Чтение онлайн

1984 год – год моего первого серьезного юбилея. Я специально не готовился к нему. Где-то в первых числах июля позвонил академик П. Н. Федосеев и спросил, как я собираюсь отмечать своё пятидесятилетие. Я ответил, что еду на конференцию. Мой ответ понравился ему. Он даже пошутил, что хорошо бы ввести такую традицию.

Действительно, научно-практическая конференция, посвященная борьбе с нетрудовыми доходами, должна была проходить в Чечено-Ингушской автономной советской социалистической республике (г. Грозный). Конференция эта проводилась по инициативе Президиума Верховного Совета Чечено-Ингушской АССР и лично его председателя X. Бокова. Конференции предшествовало серьезное социологическое исследование, материалы которого были изданы в специальном сборнике для служебного пользования. Инициативу проведения этой конференции поддержал отдел науки ЦК КПСС. Вместе с зав. сектором этого отдела Д. П. Грибановым мы должны были вылететь в г. Грозный 4 июля. Билеты на самолет были уже куплены. И вдруг 3 июля мне звонит Д. П. Грибанов и говорит, что конференция отменяется, о причинах – при личной встрече. Встреча состоялась в этот же день и причиной оказалась позиция В. И. Воротникова – Председателя Совета Министров РСФСР и члена Политбюро ЦК КПСС, который выразил удивление по поводу того, что именно в этой республике рассматривается данная проблема (во-первых); и, во-вторых, почему его не предупредили заранее? Можно понять мои ощущения и реакцию сотрудников Института, сделавших все необходимое, чтобы конференция прошла успешно. 6 июля, в свой день рождения, пришлось провести импровизированное заседание Ученого совета Института. От Бюро отделения философии и права АН СССР присутствовал член-корр. АН СССР С. Р. Микулинский, который зачитал приветствие от Бюро отделения философии и права. В этот же день пришла поздравительная телеграмма от Председателя Президиума Верховного Совета Чечено-Ингушской АССР X. Бокова, затем последовал его телефонный звонок, и мы «отвели душу», оценив соответствующим образом принятое большим начальством решение в отношении несостоявшейся конференции.

Мой опыт директорства изначально был построен на старом педагогическом принципе – разделить школьный класс на три части. Первая – отличники, вторая – безнадежные двоечники, третья – вселяющие надежду середняки, с которыми учителям рекомендовано работать главным образом.

В Институте были подразделения, которые успешно решали свои научные и научно-организационные задачи (отделы, возглавляемые Г. В. Осиповым, Ф.Р. Филипповым, Л. Л. Рыбаковским); были аутсайдеры, где со временем руководителей пришлось сменить; и были подразделения, которым нужна была директорская помощь. Их сотрудники в основном и составили «костяк» инициированного мною исследовательского проекта под названием «Социальная сфера: показатели и тенденции развития». Я рассматривал проект широко, не только как предмет конкретного исследования, но как объект социологии как науки, понимая под социальной сферой систему социальных отношений по аналогии с отношениями экономическими, политическими, духовно-идеологическими. В центре научно-исследовательской работы в рамках исследовательского проекта «Социальная сфера: показатели и тенденции развития» были поставлены такие проблемы как:

• социальная справедливость и распределительные отношения;

• социальные проблемы ускорения научно-технического прогресса;

• человеческий фактор в процессе интенсификации производства;

• социальные проблемы совершенствования образа жизни;

• актуальные проблемы совершенствования социального планирования;

• социальные проблемы изучения и формирования общественного мнения.

В ходе его реализации были приняты меры по налаживанию более широкого и юридически оформленного взаимодействия с плановыми органами (в частности с Госпланом, Госкомтруда СССР и др.).

Созданный и работающий под моим руководством исследовательский коллектив за относительно короткие сроки провел серию крупномасштабных социологических исследований, результаты которых были представлены в трёхтомной монографии, изданной в издательстве «Наука» под моей редакцией и редакцией д. ф. н. В. 3. Роговина, моего ближайшего помощника по проекту.

Проведенные социологические исследования получили также отражение на страницах журнала «Социологические исследования». По просьбе главного редактора, д. ф. н. А. Г. Харчева, я написал статью об актуальных проблемах развития социологической науки, опираясь на уже накопленный Институтом опыт. На ее основе я опубликовал также материал в Информационном бюллетене, а затем, используя новые данные, написал брошюру для общества «Знание». В статье, в частности, отмечалось, что на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС деятельность Института была подвергнута острой критике. Впервые за 15 лет существования ИСИ его научно-исследовательская работа оказалась в фокусе внимания всей партии. В статье также речь шла о том, что принципиальная оценка наших недочетов и упущений, данная Пленумом, обязывает коллектив Института с повышенной ответственностью подойти к решению задач, поставленных партией перед общественными науками, добиться быстрейшего искоренения недостатков, преодоления мелкотемья, замыкания в групповых, «диссертационных» интересах, резко повысить качество и, главное, – практическую значимость исследований. Я писал о том, что необходимо сосредоточить усилия на решении крупных, перспективных проблем, отрешиться от пристрастия к разовым заказам и заданиям, от исследования вопросов, имеющих локальный, а порой просто малозначимый характер. Кроме того, в статье мною было высказано мнение о том, что нужно существенно перестроить координационную, а также методическую работу ИСИ, с тем, чтобы при реализации основных исследовательских проектов Институт мог опираться на содействие местных социологических центров.

Главное назначение социологической науки – давать глубоко обоснованные и вместе с тем крупномасштабные практические рекомендации, ориентированные на решение актуальных народно-хозяйственных задач, всестороннее развитие личности каждого советского человека, усиление социального обоснования идеологической работы. Другая важная сторона дела – разработка надежных социальных прогнозов.

Исходя из такого понимания, дирекцией и Ученым советом Института была уточнена концепция и стратегия научно-исследовательской деятельности, приведена в соответствие с ними структура Института, разработана система мер, направленная на совершенствование планирования и управления научно-исследовательской деятельностью, повышение научного уровня и практической отдачи исследований, на коренное улучшение работы с кадрами, формирование у каждого сотрудника взыскательного и ответственного отношения к делу, создание в коллективе подлинно творческой, деловой атмосферы, укрепление исполнительности и дисциплинированности, расширение научных связей с социологическими центрами внутри страны и за рубежом.

Следует отметить, что среди всех социалистических стран самой «социологической» по числу проводимых исследований и международных мероприятий была Болгария. И не только потому, что там действительно эта наука делала большие успехи, но и потому, что председателем социологической ассоциации НРБ был Нико Яхиел, работавший помощником Генерального секретаря КПБ Тодора Живкова. Последнее обстоятельство давало ему возможность успешно решать организационные и финансовые вопросы, чего нельзя было сказать о некоторых его коллегах-социологах в других социалистических странах.

Н. Яхиел возглавил коллектив болгарских социологов в подготовке совместного советско-болгарского труда «Ученый и научный коллектив: социальные аспекты деятельности». С советской стороны во главе коллектива исследователей стоял бывший в то время в должности директора Института социологических исследований член-корр. АН СССР Т. В. Рябушкин. На завершающем этапе работы над проектом мне пришлось принять у него эстафету (книга была издана в издательстве «Прогресс» в 1986 году).

В мае 1983 года, я получил приглашение участвовать в работе I съезда Болгарской социологической ассоциации, проходившего в Софии. Съезд был посвящен, в основном, проблемам трудового коллектива. С докладом выступил Н. Яхиел, рассказавший о несомненных успехах социологии в Болгарии в 80-е годы. На съезде состоялось наше с ним знакомство, получившее продолжение в последующие годы. Наши научные контакты приобрели регулярный характер.

Съезд был примечателен и тем, что на нем проходило чествование известного болгарского социолога Живко Ошавкова в связи с его 70-летием. Его взгляд на социологию отличался от официальных трактовок предмета социологии в СССР. Ж. Ошавков не считал социологию философской наукой. У нас же теоретическая социология отождествлялась с историческим материализмом, что, по сути, лишало ее самостоятельного статуса.

В 80-е годы широкий размах приобрели социологические исследования по проблемам пропаганды и контрпропаганды. В ЦК КПСС был создан Отдел внешнеполитической информации, возглавил который Л. М. Замятин. Во время первой встречи с ним была достигнута договоренность о систематическом информировании Отдела о результатах наших исследований и наших предложениях в этой связи. Непосредственные и довольно частые контакты осуществлялись с консультантом этого отдела С. П. Гавришем. В частности, с ним, а также при участии В. Ф. Провоторова готовилась Всесоюзная научно-практическая конференция на тему «Обострение идеологической борьбы на мировой арене и политическое воспитание трудящихся».

На конференции мне было поручено выступить с докладом по результатам наших исследований. Следует отметить, что поле взаимодействия не только отдела социологических проблем пропаганды, но и Института социологических исследований АН СССР в целом с отделами ЦК КПСС постоянно расширялось. Это сыграло, в частности, положительную роль и при подготовке специального Постановления ЦК КПСС о развитии социологии (1988 г.).

Проводимые Институтом исследования убеждали в том, что социально-политическая ситуация в стране имеет тенденцию к усложнению (точнее сказать, к ухудшению). Росли негативные проявления в разных сферах общественной жизнедеятельности, что не могло не находить своего отражения в массовом сознании, в настроениях, ценностных ориентациях и установках разных групп населения. Росли масштабы и результативность влияния зарубежной пропаганды (особенно на молодежь), что подтверждали, в частности, результаты социологических исследований закрытого отдела Института. По результатам последних мною была направлена в апреле 1984 года аналитическая записка вице-президенту АН СССР академику П. Н. Федосееву [7] . По его рекомендации буквально через неделю я направил ее в ЦК КПСС. Судя по последовавшим после ее отправления беседам в отделах ЦК КПСС (пропаганды, внешнеполитической информации, науки), она вызвала интерес. Насколько были учтены сделанные в ней выводы и рекомендации, судить трудно. Скорее всего, этими беседами все и ограничилось. Хотя содержащиеся в моей записке материалы были использованы на проводимых по инициативе партийных органов всесоюзных научно-практических конференциях.

Приобрело все больший размах сотрудничество с социологическими центрами стран социалистического содружества, главным образом в рамках Комиссии по многостороннему сотрудничеству в области общественных наук. Согласно утвержденному регламенту регулярно и поочередно в каждой стране проводились научные конференции и заседания Координационного совета. Следует сказать, что атмосфера на всех проводимых мероприятиях сложилась дружественная, все участники чувствовали себя комфортно. Нельзя не отметить, что многое для этого сделал председатель Советской социологической ассоциации д. ф. н. X. Н. Момджян.

В 80-е годы социология сделала еще один весомый шаг в практику. Получили значительное распространение службы социального развития на крупных предприятиях. В Институте ряд сотрудников непосредственно занимался этой проблемой. Появился даже термин «заводские социологи». Они периодически собирались на семинары и конференции. Особенно много труда в это дело вложил сектор, возглавляемый к. ф. н. Н. В. Андреенковой. Следует подчеркнуть, что в этой работе активно участвовали социальные психологи Института психологии АН СССР.