ЖАНРЫ

Собрание сочинений Яна Ларри. Том второй
Шрифт:

— Мы же каменный уголь! — пояснил Толстый Уголек. — Мы всегда живем под землей!

Кукки глубоко вздохнула и спросила:

— А как вы попали под землю?

— О! — зашуршали угольки. — Это же целая история нашего древнего рода.

И, помогая друг другу, они стали рассказывать о том, как очень, очень давно, когда на земле еще не было ни людей, ни зверей, всюду росли огромные деревья — папоротники. Потом они падали, их засыпало землей и заливало водой, а пролежав под землей и под водой много-много лет, деревья превратились в каменный уголь.

— В таком случае, — важно сказал Кук, — мы с вами родственники. Я и моя сестренка тоже из дерева превратились в отчаянных путешественников! Можете считать меня двоюродным братом, а Кукки — двоюродной сестрой.

— Очень, очень приятно! — зашуршали угольки, вежливо поднимая облака угодной пыли. — Мы можем только гордиться, что среди наших родственников есть такие храбрецы, такие отчаянные путешественники.

— Ну и куда же вы едете? — опять поинтересовался Кук.

— Нас отправили в подарок Семилетке!

— Вот как! — сказал Кук, не зная что сказать, потому что слово «Семилетка» он услыхал впервые. — Значит, вы едете к Семилетке? Ну что ж, это неплохо.

— А кто это такая Семилетка? — спросила шепотом Кукки.

Куку и самому хотелось бы узнать что-нибудь о Семилетке, но разве мог он показать перед другими свою необразованность?

— Значит, все-все угольки едут к Семилетке? — переспросил он, поглядывая на длинный состав поезда. — Вас так много! Я вижу здесь столько вагонов, сколько нет у меня пальцев на руках и ногах.

— О, разве это много! Нас, угольков, отправляют к ней и днем и ночью. По нескольку составов в день.

— Значит, она волшебница! — решил Кук.

Угольная Крошка предложила взволнованно:

— Будет просто замечательно, если вы поедете вместе с нами. Мы слышали — эта Семилетка такая богатая, такая добрая, что вы и не представляете даже.

Кукки потихоньку толкнула братца и прошептала:

— Едем, Кук! Если Семилетка добрая, тогда у нее найдется, наверное, и бархатное платьице и серебряные туфельки.

— Что же, — важно кивнул Кук, — я согласен! — и подумал о хорошей подзорной трубе и компасе, без которых каждый путешественник как без рук. — Я попрошу у Семилетки трубу и компас! Но, к-хе, к-хе, к-хе… это что же тут такое? Это почему же здесь так много пыли? Я просто задыхаюсь!

— Извините, — сказали родственники. — Это мы!

— Что «мы»? — строго спросил Кук.

— Это мы пылим, извините! Мы же всегда выпускаем из себя пыль, когда разговариваем. А когда разговариваете вы, — она попадает вам в нос и в рот. Но если вы будете молчать и только слушать нас, — никаких неприятностей не случится.

— М-да, — проворчал Кук. — За приятную беседу благодарю вас, уважаемые родственники. Теперь попробуем помолчать. Тем более, все, что нам нужно было сказать друг другу, мы, кажется, уже сказали.

Угольки вздохнули и замолчали. Пыль улеглась, и сразу стало так легко дышать, будто на земле и на небе открыли все форточки и включили все вентиляторы.

Вдоль платформ прокатился пронзительный свисток.

Грохоча на стыках рельс, поезд двинулся в далекий путь.

4

И сразу же брызнуло яркое солнце. Угольки вдруг вспыхнули, засияли, засверкали, словно черные бриллианты.

— Тур, гур, гур! — заурчали они радостно. — Приятная прогулка! Красивое небо! Веселые спутники! Нет, право же, наверху совсем не плохо! И даже лучше, чем под землей.

А колеса бежали по рельсам и весело позвякивали металлическими голосами:

Кляц-блям-плям! Кляц-плям-блям! Славно, славно, ох, как славно, Ох, как славно мчаться нам.

— Поехали! Поехали! — радостно шумели угольки. Все они ужасно волновались, беспокойно двигались, толкали друг друга, а самые крошечные даже подпрыгивали.

— Ах, как весело! Ах, как интересно!

Поезд мчался сквозь леса, перелетал по мостам широкие реки. Стук колес перекатывался по степям и полям, по лугам да по веселым перелескам.

Ну что за чудесное было путешествие!

А сколько интересных встреч произошло в пути!

На большой станции угольки догнали длинный-предлинный поезд. Он был доверху наполнен золотым зерном — пшеницей.

— Здравствуйте! Здравствуйте! — кричали угольки. — Мы угольки! Мы очень важные угольки! Нас везут в подарок Семилетке. С нами едут знаменитые путешественники — Гроза морских чудовищ и его сестренка Всемирная путешественница.

— Здравствуйте, угольки! — приветствовали их зернышки. — Мы тоже очень важные! Мы — хлеб Семилетки!

— Вас много? — спрашивали угольки.

— Нас видимо-невидимо! И с каждым годом будет все больше и больше. Но до свиданья, угольки! Мы спешим. Мы очень спешим! Нас поджидают прославленные булочники и знаменитые кондитеры. Они приготовят из нас пышные караваи хлеба, сладкие булочки, пирожные, кремовые торты и много-много разного печенья.

Не успел поезд с пшеницей отъехать, как подкатил уже другой, с кукурузой.

— Здравствуйте! — зашумели угольки. — Мы — угольки! А вы кто будете?

— Мы — кукуруза! Ценный груз! Мы — кукуруза кукуруз! Но мы спешим! Нас ждет разгрузка и погрузка. И мы волнуемся, как всякий груз. Нас превратят на фабриках и заводах в бумагу, клей, муку, в крупу, крахмал, в масло, спирт, патоку и… ах, нам некогда! Прощайте! Добрый путь! Счастливо путешествовать!

Поезда шли навстречу, обгоняли друг друга, и все они везли подарки Семилетке, и все они торопились.

Попадались и такие важные путешественники, которые на уголь глядели свысока.

Однажды угольки обогнали поезд, набитый странными штуками. Темные, как уголь, приземистые, широкоплечие, они стояли на платформах, словно братья-близнецы, но очень угрюмые, очень гордые.

Угольки не знали, кто эти гордые путешественники, поэтому они поздоровались вежливо и спросили:

— Скажите, кто вы будете? Мы, например, угольки!

Гордые путешественники не сразу ответили. Они стояли насупившись, молча посматривая один на другого и как бы думали: стоит ли разговаривать с угольками, но после долгого молчания один из них сказал чугунным голосом:

Поделиться с друзьями: