Не ясен сокол пролётывал, —Добрый молодец проезживал,Он солдатчину проведывал.У мужика было богатаго,Два сына были любезные,А третий-та сын постылый был.Уж меньшой-то сын расплакался,Отцу с матерью разжалился:— Гей, родимый ты мой батюшка!Гей, родная моя матушка!Али я вам не поилец был?Али я вам не кормилец был?— Сыновья мои любезные!Вы пойдите во зеленый сад,Уж вы срежьте все по жеребью:Большому брату калиновый,А среднему малиновый,А меньшому жиломустовый [10] ;Вы подите на Дунай-реку,Кинте жеребьи в быстру реку:Уж и чей жерёб на дно пойдет,Тому сыну во солдатушки идти. —Больши братья перьво кинули:Уж больших-то братьев жеребьиПоверх воды они плавают;А меньшего-то брата жеребий,А меньшего-то, как ключ, ко дну.Уж меньший-то брат расплакался:Отцу, матери разжалился:— Гей, родимый ты мой батюшка!Гей, ты, моя родна матушка!Али я вам не поилец был?Али я вам не кормилец был?Бласлови ты меня, батюшка,На чужу дальню сторонушку!Не покинь ты, родной батюшка,Не покинь ты, родна матушка,Вы мою-ли молоду жену,Да со малыми со детками!
10
Дерево жимолость.
Деревня Воронки
Эпическая поэзия
50
ИЛЬЯ МУРОМЕЦ И РАЗБОЙНИКИ
На Ильюшеньке смур кафтан,Здунинай най! [11]Крутожёлт тафта [12] .Что напали на ИльюшенькуВоры разбойнички,Что хотят-то ИльюшенькуРазбить-разгромить,Во полон полонить.— Вы отстаньте, воры разбойнички!Вам меня не разбить, не разгромить,Ни в полон не заполонить!Что же вам с меня хочется?Со мной нет ни злата, ни серебра.Вот на мне-то есть одна шубёночка,Есть шубёночка крутожёлтенька,Крутожёлтенька, тафта тоненька.Они всё-таки от него не отстают.Они всё хотят разбить-разгромить,Разбить-разгромить, во полон полонить.Он натягивает струну тоненьку,Запущает калену стрелу.Ему жалко их до смерти убить.Запускает стрелу в мать сыру землю:Где калена стрела шла, на косую сажень драла.
11
Повторяется после каждого стиха.
12
Рудожелт (?).
51
БОРИС И ГЛЕБ
Жил тут был Володимир князь,У него было ровно десять сынов,Из них он любил троих сынов,Бориса любил сына и Глеба,А третьего Опорхала.Послышал князь Володимир скорую кончину,Делил он своё царство на три доли:Борису отказывал город Киев,А Глебу отказывал город Вершень,Опорхолу отказывал Чернигород.Опорхолу мало показалося.Задумал Опорхол пиры пировати,Отца своего, мать поминати.Поехал Опорхол братьев звати:— Поедемте, братцы, пиры пировати,Отца своего, мать поминати! —Борис и Глеб книги раскладают,По числам дела разбирают:— Ох, братец ты, братец Опорхол!Отцу нашему, матери числа не выходят.— Поедемте, братцы, поскорее:У меня хлеб-соль припасёные. —Они ехали болотами, солотами [13] ,Темными лесами и потопами.Середи пути-дорожки становилися;Опорхол долой с коня солезает,На Бориса ножик вынимает,Бориса ножём зарезает,А Глеба копьём закалает.Они ему возмолились:— Братец ты наш, братец, Опорхол!Коли тебе мало показалось,Возми ты у нас всё именье,А нас возми в услуженье:Мы будем служить как царю и богу! —Опорхол на их слова не сполегает,Бориса ножём зарезает,А Глеба копьём закалает;В болота, в солота их сволокает,Листом, хворостом закладает.Находили на том месте святые мощи;Провалился Опорхол скрозь земли;Становился столб огненный от земли до неба,Соезжалися попы, архиреи,Все люди, честные химандриты,Подымали святые мощи на головку,Понесли святые мощи в божью церковь.
Что у нас поле за пыль пылит.Пыль пылит и война стоит?Там огни горят, русских полонят.Доставалась теща зятюшке.Он привел тещу к широку двору;— Ты встречай, жена, встречай, барыня,Я привел тебе бабу старую.Бабу старую, полонёную.Ты заставь ее трех дел делати:Рученьками бел кудель прясти,Глазоньками гусей пасти,Ноженьками дитя качать.Качает дитя, прибаукивает:— Ты баю-баю, дитя милое,Ты по батюшке роду турского,А по матушке роду русского.Твоя-то мать моя дочь родна,Полонили ее девяти годов,Девяти годов по десятому.Услыхали ее няньки-мамушки,Прибежали они к своей барыне:— Ах ты, барыня, наша сударыня,Что говорит баба старая.Качает дитя прибаукивает:«Ты баю-баю, дитя милое,Ты по батюшке роду турского,Ты по матушке роду русского.Твоя-то мать моя дочь родна,Полонили ее девяти годов,Девяти годов по десятому».— Государыня моя, матушка!Вот тебе золоты ключи,Отпирай кованы ларцы,Ты бери казны сколько надобно,Ты поди, мати, в святую Русь.
53
ГРОЗНЫЙ ЦАРЬ ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ
Грозный царь Иван, сударь, Васильевич,Созывал он почёстный пир.Всех князьёв и господ бояр;И хвалился Грозный царь,Иван, сударь, Васильевич:— Взял я Казань, взял и Астрахань,Взял великий скобы Новгород [14] ,Вывел измену из каменной Москвы! —Его сын и возговорит:— Ты, родимый мой тятинька,Грозный царь Иван Васильевич!Не во гнев бы твоей милости!Не хвались ты, мой тятинька:Взял ты Казань, взял и Астрахань,Взял великий скобы Новгород, —Не вывел измену из каменной Москвы.Что измена-то с тобой за одним столом,За одним столом пьёт и кушает,Бела лебедя рушает,С одного блюда, с одной ложечки! —Грозный царь Иван Васильевич:«Уж и как же нам свово сына известь?»Выходил он на новое крыльцо,Закричал он громким голосом своим:— Ино есть ли у меня палачи,Палачи-то удалы молодцы,Чтоб срубили сыну головуДа по самыя по плечики,По его бы по могучия,Положили б на серебряно блюдо,Принесли бы к государю во дворец! —Не успел он слово молвити,Уж где не взялся стременный стрелец,Он садился на несёдлаго коня,Он и гонит Никитской улицейКо Никите ко Романычу:— Вы раздайтесь, люди добрые:За мной дело государево! —Он идёт — от дверей отпихивает,Всех слуг-прислуг отпыривает,От дверей отдвигивает:— Отойдите, слуги верные:За мной дело государево! —Он стоит-то — богу молится,Богу молится, сам речь говорит:— Ты, Никита Романович!Что ты крепко спишь — не проснешься?Ты не знаешь горя великого:Что потухла воску яраго свеча,Что померкло солнце красное,Что померкли звезды восточныя,Что не стало твово крестничка,Нашего младаго царевича!Повезли-то его на Болотичко,На Болотичко, на Житный двор,Чтоб срубить-то ему головуДа по самыя по плечики,По его ли по могучия! —А Никита Романович,Он скорёхонько просыпается,В лёгку одёжу одевается,На босы ножки в сапожки обувается,Он садится на несёдлаго коня,Он и гонит Никитской улицейНа Болотичко, на Житный двор:— Вы раздайтесь, люди добрые:За мной дело государево! —Никто за топор не примается,У всех руки отымаются;Уж как взялся-принялся Малютушка,Что Малюта Разкурлатов сын.Он ударил его по белу лицу:— Ты, Малюта Разкурлатов сын!Не за свой ты кус хватаешься.Этим кусом ты подавишься!Ино кто хочет за царя умереть?Того господи избавит от грехов,От грехов, от муки вечныя! —Уж и выискался стременный стрелец:— Я хочу за царя умереть! —Тут срубили ему головуДа по самыя по плечики,По его ли по могучия;Положили на серебряно блюдо,Понесли к государю во дворец.Грозный царь Иван Васильевич,Выходил он на Красное крыльцо:— Что собаке собачья смерть! —Во светлое воскресеньицеРазослал указ по всеи Москве,По всем городам, по всем деревням:Что заутра, в светло воскресение,Приходили б люди добрые,Приходили бы ко завтрене.Они все бы в платьях чёрныих,Они все бы во кручинныих,А Никита Романович,Уж он поцветнее всех надел.Он стоит — богу молится.Что выходят от заутрени,Поздравляет его с праздничкомИ со младыим царевичем.— Ох ты, кум, кум любезный мой!Что ж ты мною насмехаешься,Надо мною наругаешься?У меня после обеденкиВсем боярам перебор будет,Стану казнить, стану вешати:А тебе, кум, перва петелька! —После завтрени разослал он указПо всей Москве, по всем городам,По всем городам, по всем деревням,Приходили б люди добрые,Приходили б в платье чёрныем,Они все бы во кручиныем;А Никита РомановичЕще поцветней того надел.Он стоит — богу молится,Младаго царевича под полой держит.Как выходят от обеденки,Поздравляет его с праздникомИ со младыим царевичем.— Ох, ты кум, кум любезный мой!Уж и как же мне тебя назвать будет?Али дядюшкой, али батюшкой?Ино будь же ты мне больший брат! —
14
Это сочетание по недослышке образовалось из слов: «Взял велик Опсков и Новгород». — Прим. изд.
54
КОСТРЮК
Созывал он почёстный пир,Созывал он князьёв-бояр,Не позвал Кострюка-Мастрюка,Свово шурина любезнаго.Приходил шурин попосле всех,Он садился повыше всех;Он не пьет и не кушает,Бела лебедя не рушает,Он сидит — думу думает.Государь-то похаживает,Он на шурина поглядывает:— Ой ты, шурин, ты шурин мой,Ой ты, шурин любезный мой!Что ты не пьёшь и не кушаешь,Бела лебедя не рушаешь?На царя ли лихо думаешь,На царевну ль благоверную,Или на весь на крещёный мир?— Ни на кого я лихо не думаю,Ни на царя, ни на царевну благовернуюТолько думаю об своей буйной голове:Что я семьдесят семь земель изошол,По себе я борца не нашол,По себе борца, удалова молодца! —Выходил-то Грозный царь,Царь Иван, сударь, Васильевич,Выходил он на новое крыльцо,Воскричал он громким голосом своим:— Ино есть ли у меня борцы,У меня борцы, удалы молодцы?Приходили б к государю во дворец,Побороться с Кострюком-Мастрюком,С моим шурином любезныим! —Из села-то Кулебакина,Из деревни из Опальшиной,Выходили-то два братца,Да два братца, два родимые,Два Андрея два Андреича:Одевались в одёженьку лёгонькую,Обувались они в портяночки тоненькия,Во лапотки частенькие,В балахоньчики лёгонькие,Они идут путём-дорогою,Они шуточки пошучивают,Они друг дружку попихивают.Приходили к государю во дворец,Воскричали громким голосом своим:— Ино где у тебя борцы,Ино где борцы, удалы молодцы? —Грозный царь Иван Васильевич:— Вот пришли борцы, удалы молодцы!Ох ты, шурин, ты, шурин мой,Ох ты, шурин, любезный мой!Ино вот тебе хлеб-соль на столе,Ино вот тебе борцы на дворе,Ино вот борцы, удалы молодцы! —Уж Кострюк-Мастрюк бросается,Он бросался — семь столов повалил,И он семьдесят господ задавил.Как с большим братом схватилися,Они три часа водилися;Низёхонько поклонилися,Частнёхонько расхватилися:— Ох ты, братец, ты, братец мой,Ох ты, братец, родимый мой!Хочь ты родом-то повыше меня,Да ты силкой-то пониже меня! —Как с меньшим братом схватилися,Они часу не водилися,Не честнёхонько расхватилися,Не низёхонько поклонилися:Уж он первую пошибочку пошиб, —С Кострючишка колпачишко сшиб;Он другую-то пошибочку пошиб, —С Кострючишка сапожишки сшиб,Уж и бился он — рубилсяНе об ста рублях, не об тысяце,Они билися-рубилисяОб своих буйных головушках:Кто кого сможет, того рвать-щипать,Того рвать-щипать, до нага обдирать.Уж он третью-то пошибочку пошиб, —Подымал-то он повыше себя,Опущал-то он пониже себя;Уж он начал его рвать-щипать,Его рвать-щипать, до нага обдирать;— Грозный царь Ивап Васильевич!Не во гнев бы вашей милости,Что деру штаны атласныя! —Что глядит-то государыняИз косящета окошечка:— Ты, крапива, ты, крапива б…,Вы крапивныя семены!Много вас было насеяно,Да не много уродилося! —Грозный царь Иван Васильевич:— Ох ты, баба, ты, баба б…,Ох ты, баба, ты бабья знать!Что глядишь ты в косящето окно,Да не чорт ли тебя спрашивает?Защекотала сороченькой,Полетела с каменной Москвы.
55
«Не кулик по болотам куликует…»
Не кулик по болотам куликует:Молодой князь Голицын по лугам гуляет;Не один князь гуляет, — с разными со полками,Со донскими казаками, еще с егарями,И он думает-гадает:Где пройтить-проехать?Ему лесом ехать — очень тёмно;Мне лугами, князю, ехать, — очень было мокро;Чистым полем князю ехать, — мужикам обидно;А Москвою князю ехать, — было стыдно.Уж поехал князь Голицын улицей Тверскою,Тверскою-Ямскою, Новой Слободою,Новой Слободою, глухим переулком.Подъезжает князь Голицын близко ко Собору,Скидавает князь Голицын шапочку соболью,Становился князь Голицын на коленки,На коленки становился, сам богу молился,Богу помолился, царю-государю низко поклонился:— Уж ты здравствуй, государь-царь, со своими боярами,Со своими боярами, с большими князьями,А еще ты, государь-царь, с голубыми лентами,А еще ты, государь-царь, с разными полками!Ох ты, батюшка, государь-царь, ты наш православный!Ты зачем, государь-царь, черня-т [15] разоряешь?Ты зачем, государь-царь, больших господ сподобляешь? [16]Ты пожалуй, государь-царь, меня городочком,Не большим городочком, Малым-Ярославцем?— Нету, нету тебе, князю, нет ни городочка,Ни малого, ни большого нет Ярославца!
15
Чернь.
16
Угождаешь.
56
«У нас было на святой Руси…»
У нас было на святой Руси,На святой Руси, в каменной Москве,У Ивана было у Великаго,Стоял тут кипарисный гроб,Во гробу лежит православный царь,Православный царь Петр Алексеевич.Он крепко спит — не проснется,В головах у него стоит старой сержант.Он и плачет — что река льется,Во слезах он слово вымолвит:— Батюшка наш, православный царь,Православный царь, Петр Алексеевич!Что ты крепко спишь — не проснешься,Не проснешься, не пробудешься?Вся наша силушка побитая,Побитая, порастрепана.
57
«Как у нас было на святой Руси…»
Как у нас было на святой Руси,В славныем городе было во Москве,У собора было у Успенскаго,Молодой солдат на часах стоял,Во руках ли он ружье держал,Богу молится, сам слезна плачет,Он штыком бьет об мать сыру землю:— Расступись-разделись, мать сыра земля,Ты откройся-ка, золота парча!Православный Петр Алексеевич,Погляди-тка ты на свою армию,На свою армию, на свою гвардию:Наша армия во строю стоит,Во руках ружья держат, сами слезно плачут:— Аль, ребятушки, у нас прянту [17] нет?— Прянту нет, сухарей не стаёт.
17
Провианту.
58
«Как у нас было на святой Руси…»
Как у нас было на святой Руси,Как у нас было в каменной Москве,У Ивана у Великаго,В большой колокол зазвонили.Молодой маиор пошол ко заутрени,Не дошедши собора богу молится,Богу молится, в землю кланяется:— Создай, господи, тучу грозную,Тучу грозную, непроносную!Подымитесь, ветры буйные,Разнесите с гор желты пески,Своротите бел-горючь камень!Встань-проснись, православный царь!Без тебя царство помутилося,Все солдатушки разбежалися,От чего они разбежалися?От того они разбежалися:Караулы стали крепкие,Перемены стали редкия,А мундиры зеленые,А морозы студёные,А сапожки-то на босу ножку.
59
«Как во городе во Вереюшке…»
Как во городе во Вереюшке,Во селе-то было Покровскием,Как стояли тут солдатушки,Что того ль полку — тарутинцы,Перва ротушка гарнадерская.Как охочи эти солдатушкиПо ночам гулять с красными девками,С красными девками со верейскими,Со молодками деревенскими.С половина-дня указ прислан был.Чтоб со вечера ружья чистили,Со полуночи шпаги светлили,Ко белу свету во строю стоять.Капитан кричит: «От ноги ружье!»А майор кричит: «По ремням спущай!»А полковничек: «Во поход ступай!»Все солдатушки в ружья брякнули,Красны девушки слезно всплакнули:— Ох вы, свет-то, наши солдатушки,Распобедные [18] ваши головушки!Что вы рано очень в поход пошли?Вы б дождалися поры-времечка,Поры-времечка, тепла леточка!