Чтение онлайн

как принято в России испокон.

Он чувствовал, какие дни настанут:

"Земные силы оскудеют вдруг"…

И мглой свинцовой небосвод затянут.

И выпал меч из ослабевших рук.

Молчит, молчит загадочно и странно,

а я не вижу, что скрывает мрак.

Так что же ждет нас в синеве туманной,

какой незримо ты подашь мне знак?

Тут он сказал негромко, что – "мгновенья

пройдут и канут в темные века.

И мы увидим новые виденья.

Но будет с нами старая тоска".

2.

Я беспечно со всеми по жизни шагал,

был такой же, как люди вокруг.

Ты единственный был для меня идеал,-

мой учитель и преданный друг.

Ты однажды сказал: помни – время придёт,

страх и гнев воцарятся в сердцах.

Будет бедность, работа всю ночь напролёт,

отблеск горя в уставших глазах.

Я смеялся, не верил, не слышал тебя,

что там жалобный ветер наплёл…

И себя не жалея, и юность губя,

лишь закусками баловал стол.

Час пришел – с гулом рухнул ослабленный строй,

не доживший до светлой зари.

И в туман лживых слов повели за собой

те, кто чёрен как ночь, был внутри.

Кто кричал, кто смеялся, кто плакал навзрыд,

кто-то дрогнул и сдался легко.

Были те, кто забыли про совесть и стыд

и взлетели, увы, высоко.

Только были напрасны усилия те,

все попытки покинуть тюрьму.

И пришел новый бог, – на зеленом холсте,

поклоняться все стали ему.

Тут я вспомнил тебя и вернулся опять

к нашей дружбе, забытой давно.

Надоело бояться и нет, что терять.

Всё сгорело и в поле темно.

Ты опять повторил мне: терпи и молчи.

Всё свершится в положенный срок.

Вот тогда мне от рая достались ключи

и я запер железный замок.

Шарль Бодлер

Хочу сказать тебе, блистательный Бодлер:

– я очень грешен, господи прости.

Ты, заклинатель женщин, ужасов, химер

уже забыт, (но не совсем, почти)…

Да, мир уже не тот, ничтожные сердца

понять не могут этот страстный пыл.

Познавши женщину с восторгом, до конца,

ты сам в любви с душою женской был.

Твой дух, блуждающий в разрушенных мирах,

в груди с огнем и яростью без сил,

внушал читателю один лишь темный страх.

Вот почему тебя он позабыл.

Иосиф Бродский

Читаю Бродского и снова

куда-то вдаль бегут его стихи…

Я не сказал, что так они плохи,

но просто, потеряв значенье слова,

(того, что было там, в начале),

едва ли что нибудь поймешь в финале.

Сижу я у окна, задернув штору.

«Ты, Муза, не вини меня за то,

что голова моя, как решето.

Мне просто не хватает кругозора.

Я гражданин эпохи второсортной… »

«Но все же – о его стихах? » – «Охотно.

Хотя порой и несколько цветисто

они звучат, настойчиво звеня…

(Надеюсь, он, таки, простит меня),

…готов я расписаться в чувстве чистом».

«Но там же столько боли и сарказма… »

«Опять мы говорим с тобой о разном.

Ты до сих пор под гнетом классицизма,-

испытываешь робость, увидав цветок,

диктуешь в день всего десяток строк,

всегда брюзжишь, скучна ты и капризна;

а вот великое всегда неуловимо.

Но мы его не ценим, и проходим мимо».

Валерий Брюсов

Он ненавидел повседневной жизни строй,

искал грозу, – тревожную стихию;

приемля бунт, любил свою Россию,

но на призыв к борьбе "лишь хохотал порой".

Он был порывистый, как ветер между скал.

Его воспламеняли мысли наши.

Жил для себя и пил из полной чаши.

Всегда в стихах искал он светлый идеал.

Еще о нем: в боях растрачивая пыл,

"всю жизнь мечтая о себе чугунном",

любил казаться смелым и безумным,

но только музе благосклонной верен был.

Иван Бунин

Не видно птиц. Все опустело

в саду забытом до весны.

Трава пожухла, пожелтела,

и ночи стали холодны.

Уже туманом серебрится

под утро, рано, дальний луг.

И долго–долго будет длится

зимы уныние вокруг.

А тихий дождь опять роняет

стозвучно капли на листву.

И все надежды улетают –

туда, за тучи, в синеву.

Людмила Вилькина

"Не выйдет тот, кто раз попал в мой сад".

Л. Вилькина

В моем саду цветут нарциссы круглый год.

Всегда он свеж и полон запаха сирени.

Там, утомившись от волнений и забот,

любила часто предаваться сладкой лени.

В моей душе уставшей этот сад живет.

Так тихо… И чуть слышно, как журчит вода.

Во тьме толпой бредут по узеньким тропинкам

терзанья совести, надежды, грусть, года;

проходят мимо без стесненья, без заминки,

бесцветным утром по дороге в никуда.

Печально нежный свет луны сияет там.