Чтение онлайн

ПИРС

Утром в субботу мы все вчетвером идем в ресторан, где подают разные виды блинов. Рэйчел очень их любит, и это было одно из ее любимых мест с детства, поэтому она настояла, чтобы отвезти меня туда. До сегодняшнего дня я никогда не ел блины, так что согласился попробовать. Но мне они не понравились, о чем я, естественно, ей не сказал.

Остаток дня мы провели в доме. Я смотрел футбол с Генри, а Рэйчел помогала маме нарядить рождественскую елку. На мой взгляд - рановато, но как выяснилось, они всегда ставят дерево через день или два после Дня благодарения. Рэйчел любит праздники, особенно Рождество.

Я никогда не заботился, как провести Рождество. В это время года я обязан ходить на вечеринки, на которых не хочу быть, и разговаривать с людьми, с которыми мне неинтересно. Даже в детстве меня не интересовало Рождество, возможно, потому, что мои родители его не праздновали. Моя мать не включала рождественскую музыку и не пекла рождественское печенье. Она всегда нанимает людей, чтобы украсить дом, и каждый год он выглядит одинаково. Одно и тоже большое дерево в том же самом месте, с теми же белыми огнями. Вот и все. Никаких других украшений.

Но дом Эвансов полон огней и украшений. После того, как Бет и Рэйчел украсили дерево, они натянули гирлянды вокруг окон и камина. Затем Генри спустил коробки с чердака, полные украшений, и Рэйчел, и ее мать все же придумали куда их развесить. Мне кажется с Сантой и оленями перебор, но нравятся разноцветные огни.

В четыре часа мы едем в аэропорт. Рэйчел, возможно, хотела побыть со мной наедине, но ее родители настаивали на том, чтобы поехать с нами. Ее мать даже приготовила мне сэндвич в случае, если я проголодаюсь на самолете. Очень любезная женщина. Она и ее муж действительно самые приятные люди, которых я когда-либо встречал. Неудивительно, что они воспитали такую замечательную дочь.

Они обнимают меня, говорят «до свидания», а потом ждут в машине, пока я прощаюсь с Рэйчел.

Она тоже крепко обнимает меня.

— Я знаю, что это всего лишь день, но я буду скучать по тебе.

— Я тоже буду скучать по тебе. Постараюсь забрать тебя завтра, но, если вдруг не смогу освободиться, пришлю машину.

— Ты действительно думаешь, что твой отец не отпустит тебя?

— Он запланировал встречу на то же время, что и твой прилет, но я надеюсь, что смогу уйти раньше и приеду за тобой.

— Не волнуйся, я не хочу, чтобы ты и твой отец ругались еще больше, я просто возьму такси.

— Завтра мы все выясним. — Я целую ее. — Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

На следующий день я направляюсь на встречу «Дюнамис». Она проходит в особняке в Стэмфорде, принадлежащему одному из наших членов и оборудована подземной комнатой. Суд для меня, где мне вынесут приговор, а затем озвучат и наказание.

В подобных встречах участвуют меньшее количество участников, чем в наших обычных. Собрание возглавляет правящий совет, состоящий из десяти членов, которые и примут окончательное решение относительно наказания. Они меняются с периодичностью раз в полгода, и вы никогда не знаете, кто именно из членов организации находится в совете. Это огромный секрет, потому что организация не хочет, чтобы кто-то пытался повлиять на их решение. Чтобы скрыть свою личность, они надевают черные мантии с капюшоном и сидят в темноте, поэтому вы не можете видеть их лица.

Я был только на одном вынесении приговора. Это было год назад, и мне не понравилось. Процедура довольно зловещая. Я надеялся, что мне не придется посещать подобные собрания в течение очень долгого времени. Но теперь я здесь, и на этот раз наказывают меня.

Появившись в комнате, меня тут же препровождают в центр. Я стою лицом к десяти капюшонам. За мной находятся другие приглашенные участники. Я знаю, что мой отец и Джек здесь, и Арлин Синклер тоже. Но кто еще, мне неизвестно. Комната погружена во мрак, кроме света, направленного на меня, обвиняемого.

Мужчина в одежде с капюшоном, сидящий прямо передо мной, ударяет молотком о стол.

— Заседание начинается.

Пожалуйста, пусть это коснется меня, и только меня, говорю я в своей голове, снова и снова. Они могут причинить боль мне. Мучать меня. Мне все равно. Но они не могут навредить Рэйчел. Я им не позволю.

Мужчина продолжает:

— Сегодня мы столкнулись с ситуацией, ранее для нас немыслимой. Пирс Кенсингтон, обвиняемый, сообщил, что он планирует жениться на Рэйчел Эванс, девушке не из нашего круга. После этого объявления мы узнали, что он уже женился на ней во время тайной церемонии, состоявшейся в Лас-Вегасе, поэтому его объявление для прессы было всего лишь попыткой удержать нас от принуждения к аннулированию брака. Мы могли бы все-таки приказать ему развестись и отменить свадьбу, несмотря на то, что это известие плохо отразится на нем, и тем самым отрицательно повлияет на «Кенсингтон Кемикал». Мы также могли бы позволить сохранить брак и наказать его каким-то другим способом. Учитывая, насколько этот случай необычен, мы нарушаем протокол и поднимаем этот вопрос для обсуждения. Кто хотел бы высказаться по этому поводу? — Он кивает на кого-то, разрешая говорить.

Я слышу голос Джека:

— Хотя мы все знаем, и Пирс был в курсе, что для него будет выбрана жена, он технически не нарушает никаких правил, которые в настоящее время существуют.

Мужчина в капюшоне кивает.

— Да, вот почему эта ситуация из ряда вон выходящая. Хотя действия Пирса не нарушали существующие правила, его поведение демонстрирует явное пренебрежение как к нашим традициям, так и к святости нашей организации. Поэтому мы считаем, что наказание оправдано.

— Что мы знаем о девушке? — Я слышу, как кто-то спрашивает.

Человек отвечает.

— Девушка - Рэйчел Эванс, аспирантка в Колледже Хиршфилда в Нью-Хейвене. Родом из маленького городка в Индиане, а ее родители ...

— Остановитесь, — выкрикнул я. Прерывать заседание совета строжайше запрещено, но я не хотел, чтобы они обсуждали Рэйчел. В комнате гробовая тишина, поэтому я продолжаю. — Мне очень жаль, что я вас прервал, но не думаю, что информация о девушке имеет отношение к этой дискуссии.

— Конечно, имеет, — я слышу, как говорит мой отец. Мне не разрешают развернуться, поэтому я не могу точно видеть, где он, но думаю, он сидит прямо позади меня. — Девушка — это причина, по которой мы здесь. Если бы не она, не было бы необходимости в заседании.

Боже, я его ненавижу. Я его так сильно ненавижу. Он знает, как я хочу защитить Рэйчел, поэтому намеренно пытается ее вовлечь. Он хочет убедиться, что наш брак аннулируют, хотя и знает, насколько дорога мне Рэйчел. Он хочет уничтожить меня. Лишить всего, что у меня есть, что делает меня счастливым и взамен дать то, что меня убивает. Возглавить компанию. Работать сотню часов в неделю. Жениться на той, кого выберет он. Это то, чего отец хочет для меня. Мучительная и несчастная жизнь.

Дышу, пытаясь успокоиться.

— Я с уважением прошу совет исключить девушку из обсуждения и сосредоточить ваше наказание на мне. Она не является членом организации, поэтому не знает о наших правилах или наших традициях. И она не должна нести наказание за мои действия.

— Знает ли девушка о нашем существовании? — Арлин Синклер задал этот вопрос, и я знаю, почему он это сделал. Он пытается мне помочь. Пытается дать им еще одну причину, по которой они должны оставить ее в покое.

— Нет, — отвечаю я. — Она не знает, что мы существуем, она ничего о нас не знает.