Чтение онлайн

Самый уровень, по мнению Рикардо, может повышаться или падать только в том случае, если падает или повышается (относительно устойчиво) заработная плата, т. е. норма относительной прибавочной стоимости, что происходит без изменения цен (хотя сам же Рикардо признаёт здесь весьма значительное изменение цен в различных отраслях производства в зависимости от соотношения между оборотным и основным капиталом в этих отраслях).

Но даже когда общая норма прибыли установилась, а следовательно установились и цены издержек, все же норма прибыли может повыситься в отдельных отраслях производства потому, что в них рабочий день более продолжителен, т. е. потому, что здесь повышается норма абсолютной прибавочной стоимости. Что конкуренция рабочих не в состоянии уравнять эти различия, — доказательством этому служит вмешательство государства. Норма прибыли здесь, в таких отдельных отраслях производства, повысится без того, чтобы рыночная цена превысила «естественную цену». Правда, конкуренция капиталов может привести к тому, — к чему она в конце концов, действительно, и приводит, — что эта сверхприбыль не целиком достанется капиталистам этих отдельных отраслей производства. Они вынуждены будут понизить цены своих товаров по сравнению с их «естественными ценами», или же другие отрасли производства несколько повысят свои, цены (во всяком случае, если фактически не повысят, — такое повышение может быть парализовано понижением стоимости этих товаров, — то всё же [672] понизят их не так сильно, как этого требовало бы развитие производительной силы труда в их собственных отраслях производства). Общий уровень прибыли повысится, и цены издержек изменятся.

Далее: если возникает такая новая отрасль производства, в которой применяется непропорционально много живого труда в сравнении с накопленным, в которой, следовательно, строение капитала гораздо ниже среднего строения, определяющего среднюю прибыль, то соотношение между предложением и спросом в этой новой отрасли может позволить продавать ее продукт выше его цены издержек, с большим приближением к его действительной стоимости. Если конкуренция выравнивает эти различия, то это возможно только посредством повышения общего уровня прибыли, которое обусловлено тем, что капитал вообще реализует, приводит в движение большее количество неоплаченного, прибавочного труда. Соотношение между предложением и спросом в указанном выше случае приводит не к тому, что товар продается выше его стоимости, как полагает Рикардо, а лишь к тому, что он продается по цене, приближающейся к его стоимости и превышающей его цену издержек. Выравнивание, стало быть, не может иметь своим результатом сведение прибыли к прежнему уровню, а приводит к тому, что устанавливается новый уровень.

Точно так же, как в приведенном выше случае, дело обстоит, например, в торговле с колониями, где стоимость труда стоит ниже, чем в метрополии, вследствие рабства и естественного плодородия земли (или же вследствие фактической или юридической неразвитости земельной собственности). Если капиталы метрополии могут свободно перемещаться в эту новую отрасль, то они, правда, понизят получаемую в этой последней специфическую сверхприбыль, но повысят общий уровень прибыли (как совершенно правильно замечает А. Смит).

Рикардо постоянно прибегает здесь к такого рода фразе: ведь в старых отраслях производства количество применяемого труда, а также и заработная плата остались-де без изменения. Но дело в том, что общая норма прибыли определяется отношением неоплаченного труда к оплаченному и к авансированному капиталу не в той или другой отрасли производства, а во всех отраслях, в которые капитал может быть свободно перенесен. Соотношение это может в девяти десятых остаться без изменения; но если оно изменяется вводной десятой, то общая норма прибыли должна измениться во всех десяти десятых. Всякий раз, когда возрастает масса неоплаченного труда, приводимого в движение капиталом данной величины, конкуренция может привести всего лишь к тому, что капиталы одинаковой величины будут получать одинаковые дивиденды, одинаковые доли в этом увеличенном прибавочном труде; но конкуренция не может привести к тому, чтобы, несмотря на возросший прибавочный труд по отношению к совокупному авансированному капиталу, дивиденд каждого отдельного капитала оставался без изменения, сводился к прежней доле в прибавочном труде. Раз Рикардо допускает это последнее, то у него совершенно нет основания оспаривать воззрение А. Смита, что одна лишь возросшая конкуренция капиталов, вследствие их накопления, понижает норму прибыли. Ибо он сам допускает здесь, что норма прибыли понижается благодаря одной лишь конкуренции, хотя норма прибавочной стоимости и возрастает. Этот взгляд Рикардо связан, конечно, с его второй ошибочной предпосылкой, будто норма прибыли (если оставить в стороне понижение или повышение заработной платы) может повышаться или падать только в результате временных отклонений рыночной цены от естественной цены. В самом деле, что такое естественная цена? Цена, равная авансированному капиталу плюс средняя прибыль. Это, следовательно, опять сводится к предпосылке, что средняя прибыль никогда не может падать или повышаться иначе, чем падает или повышается относительная прибавочная стоимость.

Поэтому Рикардо ошибается, когда он, в противоположность Смиту, говорит:

«Никакой переход от одной отрасли внешней торговли к другой или от внутренней торговли к внешней не может, по моему мнению, влиять на норму прибыли» (цит. соч., стр. 413) [Русский перевод, том I, стр. 283].

Точно так же Рикардо ошибается, когда он полагает, что норма прибыли не влияет на цены издержек, раз прибыль не влияет на стоимости.

Рикардо ошибается, когда он полагает, что если какая-нибудь отрасль внешней торговли оказывается в особо благоприятных условиях, то установление общего уровня прибыли всегда должно происходить путем низведения получаемой там прибыли до прежнего уровня прибыли, а не путем его повышения:

«Утверждают, что равенство прибылей установится путем общего повышения прибылей; я же держусь того мнения, что прибыли той отрасли, которая находится в особо благоприятных условиях, быстро опустятся до общего уровня» (стр. 132–133) [Русский перевод, том I, стр. 113].

Вследствие своего всецело ошибочного взгляда на норму прибыли Рикардо совершенно не понимает влияния внешней торговли в тех случаях, когда она не понижает непосредственно цену предметов питания рабочих. Он не видит, какое громадное значение имеет, например, для Англии получение [673] более дешевого сырья для промышленности, и не понимает, что в этом случае, как я показал раньше [113] , хотя цены [на изделия из подешевевшего сырья] и понижаются, норма прибыли повышается, в противоположном же случае, при повышающихся ценах [на изделия из вздорожавшего сырья], норма прибыли может падать — и что это имеет место даже тогда, когда в обоих случаях заработная плата остается без изменения.

«Итак, норма прибыли повышается не вследствие расширения рынка» (стр. 136) [Русский перевод, том I, стр. 115].

Норма прибыли зависит не от цены единицы товара, а от той массы прибавочного труда, которая может быть реализована данным капиталом. Рикардо и в других случаях недоучитывает важное значение рынка, потому что не понимает сущности денег.

* * *

[673] (В дополнение к тому, что сказано выше, необходимо заметить еще следующее: Рикардо совершает все эти промахи потому, что свою предпосылку о тождественности нормы прибавочной стоимости и нормы прибыли он стремится провести при помощи насильственных абстракций. Вульгарные экономисты сделали отсюда тот вывод, что теоретические истины представляют собой абстракции, противоречащие действительному положению вещей. Они не видят того, что Рикардо, наоборот, недостаточно далеко идет по пути правильной абстракции и что это и приводит его к абстракции ошибочной [114] .) [673]

Закон падения нормы прибыли — один из важнейших пунктов в системе Рикардо.

Норма прибыли имеет тенденцию падать. Почему? А. Смит говорит: вследствие растущего накопления и сопровождающего его роста конкуренции капиталов. Рикардо возражает: конкуренция может уравнять прибыли в различных отраслях производства (выше мы видели, что он здесь непоследователен), но она не может понизить общую норму прибыли. Такое понижение, по Рикардо, было бы возможно только в том случае, если бы, вследствие накопления капитала, увеличение капиталов происходило настолько быстрее роста населения, что спрос на труд постоянно превышал бы предложение труда, а потому заработная плата постоянно повышалась бы номинально, действительно и по потребительной стоимости, — повышалась бы как по стоимости, так и по потребительной стоимости. Но этого не бывает. Рикардо — не оптимист, верящий в подобного рода басни.

Так как норма прибыли и норма прибавочной стоимости — относительной прибавочной стоимости, поскольку у Рикардо рабочий день предполагается неизменным, — для Рикардо тождественны, то постоянное падение нормы прибыли или тенденцию нормы прибыли к падению он может объяснить лишь теми же причинами, какие обусловливают постоянное падение или тенденцию к падению нормы прибавочной стоимости, т. е. той части рабочего дня, в течение которой рабочий работает не на себя, а на капиталиста. Но каковы эти причины? Если предположить рабочий день данным, то та его часть, в течение которой рабочий даром работает на капиталиста, может падать, уменьшаться только при условии, если возрастает та часть рабочего дня, в течение которой он работает на себя. А это (при предположении, что оплачивается стоимость труда) возможно лишь в том случае, если увеличивается стоимость предметов необходимости, жизненных средств, на которые расходуется заработная плата рабочего. Но стоимость промышленных товаров, вследствие развития производительных сил труда, постоянно уменьшается. Следовательно, падение нормы прибыли может, по мнению Рикардо, быть объяснено лишь тем, что главная составная часть жизненных средств — предметы питания — постоянно повышается в своей стоимости. Происходит это-де потому, что продуктивность земледелия постоянно уменьшается. Это — та же самая предпосылка, с помощью которой Рикардо в своем анализе земельной ренты объясняет ее существование и ее рост. Непрерывное падение нормы прибыли связано поэтому у Рикардо с непрерывным повышением нормы земельной ренты. Я уже показал, что рикардовское понимание земельной ренты ошибочно. Тем самым, следовательно, рушится одна из основ его объяснения падения нормы прибыли. А во-вторых, его взгляд на падение нормы прибыли основан на ошибочной предпосылке, будто норма прибавочной стоимости и норма прибыли тождественны, так что падение нормы прибыли оказывается тождественным с падением нормы прибавочной стоимости, которое, действительно, могло бы быть объяснено только по-рикардовски. Этим его теория опровергнута.

Норма прибыли падает — хотя норма прибавочной стоимости при этом остается неизменной или повышается — по той причине, что переменный капитал по мере развития производительных сил труда уменьшается [по отношению к постоянному капиталу. Таким образом, норма прибыли падает не потому, что труд становится менее производительным, а потому, что он становится более производительным. Она падает не потому, что рабочего меньше эксплуатируют, а потому, что он больше эксплуатируется, в результате ли того, что возрастает абсолютное прибавочное время, или же, — когда этому противодействует государство, — в результате того, что из самой сущности капиталистического производства проистекает падение относительной стоимости труда и, следовательно, увеличение относительного прибавочного времени.

Итак, теория Рикардо основана на двух ошибочных предпосылках:

1) на ошибочной предпосылке, будто существование и рост земельной ренты обусловлены уменьшающейся продуктивностью земледелия;

2) на ошибочной предпосылке, будто норма прибыли, отождествляемая у Рикардо с нормой относительной прибавочной стоимости, может повышаться или падать только в обратном отношении к повышению или падению заработной платы.

[674] Теперь я прежде всего соберу воедино те места, где Рикардо развивает только что изложенное воззрение.