Чтение онлайн

Но что же представляет собой эта «цена, уплачиваемая за пользование землей»?

«Все то, что остается от продукта или от его цены сверх этой части» {той части, которая возмещает авансированный капитал «и, сверх того, обычную прибыль»}, «каков бы ни был этот остаток, собственник стремится удержать у себя в качестве ренты за свою землю» (там же, стр. 300) [Русский перевод, том I, стр. 130].

«Этот избыток всегда можно рассматривать как естественную земельную ренту» (стр. 300) [Русский перевод, том I, стр. 130].

Смит возражает против смешения ренты о процентом на вложенный в землю капитал:

«Собственник требует ренту даже за такую землю, которая не подверглась улучшению» (стр. 300–301) [Русский перевод, том I, стр. 130],

и даже эта вторая форма ренты{87}, добавляет он, имеет ту особенность, что процент на использованный для улучшения земли капитал представляет собой процент на капитал, вложенный не собственником, а арендатором.

«Он» (собственник) «требует иногда ренту за то, что вообще не может быть улучшено человеком» (стр. 301) [Русский перевод, том I, стр. 131].

Смит с полной определенностью подчеркивает, что «ренту требует» земельная собственность, земельный собственник как собственник. Рассматривая, таким образом, ренту как простое следствие земельной собственности, Смит признаёт ренту монопольной ценой, что совершенно верно, так как только в результате вмешательства земельной собственности продукт продается по цене большей, чем цена издержек, продается по своей стоимости.

«Земельная рента, рассматриваемая как цена, уплачиваемая за пользование землей, естественно, представляет собой монопольную цену» (стр. 302) [Русский перевод, том I, стр. 131].

Это, действительно, такая цена, уплачивать которую вынуждает только монополия собственности на землю и которая, являясь в этом отношении монопольной ценой, отличается от цены промышленных продуктов.

С точки зрения капитала — а капитал господствует в производстве — цена издержек требует лишь того, чтобы продукт оплачивал, кроме авансированных затрат, также и среднюю прибыль. В этом случае продукт, — безразлично, будет ли это продукт земли или какой-нибудь другой продукт, — может

«поступать на рынок». «Если обычная цена превышает достаточную, то избыток ее, естественно, идет на земельную ренту. Если она является всего лишь достаточной, то товар вполне может поступать на рынок, но не может давать ренту земельному собственнику. Будет ли цена выше достаточной или нет? Это зависит от спроса» (том I, стр. 302–303) [Русский перевод, том I, стр. 131].

Переходим к вопросу: почему, по мнению Смита, рента входит в цену иначе, чем заработная плата и прибыль? Вначале Смит правильно разложил стоимость на заработную плату, прибыль и ренту (если оставить в стороне постоянный капитал). Но он тотчас же сбивается на противоположный путь — он отождествляет стоимость и «естественную цену» (т. е. определяемую конкуренцией среднюю цену товаров, или их цену издержек) и составляет последнюю из заработной платы, прибыли и ренты.

«Эти три части образуют, по-видимому, непосредственно или в конечном счете всю цену» (том I, стр. 101) (книга I, глава 6) [Русский перевод, том I, стр. 47].

«Тем не менее в наиболее развитых обществах всегда встречаются, хотя и в небольшом количестве, такие товары, цена которых разливается только на две части: на заработную плату и прибыль на капитал, и еще меньшее количество таких товаров, у которых цена состоит исключительно из заработной платы. В цене морской рыбы, например, одна часть оплачивает труд рыбаков, а другая часть — прибыль на капитал, вложенный в рыболовный промысел. Рента редко составляет часть [620] этой цены… В некоторых местностях Шотландии живут бедняки, промышляющие собиранием на морском берегу пестрых камешков, известных в народе под названием шотландских голышей. Цена, которую платит им за эти камешки гранильщик, состоит целиком из платы за их труд: в нее не входят ни рента, ни прибыль. Но вся цена любого товара всегда в конечном счете разлагается на какую-нибудь из этих частей или на все три части» (том I, стр. 103–104) (книга I, глава 6) [Русский перевод, том I, стр. 48–49].

В приведенных местах (да и вообще в этой 6-й главе, трактующей о «составных частях цены товаров») свалены в одну кучу разложение стоимости на заработную плату и т. д. и составление цены из заработной платы и т. д. (И только глава 7-я впервые трактует о «естественной цене» и «рыночной цене».)

Главы 1-я, 2-я и 3-я первой книги трактуют о «разделении труда», глава 4-я — о деньгах. Как в этих, так и в следующих главах попутно дается определение стоимости. Глава 5-я трактует о действительной цене товаров и их номинальной цене; о превращении стоимости в цену. Глава 6-я — «о составных частях цены товаров». Глава 7-я — о естественной цене и рыночной цене. Затем глава 8-я — о заработной плате. Глава 9-я — о прибыли на капитал. Глава 10-я — о заработной плате и прибыли в различных отраслях приложения труда и капитала. Наконец, глава 11-я — о земельной ренте.

Но мы здесь хотим обратить внимание в первую очередь на следующее: согласно только что приведенным положениям, существуют товары, цена которых состоит из одной лишь заработной платы, равно как и другие, цена которых состоит лишь из заработной платы и прибыли, и, наконец, третьи, цена которых состоит из заработной платы, прибыли и ренты. Поэтому:

«Вся цена любого товара всегда… разлагается на какую-нибудь из этих частей или на все три части».

Согласно этому, не было бы, следовательно, основания говорить, что рента входит в цену иначе, чем прибыль и заработная плата; но нужно было бы сказать, что рента и прибыль иначе входят в цену, чем заработная плата, ибо последняя входит всегда, а рента и прибыль — не всегда. Откуда же это различие?

Далее, Смит должен был бы исследовать вопрос: возможно ли, чтобы те немногие товары, в которые входит только заработная плата, продавались по их стоимости? Или, не являются ли те бедняки, которые собирают шотландские голыши, скорее наемными рабочими гранильщиков, которые платят этим беднякам за доставляемый ими товар лишь обычную заработную плату, т. е. платят им за весь, на первый взгляд целиком им принадлежащий, рабочий день лишь столько, сколько получает рабочий в других отраслях, где часть его рабочего дня образует прибыль и принадлежит не ему, а капиталисту? Смит должен был бы либо подтвердить это, либо, напротив, заявить, что в данном случае прибыль лишь по внешней видимости выступает как нечто не отличающееся от заработной платы. Он сам говорит:

«Когда эти три различных вида дохода принадлежат различным лицам, их легко отличить друг от друга; но когда они принадлежат одному и тому же лицу, их иногда смешивают друг с другом, по крайней мере в обыденной речи» (том I, стр. 106) (книга I, глава 6) [Русский перевод, том I, стр. 50].

Между тем у Смита дело принимает следующий вид:

Если независимый работник (подобно шотландским беднякам, о которых шла речь выше) применяет только труд (не нуждаясь при этом в капитале), вообще применяет только свой труд и данные природой элементы, — то цена, при ее разложении, сводится к одной лишь заработной плате. Если работник применяет также и небольшой капитал, то он в одном лице соединяет того, кто получает заработную плату, и того, кто получает прибыль. Если, наконец, он применяет свой труд, свой капитал и свою земельную собственность, то в нем соединяются все три лица — земельный собственник, арендатор и рабочий.

{Вся нелепость постановки вопроса у Смита обнаруживается в одной из заключительных фраз 6-й главы I книги:

«Так как в цивилизованной стране найдется только очень мало таких товаров, вся меновая стоимость которых происходит исключительно из труда» (здесь труд и заработная плата отождествляются), «и так как в меновую стоимость подавляющей части товаров значительной долей входят рента и прибыль, то годовой продукт труда этой страны» (здесь, стало быть, товары всё же равняются продукту труда, хотя не «вся стоимость этого продукта происходит исключительно из труда») «всегда будет достаточен для того, чтобы купить и получить в свое распоряжение гораздо большее количество труда, чем то, которое нужно было употребить на выращивание, обработку и доставку на рынок этого продукта» (там же, том I, стр. 108–109) [Русский перевод, том I, стр. 50–51].