Чтение онлайн

Суходолов. Я?.. Как я мог забыть?

Майя. То есть вы помнили, но помнили как имя, как портрет, как образ и забыли, что образ этот тоже чувствует, что там кипит кровь и сердце… Милый, вы не обижайтесь. Вот и накипело. Вот я теперь и говорю, что вам той высоты не снилось, на какой вы стоите в моем воображении. И то, что вы сейчас мне говорили, делает вас еще лучше. Еще невыносимее с вами прощаться. Страшно! Страшно, что я не боюсь разрушить мое солнце, а вы боитесь. Вы боитесь будничной жизни со мной, а я эту жизнь с вами считаю праздником. Но я девчонка… обнаглела… и всякое соображение потеряла. Люблю так, что хоть топись. Но, милый мой, ведь потому вы так и дороги мне, что я для вас — одна поэзия, подснежник… А теперь прощайте… до слез… И помните, что я… словом, если позовете, все брошу, прилечу. (Уходит.)

Суходолов. Ушла… и звезды падают. Жара. Вот говорят — «запутался» и понимают под этим простую связь. Нет, когда мысли путаются с чувствами и сам не знаешь, где мысли и где чувства, когда твое сердце восстает против разума… Да о чем я бормочу?! Вернуть ее надо. Позвать сейчас же. Майя! Вернитесь, Майя!

Появляется перевозчик.

Перевозчик. Она… та Майя, мимо меня, как перепелка, с криком пролетела. Не догонишь. И доброго вечера не могу сказать. Тайга у нас запылала. Слышите, начальник?

Суходолов. Отчего же не слышать. Слышу.

Перевозчик. Повек людям тяжко расставаться.

Суходолов. Сочувствуешь?

Перевозчик. Так ведь понятно. И вот что я тебе хочу высказать… прости, что по-крестьянски «ты» говорю, я старый… Спешить не надо навеки расходиться. Ты думаешь, струну эту в сердце порвал, ан нет, она навеки осталась. А тебе рано еще в прошлое глядеть, ты гляди в будущее.

Суходолов. Рано, чалдон?! Ты тоже говоришь! Нагнать ее, вернуть? Чего молчишь? Советуй до конца. Я подчиняюсь.

Перевозчик. Как хочешь… Я только говорю, что у тебя будущего больше, чем прошлого. А ты спешишь… и она пролетела с криком неизвестно куда. Не спеши. А сейчас вертаться не советую. Едем на ту сторону. Но — твоя воля.

Суходолов. И ты в приметы веришь!

Перевозчик. А то нет. Глянь, какое зарево. Тайга горит по всему небу.

Суходолов. Верно, чалдон, подчиняюсь. Радостные вещи ты сказал. Радостно, когда у нас будущего больше, чем прошлого. (Кричит.) Эй, на том берегу, слушай! Созывайте народ к пристани! Тайга горит.

Занавес

Ленин с известного портрета

Родин

Аллочка

Серафима

БРИГАДА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ТРУДА

Николай

Сева

Толя

Юра Белый

Юра Черный

Дон Карлос — Карп

Ланцов

Нюша

Галя

Васька Крякин

Марта

Алена

Мария Михайловна

Безликий

Голова в кепке

Официантка

Старинный домик с верандочкой южнорусского типа. Вокруг множество цветов. Тополя. Час предвечерний светлого летнего дня.

Серафима, Николай.

Серафима входит, видит Николая.

Серафима. Здравствуйте, Коля.

В ответ молчание.

Ну, Коля… Замечтались? Здравствуйте.

Николай. Да-да.

Серафима. Что «да-да»?

Николай. Замечтался… Здравствуйте…

Серафима(после молчания и ехидных взглядов). Коля, а Коля… не вышло? Товарищ Бурятов, я у вас спрашиваю, не вышло?

Николай(весьма приятно и непонимающе). А что не вышло-то?

Серафима. То, что было задумано… загадано.

Николай(почти по-детски). «Загадано»… Смешно как выражаетесь. Люблю подхватывать смешные выражения. «Загадано». Пошутите еще. Как-то радостно, когда вы так шутите.

Серафима. Ох, вкрадчивый… Я Аллочке говорю: таких бояться надо. Но это особо. Все же видно, что не вышло… И спрашивать не надо.

Николай. Если серьезно… то, конечно, не вышло. С Нового года мечтал я справить себе летний костюмчик по моде. Брючки снились, как струны… пиджачок, как у солнечного клоуна… Но моя сберкнижка дала течь. Не вышло, Серафима Никитична, не вышло. Смешно?

Серафима. Не зря вы клоуна сюда приплели, Коленька. Я Аллочке говорю: не верь… Я-то отлично понимаю эти шуточки, эти ваши улыбочки. У вас главное дело жизни не вышло… бригада ваша… как ее там называют?.. Коммунистическая?

Николай. Да, коммунистическая.

Серафима. Она под откос летит… (Певуче). Да, Николай Бурятов… не вышло… хоть и газеты и радио… Но не вышло.

Николай. Серафима Никитична, перевернем страницу. (Делается строже). Могу оставить автограф: не вышло… главное дело жизни и все такое… Перевернем страницу. Начнем с вас. Это правда, что вы религией занимаетесь?

Серафима(автоматически, с усмешкой). Религия — дурман для народа.

Николай. Я лично считаю, что религия — кошмар для народа. У меня через забор поп квартирует, отец Терешка… тот — да. Но когда мне говорят, что вы религией занимаетесь, я как-то теряюсь.

Серафима(легко). Ребенок, почему?

Николай. Вот как раз… как раз хочу сказать вам как ребенок: у вас глаза…

Серафима. Как бирюза. Знаю. Дальше.