Чтение онлайн

— Суд будет длиться долго, — задумчиво замечаю.

— Будет, но я думаю, что мы прогнем Серова за отмыв бабла и избежание налогов и он сам все перепишет.

Да, все так и будет. Потому что пора выйти из тени. Я долго готовился к моменту «х». Должно быть, около трех лет. Как только узнал, что моя сестра больна раком, а к счетам, которые оставили мне родители в наследство, я не имею доступа.

Продав всю недвижимость, нам удалось справиться, но вот снова — полгода назад рецидив. Я всегда знал, что мои родители погибли не в случайной аварии. Это был заказ, но у меня не было особого желания копаться в прошлом. И наверное не было бы, если бы жизнь не завела меня в тупик.

Честно? Я бы ограбил банк, даже не будь его законным владельцем. Я бы сделал что угодно, чтобы спасти свою сестру. Единственного родного мне человека после бабушки, которая скончалась чуть больше трех лет назад. Это она мне рассказала о том, кто я такой и почему всю жизнь мы с сестрой ни в чем не нуждались. Мы не были с Аней мажорами и не гоняли на феррари, но жили в достатке. Жаль, что этого достатка не хватило на то, чтобы оплатить дорогостоящее лечение заграницей.

— Пора заявить о себе, Дмитрий Горский.

— Пора, — решительно кивнув, соглашаюсь, а сам неотрывно смотрю на Пташку. — Ты отвезешь ее? — мне буквально приходится силой заставить себя произнести эти слова.

— Само собой.

Указываю глазами Дрону на дверь, мол, оставь нас, но этот упрямый осел делает вид, что меня не понимает.

— Так что, Женя, готова вернуться в свою серую обычную жизнь?

— Кхм, — откашлявшись, Пташка соблазнительно прикусывает нижнюю губу. У нее на лице написано сотни вопросов, на которые я готова дать ответы, но позже. — Конечно.

Она поднимается, сконфуженно улыбается и, черт побери, действительно собирается уехать, не попрощавшись?

Ну нет уж, Женя Архипова, по-английски мы с тобой прощаться не будем.

— Выйди, — резким голосом отрезаю Дрону, на что он дерзко ухмыляется и, отсалютовав, выходит за дверь.

Женя

— Так… Значит, банк твоих родителей? — осторожно интересуюсь.

Дамир или уже Дмитрий…? Кивает и, к моему удивлению, поясняет:

— Да, они погибли в аварии, когда мне было восемь, а Нюте четыре. Заказ, как я потом узнал.

Так странно слышать от него откровения… После всех недомолвок, после его постоянного молчания. Сейчас Дамир Бахметов мне открывается. Пожалуй, между нами впервые такой искренний разговор.

— И ты решил ограбить банк? — вскидываю бровь, пытаясь понять эту логику.

— Нюта болеет серьезно. Нужны были срочно деньги. Что мне еще оставалось делать? — пожимает своими широкими плечами.

— Там были люди, Дамир, — вздохнув, качаю головой. — Они пережили ад.

— Никто не пострадал, — упрямо отзывается, сурово сводя брови к переносице.

— Но мог…

Дамир возводит глаза к потолку. Выглядит озадаченным и расстроенным одновременно. Сжав губы в тонкую линию, отрывисто бросает:

— Мне пришлось делать выбор между незнакомыми людьми и моей сестрой. Для меня выбор был очевиден. И нет, другого выхода на тот момент я не видел. Мне нечего было предъявить Серову и у меня не было времени ждать.

Сердце сжимается от осознания того, что Дамир оказался в подобном положении. Не хочу оправдывать его поступок, но и относится как раньше к нему не получится. Как к обычному преступнику. Впрочем, может у меня никогда и не получалось?

— Ты же знаешь, что тебя это не оправдывает?

— Я не ищу оправданий. Я ищу справедливости. В своем понимании, — так холодно отрезает, что моя кожа покрывается мурашками. — Ты же знала кто я, пташка. К чему сейчас эти разговоры?

Его голос звучит приглушенно, словно он говорит с трудом. И он прав. Я всегда знала, что Дамир Бахметов не хороший парень. Бандит. И тем не менее легла с ним в постель. Жалела ли я? Определенно нет. Перестали ли к нему испытывать влюбленность? Тоже нет. Иногда любовь не за что-то, а вопреки. Должно быть, это наш случай.

Оттолкнувшись от стены, Дамир хищной походкой направляется ко мне. Подойдя вплотную, кладет руку на мою щеку и хрипло выдавливает:

— Сейчас все становится реальным, да?

Я понимаю, что он имеет ввиду. Мыльный пузырь, который окружал нас все это время, лопается. Мы возвращаемся обратно в реальную жизнь. В заботы, в дела и рутину. Ну по крайне мере я.

— Да. Ты…

Ты найдешь меня? Вот, что мне хочется спросить. Конечно, я помню его пылкое обещание, но оно было после секса, а в этот момент мужчины, как известно, могут молоть чепуху. К тому же я его провоцировала, вызвала ревность. Какому мужчине понравится, когда после секса с ним девушка заявляет, что потом собирается забыть его и пойти на свидания с другими?

— Забудь, — растягиваю на губах нервную улыбку. — Мне уже наверное пора.

— Нет, еще не пора, — с жаром выпаливает, после чего, рывком притянув меня к себе за талию, впивается в губы голодным поцелуем.

Поцелуй обещание, поцелуй напоминающий, как хорошо нам вместе.

Из меня вырывается тихий стон, и Дамир словно звереет. Припирает меня к стене. Жадно водит руками по телу, кусает губы и шею, наверняка оставляя на ней следы от своей щетины.

Отрывается от меня с такой неохотой, точно у ребенка забирают его любимую конфету.

— Пташка, я говорил серьезно. Мне нужно время. Не хочу тебя вмешивать во все это дерьмо.

— А что потом, Дамир? Мы же с тобой совершенно разные и…

— Чушь собачья! — грозно прерывает мой лепет. — Какая разница насколько мы разные, если нам хорошо вместе? Когда все закончится, поверь, все между нами будет правильно.

И мне хочется снова ему поверить. Вручить сердце, хотя на самом деле он уже им обладает.

— Ладно, — с каким-то даже облегчением произношу я.

— Ладно? — удерживая мой взгляд, переспрашивает, на что я решительно киваю.

Дамир проводит пальцем по моей нижней губе и с грустной улыбкой говорит:

— Вот и хорошо, пташка. А-то я смотрю, ты уж собралась уйти и не попрощаться.

Я не успеваю ответить, потому что Дамир снова меня целует. Только на этот раз с затаенной нежностью.

Мы выходим из дома, держась за руки. Дрон уже стоит у заведенной машины. Увидев нас не может удержаться от насмешливых комментариев.

— Наворковались, голубки? Можем ехать?

— Отвези ее до самого дома. Отвечаешь головой.