Чтение онлайн

И, судя по их широко распахнутым ртам, они только что стали свидетелям нашего небольшого шоу.

Я быстро опускаю окно и, высунув средний палец, кричу им «Мишки, отстой!», после чего подрезаю их и быстро вклиниваюсь в поток.

К тому времени, как мы приезжаем на игру, я чувствую необыкновенное воодушевление от пережитого адреналина и Стефани. Я ограничиваюсь одним пивом, но покупаю ей вина по заоблачной цене, и мы болтаем про «Акул» вплоть до третьего тайма. Она даже не против, когда я одеваю шляпу в виде акулы и пускаюсь в пляс после каждой забитой шайбы.

На самом деле, иногда она смотрит на меня так, я не могу описать как именно, но это заставляет мое сердце биться сильнее. Я чувствую тепло, которое согревает меня до костей, и его эпицентр - в моей груди. Я хочу поймать её взгляд и удержать его навсегда, чтобы в холодный, пасмурный день чувствовать себя таким же живым, как сейчас

Иногда, задаюсь вопросом, люблю ли я ее.

И не знаю, как долго я смогу притворяться, что это не так.

Сразу после начала третьего тайма, начинается эта проклятая «Камера Поцелуев» под рекламой «Dentyne» (прим. «Dentyne» - марка жевательной резинки), и после того, как две пары неловко отказываются, камера останавливается на нас.

Ага. Наши лица появляются на огромном экране, который видят все болельщики.

Я пожимаю плечами и смотрю на Стефани. Она застенчиво улыбается мне, стараясь не смотреть в сторону камеры. Я кладу руки по обе стороны от ее лица и страстно целую ее. Мол, я действительно сделал это. Если вы хотите что-то сделать, сделайте это хорошо.

Несколько человек около нас аплодируют и свистят, но потом все вновь переключаются на игру.

Вечером того же дня, после того, как Акулы побили Мишек в овертайме, мы едем к ней и падаем на кровать. Мне больше не хочется ничего обсуждать и меня это не волнует. Все, что я хочу - быть внутри нее, чувствовать каждый сантиметр ее мягкого, теплого тела. Мы это мы, какая разница, какие чувства мы испытываем друг к другу, когда нам так хорошо. Чертовски хорошо.

– Думаю, я теряю себя, - шепчу я после того, как мы возвращаемся к реальности. Наши обнаженные тела тесно переплетаются, я держу её за руку. Мое горло сжимается, когда я пытаюсь снова заговорить.

– Каждый раз, когда внутри тебя или просто рядом с тобой, я все больше теряю себя.

Я поворачиваю голову, чтобы взглянуть на нее. Она смотрит на меня огромными, влажными глазами, в которых я замечаю то, чего так отчаянно желал все это время.

– Боюсь, что рассыплюсь на части и тебе придется собирать меня по кусочкам, - говорю я ей, - Пожалуйста, будь нежной со мной.

Не знаю, почему я думал, что она посмеется над моими словами, но она этого не делает. Быть может, потому что это правда, и она это знает. Она протягивает руку и исследует мои губы кончиками пальцев. Они пахнут сексом. Они пахнут раем.

– Линден, - хрипло говорит она, - Пожалуйста, будь со мной нежен.

В груди что-то щелкает, и это чувство вырывается на свободу.

Я люблю ее.

Черт возьми, я так сильно ее люблю.

– Обещаю, - говорю я и прижимаю её к себе. Я считаю удары ее сердца, прежде чем мы оба засыпаем. В моих снах нет ничего кроме тепла и света.

***

Следующим утром я подвожу Стефани до работы. Я знаю, что-то изменилось в наших отношениях, вскрыт еще один слой. Воздух между нами пропитан нежностью, она сквозит в каждом взгляде, в каждом прикосновении. Это заставляет чувствовать себя более уязвимым, чем хотелось.

Я иду в тренажерный зал и провожу несколько часов, разрабатывая мышцы на ногах и руках перед завтрашним полетом. Закончив, я еду в «Лев», чтобы немного прийти в себя и выпить пинту пива.

Джеймс и Пенни оба здесь. Я рад видеть Пенни, не знаю почему. Я практически не разговаривал с Джеймсом последние пару недель, точнее, со Дня Благодарения. Я не появлялся в баре, потому что не хотел вылезать из постели Стеф.

Должен признаться, я чувствую себя виноватым. Я просто откладывал неизбежное, боясь оказаться в неловкой ситуации. Не хочу, чтобы мои отношения с Джеймсом изменились. Но это так, и я не могу быть единственным, кто это чувствует. Теперь то, что я тайно сплю со Стефани уже почти шести недель, кажется мне неправильным. Это ощущается как ложь, будто я специально обманываю Джеймса, и это не хорошо.

– Посмотрите, кто пришел - говорит Пенни, когда вхожу в бар. Она сидит за стойкой, на своем обычном месте. Я пододвигаю стул и сажусь рядом с ней, поймав взгляд Джеймса, пока тот обслуживает клиента. Он кивает мне, но не улыбается. Вообще-то, он выглядит немного раздраженным. Я очень надеюсь, что это связано не со мной.

– Привет, сладкий кексик, - говорю я ей.

– Сладкий кексик?

Я пожимаю плечами.

– Почему бы и нет? Что плохого в сладком кексике?

Она поджимает свои красные губы и смотрит на меня сквозь очки.

– Зависит от того, на диете ты или нет. Где ты был, незнакомец?

– Повсюду, - говорю я уклончиво. – Как ты себя чувствуешь?

– Не достаточно пьяной.

– Ну, сейчас всего лишь пять по полудню.

– Ты шотландец, кто ты такой, чтобы говорить мне такое?

– Хороший вопрос. Пожалуй, мне тоже следует начать.

Я жду, пока у Джеймса появится свободная минутка, и машу ему рукой.

– Привет, тупая башка, - говорю я

Он смотрит на меня, не моргая. – Тупая башка?

– Меня он назвал сладким кексиком, - бормочет Пенни в свой бокал.

Я хмурюсь, глядя на него в ответ.

– Не говори мне, что ты обиделся.

– Не знаю, мужик, я не видел тебя целую вечность. Думаю, ты бы мог быть повежливее.

Он вынимает из холодильника «Anchor Steam» (прим. «Anchor Steam» - пивной напиток), достает дешевое вино с нижней полки, ставит все это передо мной и уходит в другую часть бара.

Я смотрю на Пенни.

– Что не так с его задницей?

Она шумно выдыхает.

– Ну, даже не знаю, что тебе на это сказать. В последнее время он и со мной ведет себя крайне воинственно.

Я не рад это слышать. Мне нравится Пенни. Я наклоняюсь вперед и киваю ей. Она выглядит уставшей, возможно, даже плакала.

– Черная полоса?

Она быстро кивает, ее подбородок немного дрожит, но ей удается взять себя в руки.

– Да. Надеюсь, это просто черная полоса.

– Хорошо, главное, что вы вместе, уверен, все будет хорошо, - замечаю я и чувствую себя лучше, искренне веря в то, что говорю.

– Я не знаю, - говорит она и наклоняется ближе. Я чувствую запах виски и понимаю, что на самом деле она уже изрядно пьяна.

– Если бы я попросила тебя, ты бы сказал мне правду?

Не уверен, что это хорошая затея. Но все же я киваю.

– Конечно.

– Джеймс мне изменяет?

Моя голова резко дергается назад.

– Нет. Изменяет тебе? Нет. В смысле, я ничего об этом не знаю.

– Ты уверен?

– Ну, в последнее время мы мало общаемся, ты же знаешь, но я уверен, что Джеймс не обманщик. Он слишком нежный для всего этого дерьма. Он проболтается тебе из чувства вины, если что-нибудь сделает. Карма и все такое, для него это важно.