Летал голубь, ворковал,По терему прилетал,Слушал голубь, что говорят;Степан сударь говорит:— Александра, жизнь моя,Николавна, лапушка!Роди сына сокола,Белым личиком в себя,Умом-разумом в меня;За выслугу за твоюСошью пару парчеву,Душегрейку золоту;Носи пару, не жалей,Рости сына, да лелей;Твоя будет честота,А мне, молодцу, похвальба,Удалому похвальба.
17
«На сговоре, на девичничке…»
На сговоре, на девичничке,На девичьем было вечере,У Аграфены было в теремеУ Ивановны в высокием.Ей в ночи младой мало спалось,Мало спалось, во сне виделось;Ей не ловок сон привиделся:Прилетал же к ней ясён сокол,Он садился к ней на окошечко,На златую на причелинку.Что увидела яснова соколаАграфенина-та матушка:— Ох ты, дитятко, Аграфенушка,Ты приветь, приголубь ты яснова сокола!— Ты родимая моя матушка!Я бы рада приветила яснова сокола, —Мое сердце не воротится,Живот кровью обливается,Лице слезьми омывается.
18
«Уж ты, мать моя, матушка…»
Уж ты, мать моя, матушка,Ой ты, моя сударыня!Ты взойди, моя матушка.Ты во мой во высок терём,В мою новую горницу,Во столовую светлицу;Гей, ты сядь, моя матушка,На мое на большо место,Впереди под окошечком;Погляди, моя матушка,На мою на русу косу,На девичую косыньку!Уж не долго мне, матушка,Во косе красоватися,Во русой величатися!От субботы до субботы,До сговора-девичничка,До девичьего вечера.
19
«Соболями Федосьюшка все леса прошла…»
Соболями Федосьюшка все леса прошла,Соболями Петровна прошла леса тёмные;Она крыла леса алым бархатом,Она покатила золотым кольцём;Что пришло, прикатило к синю морю,Вскрикнула, взгаркнула громким голосом:— Есть-ли у синя моря перевощичек,Кто б перевез да меня молоду,Да меня молоду на тоё сторону?А та сторона мне давно не мила. —А те словеса не понравились;Где невзялся выйскался Ларивон Фомич:— Душенька Федосьюшка, не плачь, не тужи,Не плачь, не тужи: я корабль пришлю,Я корабль пришлю со боярами.— Нейду, не хочу я на твой на корабль!Твой-то корабль качлив без ряду,Кони твои самодурливы,Бояре твои напосмешливы.— Душенька Федосьюшка, будь сама добра!Буйну голову держи поклонную,Сердце ретивое, покорное.Не плачь, не тужи, Федосьюшка!Соколом прилечу, под крылом унесу!
20
«Крепкая стена белокаменная…»
Крепкая стена белокаменная,Крепче ее нет изо всей Москвы;Крепкое сердце Аграфенушкино,Крепче ее нет изо всей родни.Не плачет она ни по батюшке,Не плачет она ни по матушке;Только она плачет по русой косе,Только возрыдает по девичьей красоте;— Ой, свет, моя руса косынька!Свет девичья моя кросота!Не год я тебя косыньку чёсывала,Не другой я тебя русую плётывала!Вставанье мое было раннее,Моченье мое было мокрое,Чесанье мое было гладкое,Плетенье мое было мелкое.Вечор мою косыньку девушки плели,Золотом косыньку перевели,Жемчугом русую перенизали.Бог суди Никифора Агаповича!Прислал ко мне свашеньку не милосливу,Не милосливу и не жалосливу:Взяла мою косыньку рвать порывать,Все золото с косыньки посорвала,Весь жемчуг из русой порознизала,Разложила косыньцу на две косы,Положила косыньку поверх головы:Тут тебе, косынька, и век вековать,Век вековать и конца не видать!
21
«Ой не пава по дворью ходила…»
Ой не пава по дворью ходила,Но павлиные перья роняла;А ходила, гуляла Аграфена,Аграфенушка вокруг терёму,Ивановна вокруг высока;Она ходя слёзы ронила,Во слезах она речь говорила:— Мой немецкий замок, отоприся,Полужённая цепь, отложися,Кипарисова дверь, отворися,Шитый браный положок, распахнися,Тесовая кровать, покачнися;Встань, проснись, моя матушка родима!Уж не год мне у те годовати,Не неделюшку мне гостити;Одну ноченьку мне ночевати,И тоё во слезах не видати;Во молитве всю ночь простояти,В руках свеченьку мне продержати.
22
«Ой, под лесом под тёмныим шелкова трава…»
В доме у нас хороводная
Ой, под лесом под тёмныим шелкова трава.По той траве донской казак погуливает,В звончатые гуселюшки поигрывает,Выбирает донской казак невесту себе.Выходила красна девка, тонка, высока,Тонёхонька, высоконька, собой хороша.Пойти было к суседушкам спросить про нее:— Суседушки-голубушки, каков человек? —Суседушки-голубушки не хвалят ее.— Спасибо вам, суседушки, что не женили вы меня! —Ой, под лесом под темным шелковая трава.По той траве донской казак погуливает,В звончатые гуселюшки поигрывает,Выбирает донской казак невесту себе.Выходила красна девка, тонка, высока,Тонёхонька, высоконька, собой хороша.Пойти было к суседушкам спросить про нее:— Суседушки-голубушки, каков человек? —Суседушки-голубушки всхвалили ее.— Спасибо вам, суседушки, что женили вы меня,Приходите, суседушки, на свадьбу ко мне. —Пиво варил, вино курил, меды становил.
23
«Ох ты, милый друг, научи меня…»
Хороводная
Ох ты, милый друг, научи меня,Научи меня, как домой прийти.— Ты пойди домой широким двором.— Мой широк терем растворён стоит,А мой милый друг за столом сидит,Гуся рушает, хлеба кушает,Ох ты, хлеб да соль, ты, мой милый друг,Хлеба кушати, молода жена.Мой высок терём растворяется,А мой милый друг подымается,За шелкову плеть принимается,Муж жену учил, муж угрюмую,Муж угрюмую, нелюбовную.Уж и тут я дружку не корилася,Свекру-батюшке поклонилася:— Свёкор-батюшка, отыми меняОт постылого, от негодного.Свёкор-батюшка велит больно бить,Свёкор-батюшка велит слушаться.И тут я дружку не корилася,Я свекровушке поклонилася;— Свекровь-матушка, отыми меняОт негодного, от постылого. —Свекровь-матушка велит больно бить,Свекровь-матушка велит слушаться.Уж и тут я дружку не корилася,Деверьку-братцу поклонилася:— Деверёк-братец, отыми меня,Отыми меня от негодного,От негодного, от постылого.Деверёк-братец велит больно бить,Деверёк-братец велит слушаться.И тут я дружку не корилася,И золовушке поклонилася:— Ты золовушка, отними меняОт негодного, от постылого.Как золовушка сильно сердилась,Отняла меня от негодного,От негодного, от постылого.
24
«Вдоль по улице репень…»
Вдоль по улице репень,Вдоль по широкой репень,Репень стелется-расстилается,Расстилается, первивается.Как по этому репню две сестрицы шли,Они шли-прошли, становилися,Становилися, споклонилися.Что сестра-то сестре стала спрашивать:— Каково тебе, сестрица, за старым жить?— Мне за старым жить, только век дожить:Не белиться мне, не румянитьсяИ мне черными чернилами не сурмливаться.Вдоль по улице репень,Вдоль по широкой репень,Репень стелется-расстилается,Расстилается, первивается.Как по этому репню две сестрицы шли.Они шли-прошли, становилися,Становилися, поклонилися.— Каково тебе, сестрица, за малым жить?— Мне за малым жить, только век дожить:Не белиться мне, не румянитьсяИ мне черными сурмилами не сурмливаться.Вдоль по улице репень,Вдоль по широкой репень,Репень стелется-расстилается,Расстилается, первивается.Как по этому репню две сестрицы шли,Они шли-прошли, становилися,Становилися, поклонилися.Что сестра-то сестре стала спрашивать?— Каково тебе, сестрица, за ровней жить?— Мне за ровней жить только радучи:И белиться мне, и румяниться,И мне черными сурмилами сурмливаться.
25
«Ой молодость, молодость, девичья красота…»
Ой молодость, молодость, девичья красота,Ой люли, ой люли.Чем мне тебя, молодость, при старости вспомянуть?Вспомяну тебя, молодость, тоскою-кручиною,Тоскою-кручиною, печалью великою.Пойду, млада, по воду с ушатами-ведрами,С ушатами-ведрами, с дубовыми веслами,Ведра пущу под гору, сама взойду на гору,Сама взойду на гору, раскинуся яблонью,Яблонью кудрявою да грушей зеленою.Тут ехали господа семидесять города,Срубили ту яблоньку по сам был корешок;Тесали из яблоньки доски тонки, долги.Делали из яблоньки гусли, гусли звонки.Кому в гусли поиграть, под гуслями поплясать?Играть было молодцу, плясать было девице.
26
«Сватался вор Яшка…»
Сватался вор ЯшкаСемь лет по Устиньи,Наряжался вор ЯшкаВо девичье платье,Выходил же вор ЯшкаНа улицу гуляти,В хороводе плясати,— Вы, девушки-подружки,Сходите за Устиньей. —На ту пору УстиньяСкорехонько соряжалась,На улицу выходила,В хороводе плясала.Схватил же вор ЯшкаЗа русую косу.— Ты, девушка Устинья,Пойдешь ли за меня замуж?— Либо пойду, либо нет,Либо я постригуся.Вы, девушки-подружки,Скажите моей мати,Искала бы меня матиВо Марьиной рощеПод красной сосной.Я кровью венчалась,Ножом обручалась.