Чтение онлайн

– Нет, – теперь уже я заулыбался. – Не верю тебе, потому что это не твои мысли… это фразочки отца! Он так мыслит и промыл тебе мозги!

– Я никогда не любила и думаю, что со мной это вряд ли случится.

– Дура! Тебе же едва двадцать исполнилось, вся жизнь впереди – и ты полюбишь. Если уже не полюбила… – я резко сел, позабыв о плече, схватил ее за руку и потянул в свои объятия.

Она прижала свою ладонь к моей груди, заверещав:

– Господи, что ты делаешь?

Я ничего не ответил, лишь подумал, что сейчас раздену ее и докажу, что имею все права на нее. Я сбросил с себя одеяло и получил пощечину от Роси – это еще больше раззадорило меня. В эту секунду мне захотелось почувствовать ее губы на своем теле. Она так чудно пахла еле уловимым ароматом весенней сирени, что голова моя пошла кругом, и я стал воистину сам не свой. Я потерял себя в чувствах и жадно целовал ее губы, припухшие веки и розоватые щеки. Она стала моим откровением, и все, что сейчас я делал, имело удивительно честное признание по отношению к ней. Рослин на изумление не противилась – охотно припала ко мне, смачно покусывая мою нижнюю губу. Я чувствовал, что она еще сопротивляется сама себе, – внутренний голос рассудка пытался ее образумить, но, похоже, она отказывалась его слушать. Я быстро поднял ее с кровати и решительно унес в свою комнату, успешно миновав коридор, – нас никто не заметил. Адреналин настолько зашкаливал, что я позабыл о раненом плече, в тот момент мои мысли были заняты только Рослин. Я тихо шептал ей: «Все к черту… все к черту! Я тебя хочу… хочу не потому, что хочу просто трахнуть! А потому что хочу, чтобы ты всегда была моей!» А она, чертовка, смеялась мне в ответ, смеялась, но продолжала нежно касаться моего лица, целуя мой колючий подбородок и шею.

Моя девочка… такую сильную любовь поначалу не замечают и противятся ей. А со временем – умирают, потому что нет сил жить без нее. Прости, Джо! Целуя ее между ног, я уже понимал, что без нее больше не представляю своей жизни.

*La mia ragazza (итал.) – Моя девочка

Утром я пришел в себя в собственной кровати, голова невыносимо болела, словно бы меня били по ней всю ночь бейсбольной битой. Чёрт! Я с трудом мог вспомнить, что вчера произошло, – плечо слегка подёргивало, ноги казались ватными. Кто-то возле меня зашевелился и перевернулся на другой бок – мой Бог, сладкая Рослин!

Первое, на что я обратил внимание, – была ли она голой. Она спала возле меня, тихо посапывая носом как примерная девочка. Я скинул с неё покрывало – на ней был всё тот же жаккардовый брючный костюмчик приятного золотистого оттенка. Неожиданно я задумался: она успела одеться или спала одетая всю ночь? Мне что, приснилось, будто я стянул с неё штаны?! В недоумении я придвинулся к ней с поцелуем, на что она неожиданно распахнула глаза и шепнула:

– Доброе утро, развратник!

Я аккуратно убрал с ее щеки кудрявый локон, улыбаясь:

– Доброе, не расскажешь ли мне, почему ты одета?

Она поднялась на локотках, поправляя блузку, и окинула меня критическим взором. Ох уж эта интригующая блузочка: ткань слегка просвечивалась, и я без труда мог рассмотреть, какого цвета её бюстгальтер. Она излучала чистый секс, даже будучи одетой.

– Ты что, ничего не помнишь?

– Если честно, голова словно снежный шар… Помню, что принес тебя сюда, страстно целуя, и смог, наконец-то, залезть тебе между ног. У нас всё-таки случился…

– Нет, – она засмеялась, – не случился.

– Но я отчётливо помню, как стянул с тебя штаны, как опускался поцелуями всё ниже и ниже… Как… Как промышлял там губами.

– Так и было, ты очень хорошо делал свое дело. – На этих словах она закатила глаза, словно вспоминая ту сцену и приятное ощущение, которое я доставил. – А потом ты отключился – прямо у меня между ног!

Я стукнул кулаком по ночному столику от злости на себя и опрокинул недопитую бутылку того дрянного шампанского.

– Вот черт, а я уже обрадовался, что все-таки тебя трахнул!

– Не расстраивайся, будет тебе уроком – будешь меньше пить! – Она потрепала меня по голове, улыбаясь.

Конечно, Фреди, она смеётся над тобой, потому что ты оплошал в самый интересный момент!

– А чего ты смеёшься? Думаешь, тебе удалось от меня отделаться? Нет… – Я аккуратно погладил ее по спине, по которой стремительно побежали мурашки. – Я не против повторить хоть сейчас. А вообще… – Я уселся поудобнее, обнимая её за плечи. Какая же она была теплая! И всё так же пахла сиренью. – Всё, что я вчера тебе говорил по поводу того, что я хочу не просто трахнуть тебя, а хочу быть с тобой, – это правда. Твое появление что-то всколыхнуло во мне… Неизведанные мною ранее чувства. Я как будто начал жить по-другому, смотреть на вещи иначе…

Рослин спокойно слушала меня, еле заметно поглаживая ладонь, – из моего захвата вырываться она не стала.

– Это не из-за меня, все дело в смерти Джо. Ты ещё страдаешь из-за его смерти, как и все мы. Потеря близкого человека всегда оставляет невидимый след на душе… Если такая, конечно, имеется в человеке.

– Да, мне его действительно не хватает, но Джо здесь ни при чём. Твое присутствие не даёт мне жить спокойно, прежней жизнью. Знаешь, все мои проблемы из-за тебя, Рослин Мэй!

Мои слова прозвучали как обвинение в её адрес. Вырвалось… Сука! Но я ведь действительно так думаю. Она сводит меня с ума! Вот сейчас она сидит в моих стиснутых объятиях и даже слова поперек не скажет!

Рослин молчала недолго – грубо оттолкнула меня назад и дала пощечину. Я принял ее с понимаем.

– О-о, тогда прости! Что ты хочешь от меня услышать? Фреди, я не хотела, чтобы так получилось?! Не дождешься! Я сейчас уйду чтобы не мешать тебе жить прежней жизнью! – Она остановилась, бросив взгляд в зеркало. – Вот только умоюсь.

Я начал ей аплодировать:

– Боже, какие страсти! Мы уже ругаемся – как супруги, прожившие в браке лет двадцать! Вообще-то, я не хочу, чтобы ты уходила. Ещё очень рано. Как умоешься, приходи сюда, полежишь ещё со мной… Рану мою обработать поможешь.

– Размечтался! – Она бросила в меня мокрое полотенце. – Будет весело, если твоя невеста застанет меня здесь.

Я поймал полотенце, смеясь над ее словами, и принялся наблюдать, как она намыливает лицо мылом, а затем смывает пену теплой водой. Без косметики на глазах она выглядела сущим ребенком. Как же мне нравятся эти ее ямочки на щеках, когда она улыбается. Необузданная женщина! Нет, так просто я её сейчас не отпущу. Я должен убедить её, что она только моя, никакой другой мне не нужно.

– Роси, хочу тебя попросить об одном, пока ты ещё не ушла…

Она вышла из ванной, вытирая лицо сухим полотенцем. Налила из графина обычную воду и сделала пару глотков.

– О чем?

– Подойди ближе. – Я специально поманил ее к себе, желая видеть глаза. – Ну не бойся, не укушу.

– Я ночевала с тобой в одной постели, думаешь, мне может быть страшно? – Она села на край кровати, отбросив полотенце, но стакан все ещё покоился в ее руке.

– Не спеши делать выводы обо мне, сладкая. Да, я чудный мужик, с криминальной жизнью и всеми вытекающими в ней; порой я развратник, алкаш, гулёна и грубиян, но несмотря на всё это – я верен себе, когда знаю, за что борюсь, и понимаю, что без этого – никак!

Она внимательно выслушала меня и только потом осмелилась спросить:

– И в чем же ты уверен, Манфредо?

Я придвинулся к ней ближе: наши лица находились друг от друга в нескольких сантиметрах.

– В том, что хочу видеть тебя своей женой. Это точно, и по-другому не должно быть!

– Ха, сними розовые очки. – Она щёлкнула пальцами у меня перед носом. – И почему я должна тебе верить?

– Ты ничего мне не должна, а вот мой долг – постараться показать тебе себя настоящего. Без вот этих гламурных гангстерских замашек, без моих многочисленных родственников. Никакой Сары, которую я даже видеть не желаю, не говоря уж о перспективе жениться; без отца, который любит диктовать как мне жить, в конце концов – без алкоголя, который делает меня озабоченным кретином. Я хочу быть собой рядом с тобой, Рослин!