Чтение онлайн

Добавим, что австралийские общества становятся наиболее изученными из тех, которые условно называют первобытными. Для науки весьма ценны последние экспедиции Спенсера и Гиллена159.

поводу Durkheim. "Totemisme", Annie sociologique, 5 (1902); 8 (1903-1904). The Native Tribes of Central Australia, Macmillan, 1899 (далее N.T.), The Northern Tribes of Central Australia, Macmillan, 1904 (далее N.T.C.) станут одними из главных наших источников. Спенсеру и Гиллену посчастливилось в том отношении, что арунта рассматривали их как "полностью посвященных" (ср. N.T.C., р. XI), и поэтому они имели доступ ко многим зрелищам, традициям и практикам, оставшимся тайной даже для более одаренных наблюдателей. Несмотря на исключительность их работ, мы все же не будем полностью принимать их на веру. Далее будет немало обсуждений документов, содержащихся в них. Вестись же эти обсуждения будут в следующем духе: во-первых, арунта, по нашему мнению, подверглись куда более сильному влиянию европейской цивилизации, чем пожелали указать Спенсер и Гиллен (ср. N.T., р. 12 и Schultze. "Notes of the Aborigines of the Finke River", Transactions of the Royal Society of South Australia, 1891, vol. XIV, pt. II, p. 218). После строительства станции в Элис Спрингс (туда несколько лет регулярно ходил дилижанс, ср. R. H. Matthews. "Notes on the Languages of Some Tribes of Central Australia", Journ. R Soc. N. S. Wales, XXXVIII, p. 420) многие обычаи могли потерять оригинальность. Это относится к арунта. Относительно самих исследователей надо различать следующее: глубокое знание данных об арунта, принадлежащее, вероятно, Гиллену, в течение двадцати лет защищавшему туземцев в том районе, и поверхностное знание других племен, полученное обоими авторами примерно в одних и тех же условиях. Даже при всей глубине исследования арунта наблюдение продолжалось лишь небольшое количество лет (ср. документы, переданные Гилленом Стирлингу, чтобы исправить раздел "Anthropology", VI в "Horn Expedition", p. 179 и далее). Не все темы изучены одинаково глубоко (ср. Аппёе sociologique, 2, pp. 219, 221), и мы знаем едва ли тринадцать интичиума из почти что ста, которые должны существовать, если установленные принципы точны, а без Штрелова мы бы не знали формул интичиума. В книге рассматриваются только племена Элис Спрингс и окрестностей. Этим объясняются значительные расхождения с документами немецких миссионеров из Миссии Германсбурга на берегах реки Финке. Исследование проведено с недостаточной строгостью; Спенсер и Гиллен, похоже, слишком доверяли двум ученым старикам, с которыми они общались (ср. N.T.C., р. XIII и R. H. Matthews. Loc. cit, p. 420; ср. Klaatsch. "Schlussbericht meine Reise" etc., Z. /. Ethn., 1907, p. 730); они не пытались узнать, начали ли работу другие этнографы и сильно ли они продвинулись в исследованиях; помощь, особенно филологическую, Спенсер и Гиллен могли бы найти у миссионеров (ср. H. Kempe. "Grammar and Vocabulary of the Languages Spoken by the Aborigines of the Macdonnell Ranges", S. A. in 286

Помимо этого следует отметить последние исследования В. Рота160, проведенные с использованием всех ресурсов современной этнографии, или сведения, публикуемые в настоящее время миссионерами, направляемые одним из лучших этнографических музеев мира161, но и более старые документы Хоуитта, сначала публиковавшиеся понемногу, но затем собранные вместе162 и дополненные.

Trans. Roy. Soc. S. Austr., vol. XIV, pt. I, sq. Cp. Planert (по сведениям миссионера Веттенгеля), "Australische Forschungen", I, "Aranda Grammatik", Z. /. ?., 1907, p. 55 и далее; Basedow. "Vergleichende Grammatik", Z. /. ?., 1908, p. 105 и далее), поскольку Спенсер и Гиллен одинаковы слабы с филологической точки зрения: у них нет никакой системы транскрипции. Пример: то что Планерт, профессиональный лингвист, записывает как atua ("человек") фонетическим письмом, они записывают как ertwa, что приблизительно передает нужный звук лишь по правилам английского произношения. Спенсер и Гиллен не создали ни сборника текстов арунта, ни точной лексики; они не знают языков соседних племен. Мы бы даже осмелились утверждать, что со своими братьями арунта, а еще вернее с другими племенами, урабунна с юга и варрамунга с севера они говорили только на "пиджин-инглиш". Так что нам остается только сожалеть, что авторы не позаботились о том, чтобы передать имена своих информантов, условия наблюдений и т. д. Однако это не мешает нам по достоинству оценить замечательные и интересные данные, полученные наблюдателями. Старые и недавние работы миссионеров Штрелова ("Die Aranda Stamme" (опубликована F. v. Leonhardi), Veroffll. v. Stadt. Volkermiseum, Frankfurt, a M. I. "Mythologie der Aranda und Loritja" (Luritcha у Спенсера и Гиллена)), Кемпе, Шульце зачастую позволяют нам выполнить необходимую критику.

160 Рот опубликовал: 1) Ethnological Research among the Aboriginus of Central North western Queensland, Brisbane, Gov. Print., 1898 (далее Ethn. Res.); 2. восемь выпусков North Queensland Ethnography Bulletin, Brisbane, Gov. Print, 1900-1907. Его наблюдения более сухие и краткие, но при этом более спорадические и рассеянные, чем у Спенсера и Гиллена. Схематические объяснения (кроме технологической или чисто этнографической области) мешают его наблюдениям. Мы не знаем, действительно ли Рот говорил Клаатшу (ср. Schlussbericht meine Reise, p. 739), что никогда не обнаруживал тотема в Квинсленде (против ср. тексты Рота, цитируемые далее, о призыве, обращенном к животным через их омонимы); в

любом случае подобная идея вредит его наблюдениям: тотемизм относится к числу обычаев, содержащихся в тайне, и его надо искать, чтобы обнаружить.

161 См. Strehlow-Leonhardi. Die Aranda Stamme etc. Frankfurt, 1907.

162 The Native Tribes of South East Australia, Macmillan, 1904 (далее S.E.A.). Относительно предшествующих работ, которые Хоуитт даже не называет полностью, см. библиографию в S.E.A. Личные и глубокие познания Хоуитт имел только о курнаи из Джипсленда; о его наблюдениях сообщает Файзон (тогда находившийся на Фиджи и иногда ездивший в Австралию) и опосредованно Морган, которому Файзон и Хоуитт сообщали номенклатуру родства и посвятили свой первый труд The Kamilaroi and Kurnai, London, Melbourne, 1875. Однако его наблюдения осуществлялись через двадцать лет после оккупации страны европейцами (северо-восточная Виктория), долгое время оставались неполными и, например, когда Хоуитт обнаружил существование инициации, ему пришлось просить повторять церемонии (см. "The Jeraei'l Ceremony of the Kurnai Tribe", J.A.I. XV, 1885, p. 455); то же и с порядком боя, S.E.A. р. 344, 345; с другой стороны, если наблюдения и велись с должной точностью, некоторые пункты, например мифология, остались в стороне в силу исчезновения стариков как хранителей традиций (ср. The Kamilaroi andKurnai, 252; "On Australian Medicine Men", J.A.I., 1882, p. 413). Наконец, филологическая точность наблюдений несколько относительна. Хоуитт пользовался, в первую очередь, пиджин-инглиш (ср. S.E.A., р. 627) и заставлял их диктовать, время от времени требуя точно переводить тот или иной смысл или заинтересовавшие его слова (см. пример в S.E.A., р. 630; ср. по поводу курингал, юин р. 533, 534). Несколько хуже Хоуитт знал племя диери. Он был одним из первых европейцев, изучившим его (ср. Howitt. "Personal Reminiscences of Central Australia", Inaugur. Addr. Austr. Ass. Adv. Sc., Adelaide,

287

Даже отдельные части старых книг Вудса163, Грея164, Эйре165 стоят лучших современных трудов. Более того, благодаря трудам и современных, и более ранних лингвистов мы можем получить достаточно точное представление о структуре австралийских языков, о стоящем за ними образе мысли и об их выразительных возможностях166. Наконец, в нашем распоряжении находится довольно много текстов мифов в подстрочном переводе (см. гл. III, IV, V), поэтому мы можем быть уверены, что наша работа о первобытной молитве не лишится всякой ценности, когда будет проведено, наконец, подробное филологическое исследование австралийских языков.

Разумеется, это не означает, что нам известны все факты и что уже знакомые факты мы знаем хорошо. Напротив, нам следует ожидать сюрпризов. Вспомним, насколько неожиданным было появление первой книги Спенсера и Гиллена. Некоторые ученые до сих пор остаются, так сказать, зачарованными арунта. Аналогично, новые открытия могут привести к такому же перевороту наших представлений, и этого даже

1907, р. 31 и далее (диери, янтруванта, яурорка)), и возвращался к нему довольно часто, но, в общем, лишь затем, чтобы дополнить или проверить старые наблюдения Гейзона или недавние миссионера Зиберта. К другим племенам юго-восточной Австралии Хоуит имел более или менее прямой доступ: племена, которые он объединил в группу племен юин (горы на северо-востоке Виктории и на юго-востоке рядом с Новым Южным Уэльсом), он наблюдал уже затронутыми сильным влиянием европейской цивилизации (ему пришлось провоцировать их церемонии инициации, ср. "On Certain Australian Ceremonies of Initiation", J.A.I., XIII, p. 410), а его связи с ними были не очень близкими и осуществлялись через посредство туземцев разной квалификации, которые расспрашивались, опять-таки, по-разному (так, Хоуитт не смог узнать о церемониях инициации все, чему его мог научить старый туземец Берак, которого впоследствии расспрашивал Мэтьюз, ср. ниже). Что же до остальных племен, исключая те, что жили в окрестностях Мельбурна, то тут Хоуитт пользовался информацией, полученной им от поселенцев, более или менее связанных с соседними племенами.

163 The Native Tribes of South Australia, Adelaide, 1875.

Journal of Two Expeditions of Discovery into the Interior of Western Australia, 2 vol., London, 1835. Journal of Two Expeditions of Discovery into Australia etc., включая "an Account of the Manners and Customs of the Aborigines", 2 vol., London, 1845 (племя Аделаиды по Мурхаузу, племена залива Мюррей по личным наблюдениям, осуществлявшимся в течение трех лет и стоившим серьезных усилий).

166 Упоминания достойны, главным образом, труды: Тайхельмана и Шюрмана; Vocabulary of the Tribes Neighboring Port Lincoln, 1834; Threlkeld. A Key to the Structure of the Aboriginal Language Spoken by the Awabakal Tribe of Port Macquarie, Sydney, 1850, etc.; An Awabakal English Lexicon, ibid., переизданная с другими работами того же автора и других авторов (A. Giinther. Wiradhuri etc.; Livingstone. Tribus de la Wimmera) в J. Fraser, Threlkeld. A Grammar etc., Sydney, 1892. Переиздание не является ни полным, ни совершенным. W. Ridley. Kamilaroi and other Australian Languages, etc., 2е edit., 1875, N.S.W. Gov. Print.; Rev. Hey in Roth, JV.Q. Ethn., Bulletin, n. 6, "A Grammar of the Ngerrikundi Langauge"; Rev. Gale, n. 9, Bui. 7, "A Grammar of the Kokowarra and Kokoyimidir Languages" etc. Наконец, в последних документах немецких миссионеров есть важная группа текстов племен арунта и лоритджа, переведенных дословно (о грамматике и лексике см. выше). Лингвистическими трудами Р. X. Мэтьюза, мягко говоря, беспорядочными, словарями, опубликованными в Brough Smith. The Aborigines of Victoria, II, p. 1 cp. 310, и Керром мы пользуемся крайне осторожно. 288

надо ожидать, поскольку из двухсот пятидесяти австралийских обществ, насчитанных Керром, включая общества, исчезнувшие в настоящее время, но не учитывая многочисленные до сих пор неизвестные племена, более или менее описаны около тридцати обществ. Однако поскольку документы из первых рук, которые мы смогли найти, в основном относятся к

обществам, разбросанным далеко друг от друга по всему континенту и располагающим самыми разными системами организации и религии, возможные открытия, как мы думаем, не могли бы дать результаты, полностью противоречащие изучаемым нами данным. С другой стороны, при всех различиях в вескости и обоснованности приводимых нами доказательств, они настолько разного происхождения и они так легко упорядочиваются, что их критика вряд ли представит особые затруднения.

Но, прежде чем перейти к описанию, а затем и объяснению первобытных форм молитвы в Австралии и, гипотетически, молитвы вообще, нам нужно ответить на одно принципиальное возражение, которому лично мы не придаем никакого значения, но которое может быть нам представлено. По какому праву из всех данных о молитве мы выбрали именно эти? По какому праву из исследования молитвы в австралийских религиях мы делаем заключение о происхождении молитвы в целом?

Несомненно, единственный способ доказать, что австралийская молитва представляет собой образец исходного типа молитвы - это продемонстрировать, что из этого рода формул вышли все остальные формы молитвы. Очевидно, такую задачу в ходе одной работы не выполнить. Тем не менее, несмотря на отсутствие подобного доказательства, которое единственно может быть окончательным, у нас есть серьезные причины заранее рассматривать изучаемые нами факты как первобытные. Прежде всего, мы наблюдаем их в самых отсталых из всех известных нам обществ. Поэтому есть все основания считать, что мы найдем там религиозные данные столь же примитивные, сколь и другие социальные факты. Далее, мы увидим, что австралийская молитва тесно связана с тотемической системой, то есть наиболее архаичной религиозной системой, существование которой до сегодняшнего дня открыто историками и этнографами. Наконец, и в первую очередь, мы покажем, что она, будучи совершенно непохожей на то, что мы обычно называем этим словом, тем не менее содержит все основные элементы более сложных и чистых ритуалов, для которых идеалистические религии и используют имя молитвы. В то же время благодаря своей простоте и даже грубости австралийский речевой ритуал нас явно отсылает к первым фазам религиозной эволюции. Нам даже сложно представить себе такую простоту. Все будущее мы открываем в ней в зародыше. Поэтому, по крайней мере, достаточно убедительно предположение, что это будущее вышло из нее.

Впрочем, и так понятно, что результаты нашего исследования будут лишь предварительными. Научные заключения всегда таковы, и ученый должен быть готов пересмотреть их. Если нам удастся открыть еще более элементарную форму молитвы или установить, что в определенных условиях молитва сразу родилась в сложной форме, придется рассмот-

10 Зак. 3106 289

реть факты, приводимые в поддержку первого или второго утверждения. Пока достаточно и того, что анализ до сих пор не обнаружил более простых форм молитвы, тогда как, напротив, наиболее развитые формы молитвы явно оказываются плодом более или менее долгой исторической эволюции.

ЕСТЬ ЛИ МОЛИТВЫ В АВСТРАЛИИ?

I

На вопрос, поставленный таким образом, мы находим два противоречащих друг другу ответа. По мнению одних исследователей, молитва в Австралии не только существует, но и уже имеет форму просьбы, мольбы, призыва, обращенного к могущественному и независимому божеству, как в наиболее развитых религиях167. Согласно же другим, напротив, австралийцы не знают ничего, что могло бы быть названо именем молитвы168. Рассмотрим последовательно документы, на которых основываются то и другое утверждение.