Чтение онлайн

Немного далее: выдели его (Персия) и произведения Вергилия, Горация, Овидия [1205] . Из их числа нельзя исключить и Клавдиана [1206] , красноречивейшего и приятнейшего поэта, из стихотворений которого ты, несомненно, извлечешь большую пользу для всех родов литературы и для всякого другого предмета. Поэтому не забудь хранить его в сердце, в глазах, а еще лучше в душе и памяти и, насколько возможно, следовать его примеру.

«После обеда, который у него, по обычаю предков, был умеренно легким, он летом, отдыхая, лежал на солнце; при этом читалась книга, а он делал замечания, делал выписки, ибо он никогда ничего не читал, не делая выписок» (Плиний Младший о своем дяде. Книга писем. Книга 3, письмо 5, параграф 10) [1207] .

Существует три вида выписок, из которых каждому присваивается особое название: все, что заслуживает быть отмеченным, должно найти себе место в выписках, называемых: краткие выдержки (lemmata); заметки (adversaria); исторические выписки (historica).

1. Первый класс составляют краткие выдерж- к и. Сюда относится то, что не носит характера истории, не выписывается подробно, но отмечается только автор, книга, глава и проч. с добавлением вслед за тем словечек и заключений, как: кратко, подробно, очень хорошо. Сюда преимущественно относятся добродетели, пророки и все прочее, что встречается в обыденной речи, например небо, звезды, воздушные явления, а также блаженство, стихии, животные, деревья, горы, часы, музыка.

2. Заметки. Здесь следует отмечать все, что не относится к истории, однако (заметь различие от предыдущего вида) выписывается немного подробнее. Сюда относятся преимущественно обычаи прежнего времени, эпитафии, замечательные описания, изречения, или высказывания, объясняемые более подробно, редкое, замечательное, новое, древнее. Однако, как я сказал, это не относится к истории и выписывается несколько подробнее.

3. Исторические выписки. Сюда следует относить все, что представляет собою историю, или, как говорят дети, пример, — выписывается ли эта история довольно подробно или нет. К этим трем классам должен быть составлен тройной указатель в виде отдельной книги.

Берутся две четвертинки бумаги, сложенной, как говорят книготорговцы, в четвертую долю листа, вкладываются одна в другую; они должны иметь несколько более широкие поля. Вначале сделай заглавие: «Краткие выдержки». Когда две такие четвертинки заполнишь, присоединяй к ним все новые в зависимости от того, сколько ты будешь делать выписок. Так это дело может продолжаться без конца без лишнего расхода бумаги. Заглавие выдержек следует одно за другим без соблюдения какого-либо порядка, например:

Слези и все, что к ним относится. О них Цезарь Ба- роний, том II, от 253 г. № 8 и от 254 г. № 55 [1208] . «В глаза полого идола Тамуза залит свинец и внутри огонь, так что казалось, будто идол плачет». О слезах первая беседа Златоуста [1209] в праздник богоявления. Изысканно сказано: «Слишком дорого стоит смех, если он связан с потерей чести». Дева–мученица Юлиана слезами погасила костер. Марцелл, взяв с бою Сиракузы, заплакал (Валерий, 5, 1…) [1210] . Юлий Цезарь пролил слезы над головою своего врага Помпея (там же). Слезы — самая действенная речь (Мальдонат, в гл. И) [1211] . Иоанн о слезах Ксеркса (Валерий, книга 9, гл. 13). Слезы вдов из глаз поднимаются к небесам (Экклезиаст, гл. 35, стих 17, знаменитое место). Человек, когда впервые плачет, бодрствует, а когда впервые в колыбели смеется, спит (Кардан, кн. 8, «О разнообразии вещей», гл. 43, близко к концу) [1212] .

Примеры замечаний. Довольно подробное описание соловья у Туллия: птичка платановых рощ («О природе богов») [1213] . Более менее подробное описание гор, рек, всяких дел и проч., подробные извлечения из эпитафий. От кратких выдержек отличаются тем, что в замечаниях сообщается о таких предметах, которые предлагают более подробное их объяснение, каковы старые обычаи, эпитафии, добродетели, пороки, совесть.

Исторические выписки. Что касается истории — священной, гражданской, древней, новой, латинской, греческой, варварской, то относится сюда, например, заглавие: «Насмешки судьбы». Альвар Луна [1214] , из низшего состояния, достиг самого высокого положения: честолюбие стремительно вознесло его на вершину счастья; для королевской власти у него было все, кроме имени. Но под конец все его имения были конфискованы, и самого его, осужденного за преступление против величества, везли на муле к месту казни. Посредине площади эшафот, на нем высокий крест, двойные факелы, разостлан ковер. Луна, взойдя на место, поклонившись кресту, отдал пис–цу- мальчику кольцо с печатью и шапку; сравнение недавнего счастья с настоящей судьбой даже у врагов исторгло слезы. На высоком столбе был прикреплен железный крюк. Спрашивает палача: «Для чего крюк приготовлен?» «Чтобы водрузить на него отделенную от туловища голову», — отвечает он. Альвар замечает: «По смерти делай с телом что угодно: мужественному человеку смерть не может быть постыдной или преждевременной». С этими словами, разорвав тунику, бесстрашно положил голову под топор в 1453 году.

В течение тридцати лет он во дворце имел такую власть, что ничего — ни большого, ни малого — не делалось без его решения, так что Иоанн III, король Кастилии, даже одежды не менял без его ведома. Обезглавленное тело было оставлено на эшафоте, подле был поставлен таз для сбора подаяний на погребение человека, который незадолго перед тем признавался по могуществу равным королям. Так меняются судьбы человеческие. Ранее Альвар обращался к прорицателю: было предсказано, что местом его смерти будет Кадагазм (есть в Испании город с таким названием): этого города постоянно избегал Луна, это слово означало и эшафот, которого избежать он не смог (Иеремия Дрекселий в своем «Золотом прииске», часть 2, гл. 8) [1215] .

Лемма. Леммой иногда называется краткое и сильное изречение. Слово музы еврейского происхождения. Далее идет речь об их (муз) происхождении, которое надо искать у самих евреев. У них всякое учение, или наука, особенно нравственная, называется музар (Август Бухнер в 3–й торжественной речи, под конец).

В полночь, ноября 24, 1758 года, в Каврае

Казалось, будто различные охоты жития человеческого по разным местам рассматриваю. В одном месте был, где палаты царские, уборы, танцы, музыканты, где любящиеся то попевали, то в зеркала смотрели, вбежавши из зала в комнату и снявши маску, приложились богатых постелей и проч.

Откуда сила меня повела к тому народу, где такие ж дела, но отличным убором и церемониею творились. И я увидел: ибо они шли улицею с пляшками [1216] в руках, шумя, веселясь, валяясь, как обыкновенно в простой черни бывает; так же и амурные дела сродным себе образом — как-то в ряд один поставивши женский, а в другой мужской пол; кто хорош, кто на кого похож и кому достоин быть мужем или женою, — со сладостию отправляли.

Отсюда вошел в постоялые дома, где лошади, хомут, сено, расплаты, споры и проч. слышал.

На остаток сила ввела в храм обширный очень и красный, каков у богатых мещан бывает, прихожан, где будто в день зеленый святого духа отправлял я с дьяконом литургию и помню точно сие, что говорил: «Яко свят еси, боже наш во веки веков», и в обоих хорах пето «Святой боже» пространно. Сам же я с дьяконом, пред престолом до земли кланяясь, чувствовал внутри сладость, которой изобразить не могу. Однако и там человеческими пороками по- сквернено. Сребролюбие с корванкою [1217] бродит и, самого иерея не минуя, почти вырывает складки.

От мясных обедов, которые в союзных почти храму комнатах торжествовались и в которые с алтаря многие двери были, к самой святой трапезе дух шибался во время литургии. Там я престрашное дело следующее видел. Некоторым птичьих и звериных не доставало мяс к яствию, то они одетого в черную свиту [1218] до колен человека с голыми голенями и в убогих сандалиях, будучи уже убитого, в руках держа при огие, колена и голени жарили и, с истекающим жиром мясо отрезая, то отгрызая, жрали.