Собрание сочинения в четырех томах. Том третий. Избранные переводы, Маршак Самуил Яковлевич

Собрание сочинения в четырех томах. Том третий. Избранные переводы

Маршак Самуил Яковлевич

Шрифт:

Вот прибыл пастух В королевский дворец. — Здор'oво, здор'oво, Смиренный отец, Тебя во дворце Я давно поджидаю. Садись — я загадки Тебе загадаю. А ну-ка послушай: Когда я на троне Сижу в золотой Королевской короне, А справа и слева Стоит моя знать, — Какая цена мне, Ты должен сказать! Пастух королю Отвечает с поклоном: — Цены я не знаю Коронам и тронам. А сколько ты ст'oишь, Спроси свою знать, Которой случалось Тебя продавать! Король усмехнулся: — Вот ловкий пройдоха! На первый вопрос Ты ответил неплохо. Теперь догадайся: Как скоро верхом Могу я всю землю Объехать кругом. — Чуть солнце взойдет, Поезжай понемногу И следом за солнцем Скачи всю дорогу, Пока не вернется Оно в небеса, — Объедешь ты в двадцать Четыре часа! Король засмеялся: — Неужто так скоро? С тобой согласиться Я должен без спора. Теперь напоследок Ответить изволь: Что думает Твой милосердный король. — Что ж, — молвил пастух, Поглядев простовато, — Ты думаешь, сударь, Что видишь аббата… Меж тем пред тобою Стоит свинопас, Который аббата От гибели спас!

Мельник

Вернулся мельник вечерком На мельницу домой И видит: конь под чепраком Гуляет вороной. — Хозяйка, кто сюда верхом Приехал без меня? Гуляет конь перед крыльцом, Уздечкою звеня. — Гуляет конь, Ты говоришь? — Гуляет, Говорю! — Звенит уздечкой, Говоришь? — Уздечкой, Говорю! — С ума ты спятил, старый плут, Напился ты опять! Гуляет п'o двору свинья, Что мне прислала мать. — Прислала мать, Ты говоришь? — Прислала, Говорю! — Свинью прислала, Говоришь? — Прислала, Говорю! — Свиней немало я видал, Со свиньями знаком, Но никогда я не видал Свиньи под чепраком!

Вернулся мельник вечерком, Идет к своей жене И видит новенький мундир И шляпу на стене. — Хозяйка, что за командир Пожаловал в мой дом? Зачем висит у нас мундир И шляпа с галуном? — Побойся бога, старый плут, Ни сесть тебе, ни встать! Мне одеяло и чепец Вчера прислала мать! — Чепец прислала, Говоришь? — Прислала, Говорю! — И одеяло, Говоришь? — Прислала, Говорю! — Немало видел я, жена, Чепцов и одеял, Но золотого галуна, На них я не видал!

Вернулся мельник вечерком, Шагнул через порог И видит пару щегольских Начищенных сапог. — Хозяйка, что за сапоги Торчат из-под скамьи? Свои я знаю сапоги, А это не мои! — Ты пьян как стелька, старый плут! Иди скорее спать! Стоят под лавкой два ведра, Что мне прислала мать. — Прислала мать, Ты говоришь? — Прислала, Говорю! — Прислала ведра, Говоришь? — Прислала, Говорю! — Немало ведер я видал На свете до сих пор, Но никогда я не видал На ведрах медных шпор!

Графиня-цыганка

Цыгане явились на графский двор, Играя на тамбурине. Так звонко гремел их веселый хор, Что в замке проснулась графиня. Танцуя, сбежала она на крыльцо, И громче цыгане запели. Увидев ее молодое лицо, Они ее сглазить успели. — Шелка дорогие снимите с меня, Подайте мне шаль простую. Пускай от меня отречется родня, — С цыганами в степь ухожу я. Вчера мне служанки стелили кровать У мужа в богатом доме. А нынче в амбаре я лягу спать С цыганами на соломе! — Пойдешь ли со мною, — спросил ее Джек,— Скитаться в ненастье и стужу? Клянусь я ножом, не вернешься вовек Ты в замок оставленный — к мужу! — С тобою я рада весь мир обойти И плыть по морям-океанам. С тобою готова погибнуть в пути, С моим кареглазым цыганом! Дорога бежит по лесам, по горам, То низко бежит, то выс'oко, Но вот выбегает она к берегам Шумящего в скалах потока. — Бывало, я в воду спускалась верхом, И лорд мой был рядом со мною. Теперь перейду я поток босиком С тяжелым мешком за спиною! Покинутый граф воротился домой. Скликает он нянек и мамок. Ему говорят: «На шатер кочевой Она променяла твой замок». — Седлайте живей вороного коня. За ним не угнаться гнедому. Пока ее нет на седле у меня, Дорогу забуду я к дому! Дорога бежит по лесам, по горам, То низко бежит, то выс'oко. Но вот выбегает она к берегам Шумящего в скалах потока. — Вернись, молодая графиня, домой. Ты будешь в атласе и в шелке До смерти сидеть за высокой стеной В своей одинокой светелке! — О нет, дорогой! Не воротишь домой Меня ни мольбою, ни силой. Кто варит свой мед, тот сам его пьет. А я его крепко сварила!

Три девушки и рыцарь

Три девушки шили в саду над водой, Дж'eннифер, Джентль и Розмари. К ним рыцарь приехал гостить молодой, А в роще поют соловьи до зари. Одна усадила его у огня, — Дженнифер, Джентль и Розмари, — Другая овсом накормила коня. А в роще поют соловьи до зари. Постель приготовила третья сестра, — Дженнифер, Джентль и Розмари, — И сна пожелала ему до утра. А в роще поют соловьи до зари. Но девушкам рыцарь сказал перед сном: — Дженнифер, Джентль и Розмари, Загадки мои разгадайте втроем! — А в роще поют соловьи до зари. — Что в мире звучнее, чем рог егерей? Что в мире колючек терновых острей? Что слаще, чем хлеб, утоляет сердца? И что на земле тяжелее свинца? Что в мире длиннее дороги мирской? Что глубже на свете пучины морской? Продумали сестры всю ночь до утра, Дженнифер, Джентль и Розмари. И вот что придумала третья сестра. А в роще поют соловьи до зари. — Звучнее молва, чем рога егерей, А голод колючек терновых острей. Для совести грех тяжелее свинца, И хлеба дороже нам слово отца. Длиннее дороги лишь ветер один, И глубже любовь всех подводных глубин! Загадки разгаданы все до одной, — Дженнифер, Джентль и Розмари, — Отгадчица рыцарю станет женой. А в роще поют соловьи до зари.

Королева Элинор

Королева Британии тяжко больна, Дни и ночи ее сочтены. И позвать исповедников просит она Из родной, из французской страны. Но пока из Парижа попов привезешь, Королеве настанет конец… И король посылает двенадцать вельмож Лорда-маршала звать во дворец. Он верхом прискакал к своему королю И колени склонить поспешил. — О король, я прощенья, прощенья молю, Если в чем-нибудь согрешил! — Я клянусь тебе жизнью и троном своим: Если ты виноват предо мной, Из дворца моего ты уйдешь невредим И прощенный вернешься домой. Только плащ францисканца на панцирь надень. Я оденусь и сам, как монах. Королеву Британии завтрашний день Исповедовать будем в грехах! Рано утром король и лорд-маршал тайком В королевскую церковь пошли, И кадили вдвоем и читали псалом, Зажигая лампад фитили. А потом повели их в покои дворца, Где больная лежала в бреду. С двух сторон подступили к ней два чернеца Торопливо крестясь на ходу. — Вы из Франции оба, святые отцы? — Прошептала жена короля. — Королева, — сказали в ответ чернецы, Мы сегодня сошли с корабля. — Если так, я покаюсь пред вами в грехах И верну себе мир и покой! — Кайся, кайся! — печально ответил монах. — Кайся, кайся! — ответил другой. — Я неверной женою была королю. Это первый и тягостный грех. Десять лет я любила и нынче люблю Лорда-маршала больше, чем всех! Но сегодня, о боже, покаюсь в грехах, Ты пред смертью меня не покинь!.. — Кайся, кайся! — сурово ответил монах. А другой отозвался: — Аминь! Зимним вечером ровно три года назад В этот кубок из хрусталя Я украдкой за ужином всыпала яд, Чтобы всласть напоить короля. Но сегодня, о боже, покаюсь в грехах, Ты пред смертью меня не покинь!.. — Кайся, кайся! — угрюмо ответил монах. А другой отозвался: — Аминь! — Родила я в замужестве двух сыновей, Старший принц и хорош и пригож, Ни лицом, ни умом, ни отвагой своей На урода отца не похож. А другой мой малютка плешив, как отец, Косоглаз, косолап, кривоног!.. — Замолчи! — закричал косоглазый чернец. Видно, больше терпеть он не мог. Отшвырнул он распятье, и, сбросивши с плеч Францисканский суровый наряд, Он предстал перед ней, опираясь на меч, Весь в доспехах от шеи до пят. И другому аббату он тихо сказал: — Будь, отец, благодарен судьбе! Если б клятвой себя я вчера не связал, Ты бы нынче висел на столбе!

Женщина из 'Aшерс Велл

Жила старуха в 'Aшерс Велл, Жила и не грустила, Пока в далекие края Детей не отпустила. Она ждала от них вестей И вот дождалась вскоре: Ее три сына молодых Погибли в бурном море. — Пусть дуют ветры день и ночь И рвут рыбачьи сети, Пока живыми в отчий дом Не возвратитесь, дети! Они вернулись к ней зимой, Когда пришли морозы. Их шапки были из коры Неведомой березы. Такой березы не найти В лесах родного края — Береза белая росла У врат святого рая. — Раздуйте, девушки, огонь, Бегите за водою! Все сыновья мои со мной, Я нынче пир устрою! Постель широкую для них Постлала мать с любовью, Сама закуталась в платок И села к изголовью. Вот на дворе поет петух, Светлеет понемногу, И старший младшим говорит: — Пора нам в путь-дорогу! Петух поет, заря встает, Рогов я слышу звуки. Нельзя нам ждать — за наш уход Терпеть мы будем муки. — Лежи, лежи, наш старший брат, Еще не встала зорька. Проснется матушка без нас И будет плакать горько! Смотри, как спит она, склонясь, Не ведая тревоги. Платочек с плеч она сняла И нам укрыла ноги. Они повесили на гвоздь Платок, давно знакомый. — Прощай, платок! Не скоро вновь Ты нас увидишь дома. Прощайте все: старуха-мать И девушка-служанка, Что рано п'o двору бежит С тяжелою вязанкой. Прощай, амбар, сарай и клеть И ты, наш пес любимый. Прости-прощай, наш старый дом И весь наш край родимый!

Песня нищих

Вот так ночь! Ночь из ночей! Вечная ночь за могилой. Град и огонь и мерцанье свечей, И господь твою душу помилуй! Долго во мраке будешь идти — Вечная ночь за могилой. Тернии будут расти на пути. Господь твою душу помилуй! Если ты нищему дал сапоги, — Вечная ночь за могилой, — Сядь, натяни их и дальше беги, И господь твою душу помилуй! Если ж ты лишнюю обувь берег, — Вечная ночь за могилой, — Ты по колючкам пойдешь без сапог, И господь твою душу помилуй! Долго во мраке будешь идти — Вечная ночь за могилой. К мосту страстей ты придешь по пути, Господь твою душу помилуй! Только по страшному мосту пройдешь, Вечная ночь за могилой, — Прямо в чистилище ты попадешь, Господь твою душу помилуй! Если твоя не скудела ладонь,— Вечная ночь за могилой, — Ты невредимым пройдешь сквозь огонь, И господь твою душу помилуй! Если ж берег ты вино и харчи, — Вечная ночь за могилой, — Будешь гореть в раскаленной печи. Господь твою душу помилуй! Вот так ночь! Ночь из ночей! Вечная ночь за могилой, Град и огонь и мерцанье свечей, И господь твою душу помилуй!

Песенка слепца

Подходит время к рождеству. Жиреет белый гусь. Кто целый гривенник мне даст, За тех я помолюсь. А если гривенника нет, Подайте мне пятак. А если нет и пятака, Я помолюсь и так.

Эпитафия на кладбище Мельрозского аббатства

Земля проходит по земле Подчас в наряде золотом. Земля покой найдет в земле В свой срок — сейчас или потом. Земля возводит на земле Недолговечное жилье. Земля одно твердит земле: «Все, что построишь ты, — мое!»

Русалка

В эту пятницу утром Неслись мы вперед, Оставляя маяк вдалеке. Видим: следом за нами Русалка плывет С круглым зеркальцем, С гребнем в руке. Нам вдогонку Летел ураган. А кругом океан Бушевал. Убирать паруса Приказал капитан В это утро, В последний аврал. Показалась русалка И скрылась опять. И сказал Наш матрос молодой: — Я оставил на родине Старую мать. Пусть не ждет она сына домой. Выйдет к берегу мать, Будет паруса ждать При бессчетных звезд'aх и луне. Пусть напрасно не ждет, Слез горючих не льет, Пусть поищет, пошарит на дне! Наши утлые шлюпки Сорвала волна, И сказал капитан удалой: — Будет плакать моя Молодая жена. В эту ночь она станет вдовой! По горбатым волнам Мы неслись без руля, И сказал Наш запасливый кок: — Не дождется земля Моего корабля, А меня не дождется сынок! Мы работали дружно, Тонули мы врозь — Это было судьбой суждено. Уцелевшей доски Под рукой не нашлось, И пошли мы на темное дно, на дно, на дно, За русалкой На темное дно!

1-29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Собрание сочинения в четырех томах. Том третий. Избранные переводы

Маршак Самуил Яковлевич

Шрифт: