Собрание сочинений в пяти томах
Шрифт:
Главнокомандующий. Помолитесь, владыко святой!
Африкан (перед Георгием Победоносцем). Всемогущий господь! За что? За что новое испытание посылаешь чадам своим, Христову именитому воинству? С нами крестная сила, она низлагает врага благословенным оружием…
В стеклянной перегородке показалось лицо начальника станции, тоскующего от страха.
Хлудов. Ваше высокопреосвященство, простите, что я вас перебиваю, но вы напрасно беспокоите господа бога. Он уже явно и давно от нас отступился. Ведь это что ж такое? Никогда не бывало, а теперь воду из Сиваша угнало, и большевики, как по паркету, прошли. Георгий-то Победоносец смеется!
Африкан. Что вы, доблестный генерал?!
Главнокомандующий. Я категорически против такого тона. Вы явно нездоровы, генерал, и я жалею, что вы летом не уехали за границу лечиться, как я советовал.
Хлудов. Ах вот как! А у кого бы, ваше высокопревосходительство, босые ваши солдаты на Перекопе без блиндажей, без козырьков, без бетону вал удерживали? [601] У кого бы Чарнота в эту ночь с музыкой с Чонгара на Карпову балку [602] пошел? Кто бы вешал? Вешал бы кто, ваше высокопревосходительство?
601
А у кого бы, ваше высокопревосходительство… ваши солдаты на Перекопе… вал удерживали? — Слащов сообщал, что «неприступная» позиция у Перекопа на деле не была подготовлена к бою: она «оказалась без землянок, без ходов сообщения; позиционная артиллерия не пристреляна, и места для полевой артиллерии не выбраны» (Указ. соч. С. 77). Мало того. «Когда представители союзных армий Франции, Америки и проч. приезжают, чтобы посмотреть укрепления Перекопа, — то ввиду того, что никаких перекопских укреплений не существует, — знатных иностранцев вместо Перекопа везут в Таганаш» (Василевский (Не-Буква). Белые мемуары. Пг.-М., 1923. С. 120).
602
…с Чонгара на Карпову балку… — Перекопско-Чонгарская операция была проведена 7–14 ноября 1920 г.
Главнокомандующий (темнея). Что это такое?
Африкан. Господи, воззри на них, просвети и укрепи! Аще царство разделится, вскоре раззорится!.. [603]
Главнокомандующий. Впрочем, сейчас не время…
Хлудов. Да, не время. Вам нужно немедленно возвращаться в Севастополь.
Главнокомандующий. Да. (Вынимает конверт, подает его Хлудову.) Прошу немедленно вскрыть.
603
Аще царство разделится, вскоре раззорится!.. — Евангелие от Луки. 11:17 (неточная цитата).
Хлудов. А, уже готово! Вы предвидели? Это хорошо. Ныне отпущаеши раба твоего, владыко… [604] Слушаю. (Кричит.) Поезд главнокомандующему! Конвой! Ставка!
Начальник станции (за перегородкой бросается к телефону). Керман-Кемальчи! Дай жезл! Дай жезл!
Появляются конвойные казаки и все штабные.
Главнокомандующий. Командующий фронтом…
604
Ныне отпущаеши раба твоего, владыко… — Евангелие от Луки. 2:29–32.
Ставка берет под козырек.
…объявит вам мой приказ! Да ниспошлет нам всем господь силы и разум пережить русское лихолетие! Всех и каждого честно предупреждаю, что иной земли, кроме Крыма, у нас нет.
Внезапно дверь распахивается, и появляется де Бризар с завязанной марлей головой, становится во фронт главнокомандующему.
Де Бризар. Здравия желаю, ваше императорское величество! (Ставке, таинственно.) «Графиня, ценой одного рандеву, хотите, пожалуй, я вам назову…»
Главнокомандующий. Что это?
Голован. Командир гусарского полка граф де Бризар контужен в голову.
Хлудов (как во сне). Чонгар… Чонгар…
Главнокомандующий. В мой поезд со мною, в Севастополь! (Быстро выходит в сопровождении конвойных казаков.)
Африкан. Господи! Господи! (Благословляет ставку, быстро выходит.)
Де Бризар (увлекаемый штабными). Виноват!.. «Графиня, ценой одного рандеву…»
Штабные. В Севастополь, граф, в Севастополь…
Де Бризар. Виноват!.. Виноват!.. (Исчезает.)
Хлудов (вскрывает конверт. Прочитал, оскалился. Головану). Летчика на Карпову балку к генералу Барбовичу [605] . Приказ — от неприятеля оторваться, рысью в Ялту и грузиться на суда!
По ставке проносится шелест: «Аминь, аминь…» Потом могильная тишина.
605
…к генералу Барбовичу. — Барбович Иван Гарвилович (1874–1947) — генерал, командующий конным корпусом в белой армии.
Другого — к генералу Кутепову [606] : оторваться, в Севастополь и грузиться на суда. Фостикову — с кубанцами в Феодосию. Калинину — с донцами в Керчь. Чарноте — в Севастополь! Всем на суда! Ставку свернуть мгновенно, в Севастополь! Крым сдан!
Голован (поспешно выходя). Летчиков! Летчиков!
Группы штабных начинают таять. Сворачиваются карты, начинают исчезать телефоны. Послышалось, как взревел поезд и ушел. Суета, порядка уже нет. Тут распахивается дверь, из которой выходил Чарнота, и появляется Серафима, в бурке. За нею — Голубков и Крапилин, пытающиеся ее удержать.
606
…к генералу Кутепову… — Кутепов А. П. (1882–1930) — белогвардейский генерал, черноморский генерал-губернатор, командир корпуса в 1-й армии у Врангеля. В ноябре 1920 г. бежал в Галлиполи.
Голубков. Серафима Владимировна, опомнитесь, сюда нельзя! (Удивленным штабным.) Тифозная женщина!..
Крапилин. Так точно, тифозная.
Серафима (звонко). Кто здесь Роман Хлудов?
При этом нелепом вопросе возникает тишина.
Хлудов. Ничего, пропустите ко мне. Хлудов — это я.
Голубков. Не слушайте ее, она больна!
Серафима. Из Петербурга бежим, все бежим да бежим… Куда? К Роману Хлудову под крыло! Все Хлудов, Хлудов, Хлудов… Даже снится Хлудов! (Улыбается.) Вот и удостоилась лицезреть: сидит на табуретке, а кругом висят мешки. Мешки да мешки!.. Зверюга! Шакал!
Голубков (отчаянно). У нее тиф! Она бредит!.. Мы из эшелона!
Хлудов звонит, и из стены выходят Тихий и Гурин.
Серафима. Ну что же! Они идут и всех вас прикончат!
В группе штабных шорох: «А-а… коммунистка!»
Голубков. Что вы! Что вы! Она жена товарища министра Корзухина! Она не отдает себе отчета в том, что говорит!
Хлудов. Это хорошо, потому что, когда у нас, отдавая отчет, говорят, ни слова правды не добьешься.
Голубков. Она — Корзухина!
Хлудов. Стоп, стоп, стоп! Корзухина? Это — пушной товар? Так у этого негодяя еще и жена коммунистка? У, благословенный случай! Ну я с ним сейчас посчитаюсь! Если только он не успел уехать, дать мне его сюда!