вижу, что он хочет коснуться меня руками, а может даже и уложить на колени.

– Если честно, то и правда, ты не такой, но пока за тебя принимает решения твой член, твоя кампания может полететь к чертям, если один из нас не найдет правильного решения.

– Решения?
– повторяет он.
– Я вижу решение, детка. Ты моя. И то, что было между нами прошлой ночью останется между нами, пока мы оба не решим вынести это на публику.

– Ох, то есть тебя устраивает публичное обнародование того... что между нами? Мне нужно знать, какой у тебя план, Сенатор!
– Я чувствую, как меня накрывают дикие волны похоти и гнева. Это влечение - чистое сумасшествие, семнадцать оттенков ошибки, именно поэтому я не могу согласиться увидеть его полуголым снова.

– Не пойми меня неправильно.
– Беннетт сжимает челюсти, кажется ему нужно время, чтобы собраться с мыслями, когда он опускает взгляд на мою обнаженную киску и его член снова твердеет. Его лицо мрачнеет, и когда он встречает мой взгляд, его глаза готовы метать молнии.
– Позволь мне объяснить тебе. Мы трахаемся. Не зависимо от внешнего мира. Мы хотим трахаться и дальше. Мы будем трахаться дальше и будем делать это часами. Господи, днями. Я собираюсь показать тебе, что такое быть оттраханной до рая и обратно. Всеми возможными способами. Твой ротик будет моим, твои сиськи, твоя киска, твоя задница и все остальное. Это похоже на план?

Мы стоим очень близко так, что наши груди соприкасаются, но какая ирония. Моя - полуголая и его, прикрытая рубашкой и галстуком, вздымающаяся слишком часто.

– В какой части вселенной ты живешь? Разве ты не видел «дорогу смерти» в ярких неоновых огнях, по которой мы идем?

– Я не полный дебил, - отвечает он и отходит назад, не глядя на меня, оставляя стоять у стола.

Я смотрю, как он идет в ванну, заходит, но оставляет дверь открытой. Что ж, я не собираюсь просто стоять здесь или идти у него на поводу. Я подхожу к двери и останавливаюсь. Он у раковины выжимает полотенце, и когда я смотрю на него, мое сердце замирает. Складывается впечатление, что я действую по его плану и он коварно улыбается.

– Да?

– Хорошо. Ты можешь не быть полным дебилом. Но нет никакого шанса, что мы с тобой сможем работать вместе и не оглядываться на наши отношения.

Он встряхивает головой, стягивает штаны и боксеры вниз, полностью освобождая свой полувозбужденный член. Его член дрожит, и я задыхаюсь, встречая его потемневший взгляд.

– Не хочешь войти и присоединиться ко мне?
– спрашивает он с коварной улыбкой.

В ответ я закатываю глаза и неловко отхожу от двери.

Я не могу описать, насколько он раздражает. Его штаны лежат у его щиколоток. Губы изогнуты в усмешке. Дрожь желания прокатывается по моему телу, и я сглатываю, глядя на него. Я слышу, как застегивается молния, звенит пряжка ремня, поток воды становится сильнее, а потом наступает тишина. Когда мне кажется, что уже безопасно на него смотреть, я выглядываю из-за угла, Беннетт отходит от раковины.

– Иди, ложись, - приказывает он мне.

– Сначала объясни, что ты задумал, - требую я, желая убедиться в его склонности делать все так, как ему заблагорассудится.

– Что-то, что поможет тебе расслабиться.
– Он берет чистое полотенце и смотрит на меня так, будто я сошла с ума, решив ослушаться его приказа... снова.

– Могу я это сделать одетой?

Он останавливается напротив меня и его взгляд горит опасностью.

– Не совершай ошибки, заставляя меня объяснять все мои намерения. Боже, помоги нам, со временем ты научишься делать то, что я сказал с первого раза.

Стоя здесь я смотрю на него. Молча.

– Видишь, что я имею в виду? К какому типу женщин ты привык?

Я чувствую, что готова вонзиться в него ногтями, пока он не станет нормально отвечать.

– Черт, Кеннеди! Мне нравится мысль о твоей киске, заполненной моей спермой, и я понимаю, что тебе может быть некомфортно ходить в таком состоянии. Весь день. Дорогая.

С полотенцем на плече он выходит из двери и обходит меня. Я игнорирую его грубые слова, но в его голосе привлекательно сквозит собственничество... и этот тон проникает под кожу. Впервые он не выглядит чересчур властным. Он наклоняет голову, и это действие в сочетании с его открытым зеленоглазым взглядом заставляют меня трепетать.