Чтение онлайн

Но основное в настоящий момент — это Англия. Не надо обманываться насчет так называемой партии мира, признанным вождем которой является Кобден. Не надо обманываться также и насчет «бескорыстного энтузиазма» по отношению к венграм, с которым англичане организовали митинги по всей стране.

Партия мира — это лишь замаскированная фритредерская партия:то же содержание, та же цель, те же вожди. Подобно тому как фритредеры атаковали аристократию внутри страны, разрушая ее материальную основу отменой хлебных законов и навигационного акта, так теперь они атакуют ее по линии ее внешней политики, ее европейских связей, пытаясь разрушить Священный союз. Английские фритредеры — это радикальные буржуа, которые хотят радикально порвать с аристократией, чтобы неограниченно властвовать. Они только упускают из виду, что таким образом они, против своей воли, выводят на сцену народ и приводят его к власти. Эксплуатация народов не посредством средневековых войн, а лишь путем торговой войны — таков лозунг партии мира. Поведение Кобдена в венгерском вопросе было вызвано непосредственно практическими соображениями. Россия в настоящий момент пытается получить заем. Кобден, представитель промышленной буржуазии, запрещает финансовой буржуазии заключать эту сделку, а в Англии промышленность господствует над банком, в то время как во Франции банк господствует над промышленностью.

Кобден дал русским более страшный бой, чем Дембинский и Гёргей. Он разоблачил жалкое состояние их финансов. Русские, — говорит он, — это самая бедная нация. Сибирские рудники дают государству ежегодно лишь 700000 фунтов стерлингов; питейный сбор дает ему в десять раз больше. Правда, золотой и серебряный запас в подвалах Петербургского банка достигает 14000000 фунтов стерлингов; но он служит металлическим резервом бумажного обращения в 80000000 фунтов стерлингов. Поэтому, если царь посягнет на подвалы банка, то он обесценит бумажные деньги и вызовет революцию в самой России. Значит, абсолютистский колосс не может двинуться, не получив у нас займа, — восклицает надменный английский буржуа, — а мы ничего ему не дадим. Мы снова поведем чисто буржуазным путем борьбу буржуазии против феодального абсолютизма. Золотой телец сильнее всех остальных тельцов, сидящих на тронах мира. Разумеется, в вопросе о Венгрии у английских фритредеров имеется и прямая заинтересованность. Вместо проводившейся до сих пор австрийской запретительной политики — торговый договор и своего рода свобода торговли с Венгрией. Они уверены, что деньги, которыми они теперь тайком бесспорно снабжают венгров, вернутся к ним обратно с прибылью и процентами путем торговли.

Эта позиция английской буржуазии по отношению к континентальному деспотизму является противоположностью борьбы, которую она с 1793 до 1815 г. вела против Франции. Этот процесс развития заслуживает сугубого внимания.

Сердечный привет тебе и твоей супруге от меня и жены.

Твой К.Маркс

Впервые полностью опубликовано на русском языке в Сочинениях К.Маркса и Ф.Энгельса, 1 изд., т, XXV, 1934 г.

Печатается по рукописи

Перевод с немецкого

[Париж, около 1 августа 1849 г.]

Дорогой Вейдемейер!

Я узнал от Дронке, что с вестфальской дамой {635} ничего не вышло. Ну, не беда.

Теперь скажи мне, каким путем, по-твоему, можно издавать брошюры?

Я хотел бы начать с брошюры о заработной плате— в «Neue Rheinische Zeitung» было напечатано только ее начало {636} . К этой брошюре я написал бы небольшое политическое предисловие о теперешнем положении вещей. Думаешь ли ты, что на это согласился бы, например, Леске? Но в таком случае он должен был бы немедленно по получении рукописи заплатить, и притом хорошо заплатить, так как я знаю, что брошюра эта разойдется и что уже и сейчас очень многие готовы на нее подписаться. Мое теперешнее финансовое положение не дает мне возможности рассчитаться с Леске за старое.

Если Леске убедится впоследствии, что это дело имело успех, то мы сможем продолжать в том же духе.

От Энгельса я получил вчера письмо {637} , Он находится в Швейцарии и в качестве адъютанта Виллиха принимал участие в четырех сражениях.

Над моей головой все еще висит дамоклов меч. Моя высылка {638} и не отменена, и не приводится пока в исполнение.

Как ни плохо в данный момент нынешнее положение вещей для нас лично, я все же принадлежу к числу довольных людей. Дела идут очень хорошо, и Ватерлоо, которое потерпела официальная демократия, нужно рассматривать как победу. Правительства божьей милостью берут на себя задачу отомстить за нас буржуазии и наказать ее.

На этих днях я, может быть, пришлю для твоей газеты {639} небольшую статью о положении в Англии. В данный момент тема эта мне слишком надоела, так как я уже развивал ее в нескольких частных письмах.

Пиши непосредственномне и по моемуадресу: 45, Rue de Lille, г-ну Рамбо.

Сердечный привет тебе и твоей жене от меня и жены. Жена моя чувствует себя очень скверно — естественное последствие ее «интересного положения». Прощай, мой дорогой, и отвечай мне поскорее.

Твой К. М.

Впервые опубликовано в журнале «Die Gesellschaft», Jg. VII, 1930 г.

Печатается по рукописи

Перевод с немецкого

[Париж, середина августа 1849 г.]

Дорогой Вейдемейер!

Я охотно соглашусь на предложение Рюля [465] , если он возьмет на себя всю деловую сторону, для которой я не пригоден, за что он получит комиссионное вознаграждение.

Но, во-первых, у меня нет под рукой владельца типографии, который авансировал бы необходимые средства.

Во-вторых, подписные листы кажутся мне излишними. Объявления в «Westdeutsche» и других рейнских и прочих газетах достигли бы той же цели. В особенности необходимо было бы объявить об этом в берлинских, гамбургских, лейпцигских и бреславльских газетах.

Известие о твоей газете {640} очень печально. Я в ближайшее время напишу по этому поводу старому славному Науту, который вел дела «Neue Rheinische Zeitung», и сообщу тебе о результатах.

Статья моя {641} была бы уже давно у тебя, но болезнь моей жены и всех детей превратила меня на неделю в своего рода больничную сиделку. Сердечный привет твоей жене.

Твой К. М.

Отвечай возможно скорее.

Впервые опубликовано на русском языке в Сочинениях К.Маркса и Ф.Энгельса, 1 изд., т. XXV. 1934 г.

Печатается по рукописи

Перевод с немецкого

Лозанна, 24 августа 1849 г. 8, Place de la Palud

Дорогой Шабелиц!

Я очень благодарен тебе за быструю пересылку адресованного мне письма. Так как нельзя посылать письма прямо ко мне, а другого адреса у меня не было, то мне пришлось побеспокоить тебя. Возможно, что ты получишь для меня еще одно или два письма и, надеюсь, будешь так добр и их переслать мне.

Я сижу теперь в Лозанне и пишу мемуары о пфальцско-баденском революционном фарсе {642} . Ты слишком хорошо меня знаешь, чтобы допустить, что я участвовал политически в этой затее, с самого начала обреченной на неудачу. В Карлсруэ и Кайзерслаутерне я преспокойно потешался над ошибками и нерешительностью временных правительств, отказывался от всех назначений, и лишь тогда, когда явились пруссаки, отправился в Оффенбах к Виллиху и в качестве его адъютанта проделал всю кампанию. Находясь то в главном штабе, то перед лицом неприятеля, все время ведя переписку с верховным командованием, в постоянном контакте с Д'Эстером, который, в качестве «красной камарильи», толкал правительство вперед, участвуя в различных схватках и, в конце концов, в сражении при Раштатте, — я имел возможность многое видеть и многое узнать. Ты знаешь, что у меня достаточно критического чутья, чтобы не разделять иллюзий заурядных ура-республиканцев и чтобы разглядеть прикрытое громкими фразами малодушие вождей.

Моя работа, как и подобает «Neue Rheinische Zeitung», даст иное понимание этой истории, нежели другие повествования на эту тему, выход которых ожидается. Она разоблачит кое-какие грязные делишки и будет содержать особенно много нового о почти неизвестных доныне событиях в Пфальце. Размер ее невелик, каких-нибудь 4–6 листов.

До сих пор у меня не было спокойной минуты, чтобы подумать об издателе. Посылать рукопись в Германию мне не хотелось бы; есть риск, что ее выкрадут на почте. Плохо зная издательское дело в Швейцарии, я решил запросить тебя, не принадлежит ли твой старик {643} к числу подходящих издателей для подобных произведений и — заметь хорошенько — к числу таких, которые платят.Деньги я должен получить непременно, так как ведь надо жить. Что эта вещь будет легко читаться, об этом едва ли надо тебе говорить, а что в Германии ее будут покупать (ей не грозит конфискация, тема не дает для этого повода), в этом тебе порукой мое имя. Итак, если можно заключить сделку с твоим папашей, то я надеюсь на тебя; если же нет — тоже не беда. В таком случае не откажи посоветовать мне иную комбинацию, в том числе укажи и возможных немецких издателей, так как с издательским делом в Германии я также совершенно не знаком.