Сочинения
Шрифт:
Итак, и Христос на иконе Своей усматривается и почитается поклонением, но уподобительно; и потому, что Он почитается поклонением и богопочитается, еще не следует богопочитать икону Его; иначе не было бы никакого различия между иконою и Первообразом ее. Итак, это два предмета, по различию их сущности, а не по сходным лицам. Притом, если одной Троице подобает богопочитание, то как может быть богопочитаема и икона? Тогда Троица окажется четверицею, получив прибавление, что нечестиво. А если бы икона Христова в собственном смысле удостаивалась богопочитания, то допущенные два богопочитания привели бы нас к богопочитанию твари, подобно арианской ереси. Но прочь, нечестивое суждение!
Тебя же да сохранит благий Бог непоколебимою и невредимою в православной вере и в благочестивой жизни, которую ты избрала по обету девства, для благоугождения Господу!
И прежде недавно в письме изъяснили мы, как велики и превыше нашего достоинства доверие твое, к нам, господин, уважение и любовь. А мы не таковы, как Вы полагаете, но грешники, не приносящие никакой пользы ни вам, ни другим. Да будет же вам по доверию Вашему награда и милость от Господа, вместе с госпожою консульшей и благородными отраслями Вашими, от которых получив и приношения, мы вознесли благодарение Господу!
Впрочем, обратим речь к нужному. Некоторые опечалились, говоришь ты, по поводу второго Ирода, потому что он был православным, и его поминает Церковь. Но, во–первых, обычное дело — называть властителей Иродами: так, Григорий Богослов говорит: «Если предстанешь Ироду, то молчи». Затем пусть осуждающие обратят внимание, не справедливо ли это сравнение. Первый Ирод, имев женою своею дочь царя Ареты и отвергнув ее, взял себе жену брата своего Филиппа для второго сожительства; а так как это было противозаконно, то он обличается Предтечею и, не перенося обличения, умерщвляет пророка. Потом, спустя немного, будучи изгнан собственным народом, он гибнет, по судьбам правосудного Бога, воздавшего убийце достойное наказание — жалкую смерть за смерть праведника.
Обратимся же к тому, о котором идет речь. И он, имев женою Марию, законно сочетавшуюся с ним от юности, и отвергнув ее, прелюбодейным образом, как говорит Господь, взял себе в жену служившую при дворе его Феодотию для второго сожительства; а так как это вопреки Евангелию, то он лично обличается игуменом Платоном и, не перенося обличения, заключает преподобного как бы в могилу. Потом, спустя немного, будучи изгнан подданным, ослепляется, по судьбам праведного Бога, воздавшего виновнику заключения подобающее наказание — лишение зрения за заключение преподобного.
Пусть же всякий здравомыслящий вникнет, не справедливо ли император Константин, хотя бы он не сделал ничего другого с тогдашнего времени доселе, назван вторым Иродом, сам доставив себе своими делами это название. Относительно этого пусть они и не возражают нам. Христос–истина не может лгать: прелюбодей и даже враг Божий тот, кто не противится им. И не перестанут говорить об этом деле прелюбодея до скончания века. Но так как опечалившиеся способствовали прелюбодеянию, то они и негодуют при напоминании о нем, между тем как им следовало бы признать истину, повергаться и плакать пред Богом о гонении, за которое дадут отчет в день Суда, если не раскаются. А они еще прилагают грехи ко греху, прогневляя Бога; неужели они забыли, какое гонение тогда было воздвигнуто повсюду, и сколь многие стали прелюбодействовать по примеру императора? Не стану говорить о прочем, из уважения к некоторым лицам. Пусть же перестанут печалиться печалью, неугодною Богу, кто бы они ни были. Ибо Бог не взирает на лицо человека (Гал.2:6). И если кто станет проповедовать что–нибудь другое вопреки тому, что мы слышали из Евангелия, хотя бы даже Ангел, он подлежит анафеме, как взывает блаженный апостол (Гал.1:8). Зная это, и благоговейнейший игумен пусть не жалуется, что святой Феофан осужден по этому делу; ибо нет ничего более ценного, чем истина; и он не отказывается слышать об этом, как и великий апостол Петр о своем отречении, и святой Давид о своем прелюбодеянии, и священномученик Киприан — о своем волхвовании.
Что же касается до того, что упомянутый император поминается в Церкви, как православный, это нисколько не противно Евангелию; ибо поминается и Валентиниан, но не за то, что он беззаконно имел в одно время двух жен, а за правую веру; и Иовиан, — но не за то, что он, как повествуют, был мужеложником; и Никифор, — но не за то, что он был корыстолюбцем. И много можно сказать о других, которые, хотя были осуждаемы за иные грехи, но только за православие удостоились церковного поминовения. Сам ты, господин, тщательно береги это письмо и не выдавай его: ибо это опасно, как возвещает письмоносец. Господь со духом вашим. Аминь.
Вопрос 1. О пресвитере, диаконе и чтеце, держащихся православного образа мыслей, но имевших общение с еретиками по страху человеческому; можно ли совершать о них приношение, или всенощную, или молитву?
Ответ. Если они до смерти оставались в общении с еретиками, то нет; а если при исходе раскаялись и исповедали, что они были побуждаемы страхом, и наконец, если приобщились православных Святых Таин, то позволительно совершать о них вышесказанное.
Вопрос 2. О монахах и монахинях, подобным образом скончавшихся в общении с еретиками.
Ответ. Вышесказанный ответ пусть соблюдается и относительно таких, равно как и относительно мирян: мужчин, женщин и детей. Это сказано об умерших. Если же кто из всех упомянутых еще жив и раскаивается, отбрасывая страх с этого времени и решаясь злострадать за благо, то, если он пресвитер или диакон, должен быть отлучен от священнослужения до времени православного Собора, и после надлежащей епитимии пусть причащается православных Святых Таин. А сущность епитимии состоит в непричащении Святых Таин в продолжение такого времени или таких времен, как назначит налагающий епитимию; ибо невозможно сказать об этом определенно, потому что один от другого отличается и личностью, и познаниями, и занятиями, и возрастом. Если же то будет монах, или чтец, или монахиня, то по выполнении епитимии пусть тотчас будет даваемо Божественное Причастие; тоже и относительно мирян, — мужчин, и женщин, и детей. Очевидно, что и в отношении к ним нужно делать различие, смотря по личности, по достоинству и по возрасту, так что и в продолжение одной Четыредесятницы епитимия достаточна для принимающего ее. Ясно, что епитимия непричащения Святых Таин сопровождается и молитвами, и коленопреклонениями, и воздержанием от яств, по силам подвергающегося епитимий.
Вопрос 3. О приношении даров в монастырях мужских и женских.
Ответ. Нужно приносить, если они чужды общения с еретиками.
Вопрос 4. О причащении Святых Тайн монахами или монахинями самим от себя.
Ответ. Не имеющим священства непозволительно даже и касаться Божественных Приношений; разве только по совершенной необходимости, когда не находится пресвитера или диакона, можно самим причащаться Даров. Каким же образом? Положив священную книгу и разостлав чистое полотно, или священный покров, и со страхом сложив туда из руки Дары, после песнопения нужно принимать их устами; потом принявшему таким образом должно омыть уста вином.
Вопрос 5. О мирянах — мужчинах и женщинах православных, которые причащаются от православного, но во всем прочем по страху человеческому смешиваются с еретиками; как надобно вести себя в отношении к ним людям, строго соблюдающим правила?
Ответ. Священному лицу, именно, пресвитеру и диакону, монаху и монахине, надобно воздерживаться от вкушения пищи вместе с такими, строго держась правил; разве иногда, не знаю, по какому–либо приспособлению к обстоятельствам дозволять это, и притом весьма редко. Мирянину же вкушать пищу вместе с такими — безразличное дело, хотя бы случилось, что иной из них имел общение с ересью по страху, но между тем держится православного образа мыслей. Впрочем, чтобы грех не оставался ненаказанным, нужно назначать малую епитимию безразлично обращающемуся с еретиками по страху. Эта епитимия — коленопреклонений пятнадцать, также молитвы: «Господи, прости мне согрешение»; «Господи, будь милостив ко мне, грешному»; «Господи, помилуй меня» — от пятидесяти до ста.
Вопрос 6. Должно ли православному священнику преподавать Святые Тайны тем, которые молятся вместе с еретиками, но воздерживаются от общения с ними — пресвитеру ли, или диакону, или мирянину, или женщине?
Ответ. Что касается до преподавания, то пусть преподает лицам священным с епитимией, по снисхождению к тому, что они во всем другом уклоняются от еретиков, а мирянам без епитимии. Что же касается чтеца, который в продолжение двух лет воздерживался от общения с еретиками, то ему справедливо можно причащаться Святых Таин, хотя бы в других отношениях он и увлекался. Впрочем, это сказано по снисхождению к слабости людей, чтобы нам, желая сделать их совершенно чистыми, незаметным образом не подвергнуть их смертной опасности.