Чтение онлайн

— выработку согласованных решений по реализации программы коренного технического переоснащения производства — перехода к природоохранной технологии, обеспечивающей достижение намечаемых стандартов качества окружающей среды;

— выработку согласованных решений по реализации программы социальных преобразований, вне которых невозможно осуществление принципов биосоциального равновесия (ограничение, а в конечном счете и преодоление принципа прибыли как движущего мотива производства, изживание престижного потребительства и реализация начал социального равенства).

Эти позиции можно определить как концепцию контролируемого общественного развития.

Требование контролируемого общественного развития формулируется применительно ко всей планетарной системе и к каждому данному народнохозяйственному комплексу (стране). Реализация этого требования в рамках капиталистического строя выявляет ограниченность господствующих производственных отношений. Анархия производства и погоня за прибылью неизбежно срывают попытки осуществить целенаправленное развитие народнохозяйственных комплексов в увязке с задачей сохранения окружающей среды. В результате глобальные проблемы накладываются на внутренние противоречия данного общества. Социальные конфликты буржуазного мира ослабляют возможности решения глобальных проблем, а наличие глобальных проблем резко сокращает возможности социального маневрирования, что неизбежно ведет к обострению классовой борьбы.

Следует отметить, что контролируемое развитие включает в себя переход к новому типу общественного воспроизводства — качественному росту, при котором простое воспроизводство осуществляется на базе многократного повторного использования сырьевых ресурсов, а расширенное воспроизводство опирается на минимальное привлечение дополнительных производственных и природных ресурсов. Недостаточно быстрый переход к новому типу воспроизводства вызывает резкое ухудшение условий современной ступени развития: истощение природных ресурсов, увеличение общественных издержек производства и снижение темпов роста.

В рамках капитализма условия развития ухудшаются и в силу недостаточно быстрого перехода к ступени качественного роста и в силу действия таких факторов, как милитаризация экономики и расточительство ресурсов в ходе ожесточенной конкурентной борьбы. В результате — общее замедление темпов роста и исключительно быстрый рост цен. Среднегодовые темпы роста валового национального продукта для всех развитых капиталистических государств (в неизменных ценах) в 1961–1970 гг. составляли 5 %, а в 1971–1977 гг. — 3,4 %. По оценкам Секретариата Организации экономического сотрудничества и развития, страны Запада в 1980 г. ждет «нулевой рост»; в лучшем случае он составит 0,3 %.

Капиталистический мир (фирмы и буржуазные государства, которые спешат на выручку национальному капиталу) пытается преодолеть явления хронического спада, форсируя технические сдвиги. Еще совсем недавно таким путем удавалось «убегать» от затоваренных рынков и, создавая рынки новых товаров, через какой-то отрезок времени вытаскивать экономику из состояния кризиса. Сегодня осуществление данной политики наталкивается на серьезные препятствия. Последнее обусловлено тем, что перестройка производства становится делом исключительно дорогим. Напомним, что стоимость одного рабочего места в современных отраслях промышленности колеблется от нескольких тысяч до нескольких десятков тысяч долларов, что только один продукт из 40 разработанных имеет успех — проходит все стадии и поступает на рынок. По разным оценкам, 40–80 % потребительских и продовольственных товаров и 20–40 % товаров промышленного назначения, поступивших на рынок, терпят неудачу [7] .

В этих условиях форсирование технических сдвигов наталкивается на достаточно жесткие границы, и тем самым порождает неуклонный рост цен. Последнее обусловлено как повышением издержек, так в тем, что сам переход к производству новых товаров открывает широкие возможности установления монопольных цен.

В результате общество сталкивается с хронически нарастающей инфляцией. В 50-х годах казалось, что существует какой-то барьер, препятствующий увеличению темпов инфляции в развитых капиталистических странах выше 3–4 %. Сейчас все большее число исследователей склоняется к убеждению, что существует барьер, препятствующий снижению этих темпов ниже 7–8 %.

Стремление уменьшить индивидуальные издержки производства побуждает капиталистические фирмы предельно сокращать величину используемой рабочей силы и переводить предприятия в районы и страны с низкой оплатой труда. В результате параллельно с ростом цен увеличивается армия безработных.

Сегодня в мире насчитывается 50 миллионов безработных и 300 миллионов человек, имеющих неполную рабочую занятость. В 1978 г. общая численность официально зарегистрированных безработных в развитых капиталистических странах превысила 16 миллионов человек. Лишь ФРГ удалось несколько уменьшить резервную армию труда. В остальных странах число безработных продолжает нарастать.

Инфляция, переплетающаяся с безработицей при весьма низких темпах роста, отражает новую ситуацию. Ее определяют термином стагфляция. Похоже на то, что на смену классическому капиталистическому циклу кризис — оживление — подъем — кризис приходит некоторая его новая форма с меньшим размахом циклических колебаний в объемах производства и занятости, но с хроническими явлениями кризисного порядка: недогрузкой производственных мощностей, безработицей и разорением слабых конкурентов [8] .

Естественно, что трудовые слои населения не желают нести на себе всю тяжесть создавшегося положения. Борьба рабочего класса и других отрядов трудящихся нарастает. По данным Международной организации труда, число стачек в развитых капиталистических странах за первую половину 1978 г. было на 1/3 больше, чем в январе — июне 1977 г., а численность участников забастовок превысила 30 миллионов человек.

И хотя в борьбе за повышение заработной платы рабочий класс нередко выигрывает, все же рост заработной платы далеко не поспевает за ростом цен и острота социальных конфликтов отнюдь не ослабевает.

Становится все более очевидным, что уже нельзя развязать узел, оставляя в стороне общую постановку проблемы распределения национальных ресурсов. Речь идет о требовании, согласно которому расходование национальных ресурсов должно соответствовать приоритету национальных проблем и целей сохранения нормальных условий жизни на планете в целом.

Человечество стоит перед неотложной необходимостью начать выплачивать свой долг природе.

Пока большинство стран мира расходует на сохранение окружающей среды 0,5–2,5 % валового национального продукта (Нидерланды — около 0,6, Австрия и Франция — 0,6–1,2, ФРГ — 1,2–1,8, Великобритания — свыше 2,4 %, США около 2 %). И только Япония увеличила свои расходы до 4 %. По оценкам специалистов, при современных масштабах производства, уровне технологии и состоянии природных ресурсов выделение на цели сохранения окружающей среды около 2 % валового национального продукта может обеспечить существенное сокращение процесса деградации среды, для полного же прекращения этого процесса необходимо выделять на сохранение окружающей среды примерно 6 % валового национального продукта и 8–10 %, чтобы обеспечить всестороннее и быстрое восстановление потерянных благ [9] .

Рост расходов на сохранение среды позволил улучшить состояние воздушного бассейна в ряде стран мира (СССР, США, Япония, Великобритания, ФРГ). Достигнуты значительные успехи в восстановлении чистоты Великих озер Северной Америки. Англичане добились того, что рыбы снова стали постоянными обитателями р. Темзы.

Однако в масштабах планеты загрязнение воздушного бассейна и речных систем нарастает. Продолжается уничтожение лесов, деградация почв, сокращение многообразия высших форм животного мира, загрязнение Мирового океана. Так что оснований для успокоенности, увы, нет.