Чтение онлайн

Он придвигается ближе к моему отцу, который скрежещет зубами, поднимаясь на ноги, не желая, чтобы на него смотрели сверху вниз.

— Ты нарушил свое слово, Ревено. Мне следовало бы свернуть тебе шею.

Я напрягаюсь, но губы Бастиана находят мое ухо, целуя меня туда, как будто желая заверить, что все в порядке. Что я не собираюсь смотреть, как убивают моего отца, как я боюсь.

Мой отец высоко держит голову, маленькие капельки пота теперь выступают у него на лбу, хотя он и не обращает на это внимания.

— Я делал то, что нужно было сделать, чтобы защитить свою семью.

— Трахаясь с моей? — Огрызается Энцо, прижимаясь ближе. — Ты позвал меня сюда, чтобы забрать дочь, которая тебе нравится, но я выбрал ту, которую хочу, и когда я уйду отсюда, я уйду с ней на буксире. Если ты снова вмешаешься, то умрешь прежде, чем успеешь моргнуть. Это понятно?

Святое. Дерьмо.

Никогда в жизни я не слышала, чтобы мужчина так разговаривал с моим отцом. Энцо должен был лежать на земле, его тело уже остывало бы из-за того, что он просто ступил на территорию без разрешения, и все же мы здесь, а мой отец даже не тянется за пистолетом.

Глаза моего отца напрягаются, и он смотрит на меня с извинением во взгляде, когда снова поворачивается к Энцо.

— Я не знаю, где находится Бостон. Она узнала, что ты уже в пути, и сбежала.

Энцо рычит, бросаясь вперед и хватая моего отца за горло, прежде чем ударить его о стену с такой силой, что она сотрясается. Я вздрагиваю, впиваясь ногтями в руку Бастиана. Мы не можем бороться с Энцо. Не тогда, когда его преступная организация соперничает с организацией моего отца, и не тогда, когда его методы темнее, чем новые подходы, которые мы с девочками пытаемся найти.

— Ты лжешь, — говорит он сквозь стиснутые зубы.

— Я клянусь жизнями обеих моих девочек. Она ушла.

Грудь Энцо вздымается, а мышцы Бастиана напрягаются, прижимаясь ко мне. Как он, должно быть, и подозревал, Энцо разворачивается, бросаясь к нам, но у Дельты стрела, нацеленная ему в сердце, у Бронкс кинжал на кончиках пальцев, а затем появляется Хейз, привлекающий всеобщее внимание своим смехом. Наши взгляды устремляются к потолку, и там он сидит, высоко на стропилах, свесив ноги, в его руке крутится гребаный топор.

Он ухмыляется, зажимая самый острый край в ладони и направляя его обратной стороной на Энцо.

— Подойди ближе к моему парню, я раскрою твою гребаную башку, пока остальные будут уничтожать твою команду. В зале нас больше, мы просто ждем, когда ты сделаешь неверный шаг. Будь хорошим мальчиком, и я отведу тебя к твоей даме.

— Ты знаешь, где она? — Спросила я. Энцо сплевывает.

— Я знаю. Увидел милую маленькую беглянку. Поймал ее, загоняя в ловушку.

Энцо ворчит:

— Я скормлю тебя своей тигрице, конечность за конечностью, если ты прикоснулся к какой-либо ее части.

— Коснулся только хороших частей.

Энцо выхватывает из кармана пистолет и стреляет. Бастиан разворачивается, толкая меня себе за спину, и они оба двигаются одновременно, направляя пистолеты друг другу в лоб.

— Мы заключили сделку, Бишоп. — Энцо задыхается от ярости. — У тебя есть твоя женщина. Я хочу свою.

О, ему нравится моя сестра?

Я прихожу в себя, когда Бастиан нажимает на спусковой крючок, его челюсть сжимается.

— Если у него пойдет кровь, ты умрешь.

— Если ты убьешь меня, тысячи людей постучатся в дверь.

— Многие постучатся в дверь, как только узнают, что Райо Ревено больше не лидер этого заведения, несмотря ни на что.

Моя голова поворачивается к Бастиану, шок и ужас угрожают вырваться из моего горла, как рвота, но затем он говорит:

— Хейз скажет тебе, где твоя девушка, и когда ты уйдешь отсюда, ты расскажешь об этом всем. Пусть мир узнает, что король ушел в отставку, и Роклин теперь их королева. Чтобы добраться до нее, они проходят через меня. Чтобы добраться до меня, они проходят через Хейза.

— Если Бостон не захочет ехать, никто ее не заставит, — добавляет мой отец.

Рука Энцо опускается, и он смотрит на моего отца, пристально глядя ему в глаза, пока тот поправляет свой пиджак.

— Если бы ты заставил ее почувствовать, что она стоит хотя бы половины того, что чувствует твоя другая дочь, она бы не так отчаянно стремилась уйти с самого начала.

Лицо моего отца вытягивается, и, не сказав больше ни слова, Энцо выходит, многозначительно взглянув на Хейза, чтобы убедиться, что он следует за ним.

Я смотрю на своих друзей, на своего отца и, наконец, на Бастиана.

— Кому-нибудь лучше объяснить, что, черт возьми, происходит, и побыстрее.

Бастиан кивает, хватает мои костяшки пальцев и подносит их ко рту, но прежде, чем он успевает заговорить, мой отец потрясает комнату, когда в спешке говорит,

— Отто Хеншо мертв.

Все взгляды устремляются на него, но он смотрит на меня.

— Он убил твою мать.

Мои мышцы сжимаются.

— Самый молодой Греко, это не Греко. Он, твоя кровь. Моя… кровь.

Я хмурюсь еще больше, воздух в моих легких застревает. Его кровь? Что …

— И, милая… — Руки Бастиана крепче обхватывают меня, его губы находят мой висок. — Сай не предавал тебя.

У меня перехватывает горло, волна тошноты накатывает на меня, но Бастиан знал, что это произойдет, поэтому его объятия поддерживают меня. Это… много. Так много. Слишком.

Я даже не могу сразу осмыслить то, что он сказал, но когда мой папа произносит свои следующие слова, я забываю обо всех остальных, с пристальным вниманием слушая то, что он, должно быть, только что узнал сегодня вечером.

— Почти шесть лет назад Сай отправился на поиски и нашел кое-кого, в кого он верил. Кого-то, в ком он что-то увидел, что-то сильное и жизнерадостное. Кого-то, не связанное с нашим миром, кто рос бы без коррупции или жадности. Который пришел из тьмы, но у которого все еще было сердце и ясный ум со свежими глазами.

Отец поднимает глаза, и я следую за ним, обнаруживая пристальный взгляд Бастиана, сфокусированный на мне, как лазер. На заднем плане мой отец продолжает, но я пленница глаз этого человека и не смею отвести взгляд.