Чтение онлайн

Невольно становясь красной настолько, что ее рыжие волосы уже смотрелись бледновато на фоне лица, Анна рубанула Ватанабэ ребром ладони по шее. Тот перекосился, отрываясь от нее.

– Вот нелогичные существа эти женщины!
– он хрустнул шеей, которой по-хорошему полагалось быть сломанной.

– Наглец!
– она попыталась вырваться из кольца его медвежьих лапищ.
– Пусти!

– Это я-то наглец!

– Извращенец!

– Это я-то извращенец!

– Кто ты такой вообще?!
– возопила Анна, пытаясь ударить Сэма в лицо. Мотнув головой, толстяк подставил под изящный женский кулачок свой широкий лоб. Казалось, от удара по округе разнесся легкий звон.

Внизу грохотал некто слоноподобный, доносясь до Китами в порывах сквозняка. Впереди, держа на весу ту, что еще недавно так пугала, стоял вездесущий Ватанабэ, явно что-то задумавший. И, к тому же, поцеловавшийся с этой рыжей великовозрастной стервой.

Ухватившись за стенку, Дзюнко поднялась на ноги. Удивительно, как ловко подхватил ее толстяк. По-хорошему, ей полагалось либо затормозить о него, свалив с ног, либо брякнуться костями о камень. Но что дальше?

– Я самое жуткое в мире привидение!
– потешно страшным голосом произнес Ватанабэ, разворачиваясь с Анной в руках к гулкой пустоте за перилами.
– Если не хочешь, чтобы я тебя жутко напугал - чеши отсюда!

– Что?!

– Что слышала: кыш!

Сэм приподнял стиснутую его стальными ручищами девушку и усадил на тонкую полоску стали. И сразу же его объятия разжались, а правая рука легонько толкнула пленницу в грудь, заставляя Анну потерять равновесие и податься назад. Уже почти падая, женщина-трикстер в последний момент успела схватиться за спасительную соломинку. За галстук Ватанабэ.

– Ах ты, гад!
– утягивая перевесившегося через перила толстяка следом, выдохнула она.

Сэм, вцепившись в перила руками, навис над Анной.

– Проваливай отсюда, я сказал!
– рявкнул он, отрывая одну руку от железа и подсовывая ее под остававшиеся на весу женские ноги.

– Да что ж ты делаешь?!
– она почувствовала, как поворачивается вниз головой.

– Кыш!
– Сэм дернулся, распрямляясь, и шелковая полоска галстука, скользнув меж пальцев, вырвалась из руки Анны. Стукнув о перила обувью, ошарашенная девушка рухнула вниз. Лишь полы плаща сиротливо встрепенулись на прощанье.

Ватанабэ распрямился, поправляя сбившийся галстук, и обернулся к Китами, смотревшей на него огромными глазами.

– Что?

– Ватанабэ, - сказала школьница, по-прежнему держась за холодную бетонную стену.
– Ты невероятно нелеп.

– Стараюсь, - он одернул пиджак и зашагал по лестнице вниз.
– Ты как себя чувствуешь?

– Паршиво.

Китами, впервые за вечер, осмотрела себя. Растрепанные волосы, криво сидящая форма, грязь и пара царапин. Не слишком презентабельно. Хотя, если учитывать тот факт, что пару часов назад у нее было перерезано горло, дела обстояли не самым ужасным образом. Последовав примеру Сэма, Дзюнко принялась поправлять на себе школьную форму. И тут, вспомнив что-то, встрепенулась.

– Эй, Ватанабэ!

– Чего?
– он спустился к ней на площадку и посмотрел вниз через перила.

– Куда ты дел мое нижнее белье?!

– Какое еще нижнее белье?
– он обернулся с невинным выражением на физиономии. Но очки совсем не зря скрывали глаза, что было заметно.
– Не знаю никакого нижнего белья!

– Мое нижнее белье!
– она сердито наставила на него указательный палец.
– Думаешь, я не помню, что это ты меня одевал?!

– Слушай, малявка, - он сердито сунул руки в карманы.
– Я не нанимался к тебе служанкой. Вообще, из нас двоих в форме горничной ты лучше смотришься! Мне некогда было натягивать на тебя все подгузники.

– Сам ты малявка!
– огрызнулась она, сердито одергивая юбку.
– Сволочь ты. Она как, сдохла?

– Вот уж нет, - Сэм снова оглянулся на гулкую пустоту.
– Если ты видела, как она скачет, то понимаешь, что просто так эту девчонку не прибить.

– Тогда зачем ты ее выкинул?

– Затем, - он шагнул к Дзюнко и придирчиво оглядел ее.
– Она достаточно умна, чтобы не сунуться обратно. Пускай бежит. Либо никуда не денется, либо вернется к хозяину.

– Ну так а тебе что за выгода?
– поджав губы, Китами отвернулась.
– Нечего на меня пялиться.

– Очень простая, - Ватанабэ склонил голову, продолжая изучить девушку.
– Но это все не твоего ума дело.

– Ах, не моего ума дело!
– разозлившаяся Дзюнко обернулась, метнув в толстяка испепеляющий взгляд.
– То есть, перерезанное горло, похищение, унижения и ничего не знание - мое дело, а понять, почему ты вдруг взял и отпустил ее - не мое?!

– У-тю-тю!
– Ватанабэ с беспардонной наглостью щелкнул разъяренную школьницу по носу, заставив захлебнуться воздухом от возмущения.
– Не метай громы и молнии, Китами. Считай сегодняшний вечер небольшим Чистилищем.

– Чего?!

– Того, - он снова щелкнул ее по носу.
– Ты успела дел натворить в родной школе.

– Это здесь причем?
– Китами окончательно разозлилась и смотрела угрюмо, исподлобья.

– При том при самом, - Ватанабэ в очередной раз засунул руки в карманы.
– Сшибание монет с ботаников - это я еще могу понять. Мелкие пакости и серьезные неприятности вроде сломанных ног - уже сложнее. А вот случай учительницей английского - за это тебе стоило горло перерезать.

Дзюнко почувствовала, как подкатывает к горлу знакомый ком, и упрямо отвернулась, едва не уткнувшись носом в грязную стену.

– Да пошел ты... Умник чертов, - сквозь синие линзы глаза разглядывали облупившуюся краску. Взор подозрительно замылился, словно приближались слезы.
– Очередной судья нашелся. Никто меня не может судить, кроме сатаны.

Плюха прилетела неожиданно и беззвучно. Тяжелая, но мягкая, как плюшевый медведь, ладонь хлопнула по затылку, вызвав в ушах Китами оглушительный звон. Едва не въехав носом в стену, девушка в ярости развернулась к толстяку, стоявшему на том же месте с одной рукой в кармане, а ладонь второй сложив в увесистый кулак, который тут же продемонстрировал Дзюнко.

– Вот я сейчас кому-то по заднице нашлепаю за такие закидоны, - пообещал Сэм.
– Завязывай уже с этой ерундой про сатану. Тоже мне, нашлась, наследница Алистера Кроули. Я тебе еще припомню хранение в подвалах голых мальчиков!

– А припомни!
– она все-таки сорвалась. Сегодняшние страх, нервы, пережитая смерть и вообще все непонятное, что случилось в течение всего-то пары часов, давили на психику слишком сильно.
– Давай, напомни! Напомни, что я сатанистка! Давай. Напомни, что я не девственница и шлюха! Напомни, что я людей калечила! Напомни, что из-за меня погибла целая семья! Давай! Заодно можешь меня сразу казнить, скотина ты непонятная! Возьми меня за ноги и выкинь с лестницы, как эту стерву рыжую! Я за перила цепляться не умею! Давай, выкинь! В аду меня все равно уже ждут!