Чтение онлайн

— Тебя бы убило, если бы пальцем пошевелил? — Я задыхаюсь.

Пот струйками стекает по моей шее. Коробку трудно удержать в моей скользкой хватке.

Девлин пожимает плечами. — Возможно.

Закатив глаза, я без его помощи затаскиваю ношу в багажник. Он заполнен моими любимыми книгами. Больше я с собой ничего не беру. Рядом с коробкой лежит залатанный вещмешок, набитый кое-какой одеждой. Кроме этого у меня есть рюкзак, полный школьных принадлежностей, и две мои униформы.

Девлин настоял на том, чтобы заехать за мной, чтобы убедиться, что я не отступлю. Его механик должен был забрать мою Corolla позже и подвезти ее.

В понедельник у нас выходной. Я буду заперта три дня подряд в огромном доме Девлина.

Это безумие.

Я переезжаю к Девлину.

И все потому, что этот высокомерный мудак считает оплату маминых медицинских счетов платой за свое требование.

Благодарное облегчение борется с той частью меня, которая возмущена тем, что он использует свою финансовую помощь, чтобы манипулировать. Теперь он считает, что владеет мной даже больше, чем раньше. Это больше не похоже на игру, чтобы унизить меня в качестве мести.

Все гораздо темнее, извращеннее и зловещее.

Я должна снова приспособиться к его играм разума. Если я этого не сделаю, он проглотит меня целиком в проклятии и адском огне, поглощая меня до последнего вздоха.

Проблема не в том, чтобы танцевать с дьяволом.

А в том, что я готова и дальше продавать ему свою душу, если это означает, что мама получит лучшее лечение и первоклассную медицинскую помощь.

Мы никогда не смогли бы позволить себе отдельную больничную палату, не говоря уже о поездке на скорой помощи, с нашим отсутствием страховки и ограниченным доходом.

— Это все? — Девлин осмотрел мою жалкую коллекцию вещей. — У тебя нет больше?

Возможно, он видит хлам, но для меня это самое ценное — моя коллекция книг и несколько моих любимых распечаток народного творчества, которые я взяла в библиотеке. Тщательно собранный комплект книг — одна из немногих вещей, которые я сохранила для себя.

Я пожимаю плечами. — Это все. Остальное может остаться здесь.

— Тогда запри свою коробку из-под обуви размером с крысу и давай убираться отсюда. Это место угнетает, а твои соседи все время пялятся на Рэда.

— Они мысленно прикидывают, сколько они могли бы получить только за твои диски.

Девлин опускает солнцезащитные очки и смотрит поверх оправы. — Я не предложу им такую же сделку, как с тобой, если они тронут мою тачку.

От его взгляда у меня внутри все завязывается в узел. Горячее и холодное чувство пробегает по моей коже, заставляя меня дрожать.

Стряхнув его, я бегом возвращаюсь к трейлеру и медлю у открытой двери, заглядывая внутрь. В этом месте нет ни малейшей привязанности, без мамы здесь нет ощущения дома. Просто пустое пространство с несочетаемой мебелью, пытающейся создать уют.

Люди — это твой дом, а не место, где ты живешь.

Кивнув себе, я закрываю дверь.

Аренда трейлера оплачена на следующие два месяца. Поскольку Девлин оплачивает медицинские счета, я смогла использовать сэкономленные до сих пор деньги, чтобы сохранить наш трейлер. Просто на случай, если состояние мамы улучшится. Я хочу, чтобы она возвращалась домой из больницы без забот.

Прошло четыре дня. Каждый день после школы я ходила посидеть с ней, делая домашнее задание у изножья кровати. Она выглядит лучше. Цвет кожи вернулся, но врачи не хотят выписывать ее без дополнительных анализов.

По крайней мере, она получит хорошую передышку в уютной частной больничной палате, чтобы отдохнуть.

И все это за счет Девлина.

Я бросаю на него взгляд, когда мы забираемся в красный Porsche. Он поправляет солнцезащитные очки и включает плейлист, как только его телефон подключается к Bluetooth. Машина наполняется призрачным лоу-фай битом.

Гравий скрежещет под шинами, когда Девлин заводит двигатель и выезжает из сообщества неудачников, которое я называла домом последние несколько лет.

Наблюдать в заднее стекло за тем, как уменьшается трейлерный парк, когда мы уезжаем, странно горько-сладко.

Я с нетерпением ждала возможности покинуть это место в течение многих лет. Чтобы поступить в колледж и получить возможность улучшить нашу жизнь. Вот на что похожа эта свобода?

— У тебя будет судорога в шее, если ты собираешься сидеть так все время.

Пыхтя, я ерзаю на сиденье, пощипывая обтрепанные края своих обрезанных шорт. Мы быстро покидаем более грубые районы Риджвью и более симпатичные дома пролетают за окном, когда мы приближаемся к Скалистым горам.

Девлин выглядит расслабленным. Он откинулся на спинку водительского сиденья, переключая передачи так, словно это в порядке вещей. Одна рука лежит на руле, а другая барабанит по воздуху в такт звучащей песне. Эта песня больше похожа на рок, смешанный с синтезаторными ритмами. Я бы не сказала, что он слушает что- то подобное.

Я наматываю кусок джинсовой ткани на палец, чтобы не отвлекаться и стараюсь не ковыряться в ногтях. Чем дальше машина забирается в горы, тем больше мой желудок трепещет от нервов.

— Поскольку в понедельник у нас выходной, я собираюсь увидеться с мамой.

Девлин хмыкает.

— Джемма написала мне вчера вечером. Они с Лукасом едут из колледжа Оук Ридж на выходные.

Я надеюсь, что у меня будет время увидеться с Джеммой, так как Лукас живет через озеро от Девлина.

— Не говори Джемме о нашей сделке. — Девлин бросает на меня косой взгляд. — Или Лукасу.

Я фыркнула. — Я вообще-то не разговариваю с Лукасом. А твои правила — полная чушь.

— Серьезно. Не говори никому. Это не то же самое, что заставлять тебя крякать, как утка, потому что это смешно.

— Неважно.

Я прислоняю руку к окну, когда мы въезжаем в огромный подъезд Сильвер Лейк Форест Эстейтс. Мой желудок выворачивается наизнанку, как при падении на американских горках. Девлин молчит, пока мы едем по территории, проезжая мимо теннисных кортов и бассейна. Я с усмешкой смотрю на вывеску скалодрома. У этих заносчивых богачей есть все.

Через несколько минут Девлин проезжает через железные ворота перед своим домом и паркуется на круговой дороге.

Огромный современный особняк в стиле хижины возвышается среди деревьев, охраняющих его. При дневном свете он прекрасен.