на главную - закладки

Чтение онлайн

КНИГИ

switch

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Сочинения
на обложку

Брюсов Валерий Яковлевич
Шрифт:

20 ноября 1908

Который раз

Опять весна. Знакомый круг Замкнут – который раз! И снова зелен вешний луг, В росе – вечерний час. Смотрю – как месяц в темный пруд В зрачки любимых глаз, Уста к устам, дрожа, прильнут… Прильнут – который раз! И будет миг, как долгий сои, Качать, баюкать нас. Я странно счастлив, я влюблен… Влюблен! – который раз! И в стройных строфах вновь мечты Поют – который раз! А месяц смотрит с высоты — Веков холодный глаз.

Февраль 1907

Грустный вечер

Грустный сумрак, грустный ветер, шелесты в дубах. Вспоминает вечер о далеких снах. Ветер шепчет, шепчет грустно чье-то имя мне. Звездам бесприютно в черной вышине. Тот же ветер, гость осенний, все мечты унес. В сумраке, как тени, образы берез. Сумрак никнет, душу вяжет, вечер спит, я сплю. В тишине кто скажет тихое: люблю! Черен сумрак, ветер умер, умер гул в дубах. В тишине что думать о погибших снах!

Июль 1907

Сны

Сны играют на просторе,

Под магической луной.

Ф. Тютчев
Спите, дети! спите, люди! В тихой темноте, У земной, родимой груди, Преданы мечте! Ваши грезы ночь уносит В высь своей тропой. Кроткий месяц отблеск бросит На крылатый рой… Что вам утро! Утром глянет Беспощадный свет; Утром душу снова ранит Сталь людских клевет. Труд и дряхлая забота Днем вас стерегут, Властно требуют отчета, Произносят суд. Днем стучат, стучат лопаты У глухих могил, И во глубь ваш дух крылатый Падает без сил. Ночь вас нежит, ночь уносит В лучший мир мечты, Где луна сияньем косит Звездные цветы. Спите, люди! спите, дети! Грезам нет границ! Пусть летают в лунном свете Сны, как стаи птиц!

1908

Усталость

Не дойти мне! не дойти мне! я устал! устал! устал! Сушь степей гостеприимней, чем уступы этих скал! Всюду камни, только камни! мох да горная сосна! Грудь гранита, будь мягка мне! спой мне песню, тишина! Вот роняю посох пыльный, вот упал, в пыли простерт. Вот лежит, как прах могильный, тот, который был так горд. Может быть, за серым кряжем цель моих заветных дней… Я не встану первым стражем у Ее святых дверей! Не склонюсь, целуя свято в храм ведущую ступень… Злые завесы заката растянул над входом день. Солнце канет за уступом, ночь протянет черный шелк, И сюда за новым трупом поползет за волком волк. Долго ль взор мой будет в силах отражать их натиск злой? Стынет кровь в замерзших жилах! словно факел предо мной! Не дошел я! не свершил я подвиг свой! устал! упал! Чу! шуршат угрюмо крылья духов мести между скал!

1907

Ангел благого молчания

Молитва

Ангел благого молчания, Властно уста загради В час, когда силой страдания Сердце трепещет в груди! Ангел благого молчания, Радостным быть помоги В час, когда шум ликования К небу возносят враги! Ангел благого молчания, Гордость в душе оживи В час, когда пламя желания Быстро струится в крови! Ангел благого молчания, Смолкнуть устам повели В час, когда льнет обаяние Вечно любимой земли! Ангел благого молчания, Душу себе покори В час, когда брезжит сияние Долго желанной зари! В тихих глубинах сознания Светят святые огни! Ангел благого молчания, Душу от слов охрани!

7 мая 1908

Ликорн

Сонет

Столетний бор. Вечерний сумрак зелен. Мне щеки нежит мох и мягкий дерн. Мелькают эльфы. Гномы из расщелин Гранита смотрят. Крадется ликорн. Зачем мой дух не волен и не целен! Зачем в груди пылает ярый горн! Кто страсть мне присудил? и кем он велел, Суровый приговор бесстрастных норн? Свободы! Тишины! Путем знакомым Сойти в пещеру к празднующим гномам, Иль с дочерьми Царя Лесного петь, Иль мирно спать со мхом, с землей, с гранитом… Нет! голосом жестоким и несытым Звучит во мне, считая миги, медь.

11 июля 1908

Эротика

Отречение

Секстина

Все кончено! Я понял безнадежность Меня издавна мучившей мечты. Мою любовь, и страсть мою, и нежность Ни перед кем я не пролью, – и ты, Моя душа, смиришь свою мятежность, В напрасной жажде вещей Красоты! Как сладостно на голос Красоты, Закрыв глаза, стремиться в безнадежность И бросить жизнь в кипящую мятежность! Как сладостно сгореть в огне мечты, В безумном сне, где слиты «я» и «ты», Где ранит насмерть лезвиями нежность! Но в мире, где любовь на время, – нежность Лишь оскорбленье вещей Красоты. Не бейся, сердце! В этой жизни ты Должно быть из железа! Безнадежность Горит над обликом твоей мечты. Смири, смири своей алчбы мятежность! Достаточно позора! Всю мятежность Своих порывов помню! Помню нежность Своих признаний! Весь обман мечты! И что ж! Во храме лживой Красоты Я слышал, как смеется Безнадежность, И сам, в отчаяньи, стонал: «Не ты!» Царица дум и всех желаний! Ты Не явишь лика. Взоров безмятежность Мне не покажешь. Ты не примешь нежность Моих усталых губ. Ты «безнадежность» Дашь мне девизом. Тайну Красоты Дано мне знать лишь в призраке мечты. И буду я над пропастью мечты Стоять, склоняясь, повторяя: «Ты?», Любуясь ликом вещей Красоты. И пусть звучит в моих стихах мятежность! Там вся любовь, вся страсть моя, вся нежность, — Но их, смеясь, венчает Безнадежность.

1909

[300]

Встреча

Близ медлительного Нила, там, где озеро Мерида, в царстве пламенного Ра, Ты давно меня любила, как Озириса Изида, друг, царица и сестра! И клонила пирамида тень на наши вечера. Вспомни тайну первой встречи, день, когда во храме пляски увлекли нас в темный круг, Час, когда погасли свечи и когда, как в странной сказке, каждый каждому был друг, Наши речи, наши ласки, счастье, вспыхнувшее вдруг! Разве ты, в сияньи бала, легкий стан склонив мне в руки, через завесу времен, Не расслышала кимвала, не постигла гимнов звуки и толпы ответный стон? Не сказала, что разлуки – кончен, кончен долгий сои! Наше счастье – прежде было, наша страсть — воспоминанье, наша жизнь – не в первый раз, И, за временной могилой, неугасшие желанья с прежней силой дышат в нас, Как близ Нила, в час свиданья, в роковой и краткий час!

300

Эрос, непобедимый в битве (греч.)

1906, 1907

Неизбежность

Октавы

Не все ль равно, была ль ты мне верна? И был ли верен я, не все равно ли? Не нами наша близость решена, И взоры уклонить у нас нет воли. Я вновь дрожу, и снова ты бледна, В предчувствии неотвратимой боли. Мгновенья с шумом льются, как поток, И страсть над нами взносит свой клинок. Кто б нас ни создал, жаждущих друг друга, Бог или Рок, не все ли нам равно! Но мы – в черте магического круга, Заклятие над нами свершено! Мы клонимся от счастья и испуга, Мы падаем – два якоря – на дно! Нет, не случайность, не любовь, не нежность, — Над нами торжествует – Неизбежность.

22 января 1909

Ее колени…

Рондо

Ее колени я целую. Тени Склоняются, целуя нас двоих. Весь мир вокруг застенчиво затих. Мы – вымысел безвестных вдохновений, Мы – старого рондо певучий стих. Певец забытый! Брат времен святых! Ты песне вверил жалобы и пени, И вот сегодня мне поют твой стих Ее колени: «В венке из терний дни мои; меж них Один лишь час в уборе из сирени. Как Суламифи – дом, где спит жених, Как Александру – дверь в покой к лене, Так были сладостны для губ моих Ее колени».

1908

Лишь одного!

Газелла

Лишь одного: я быть с тобой хочу! С твоей мечтой слить трепет свой – хочу! Над глубью глаз повиснув в высоте, Дышать их ночью, влажной тьмой – хочу! В гробу объятий, в жуткой тесноте, Услышать близко сердца бой – хочу! Вдвоем спешить к мучительной мете И вместе пасть у цели той – хочу! Как палачу, отдаться красоте И с плахи страсти крикнуть: «Твой!» – хочу!
1-209210211212213214215216217218219220221222223-334
Поделиться с друзьями:
© 2024 xBook

Почта для связи: xbook.shoplift810@passfwd.com