Чтение онлайн

Это кажется правдоподобным, но такого не может быть. Джек не сделал бы этого. Ему нравится Рэйчел. Он хочет, чтобы я был с ней. Он хочет, чтобы я был счастлив. И не раз говорил мне об этом. Он бы не выдал меня так. Я знаю, что он этого не сделает.

Ройс лениво зевает.

— Мы собираемся обедать или нет?

— Нет. — Я открываю дверь офиса, внезапно чувствуя себя взволнованным и напряженным. — Тебе нужно уйти. У меня дела.

Ройс встает с кресла, пожимая плечами.

— Тогда я, пожалуй, пойду в стрип-клуб.

— Твоя воля, иди. — Я уже жду не дождусь, когда он уйдет.

— А ты чем планируешь заняться? — Он смеется. — Убить Джека?

— Еще не знаю, но не говори никому об этом.

Синклер выходит из моего кабинета.

— Ройс, — окликаю я его, останавливая. — Никому ничего не говори.

Он улыбается.

— Твой секрет со мной в безопасности.

Я знаю, что его слова - ложь, но у него нет причин говорить об этом с кем-либо. Он раскрывает тайны, когда это приносит ему пользу, а эту информацию использовать Ройс не сможет. Но он все равно будет рад обернуть ее против меня. Ройс любит вести счет, и, если он делает тебе одолжение, ты становишься ему должен. Помогая мне жениться на Рэйчел, он оказал мне огромную услугу, но просьба о молчании касательно фотографий - нечто другое, поэтому, когда-нибудь в будущем, мне придется ему заплатить.

Я поспешно иду в офис Джека, пытаясь сохранять спокойствие. Теория Ройса может быть совершенно идиотской, и я не хочу обвинять Джека за то, что он, возможно, не сделал. Когда я добираюсь до его кабинета, он стоит у двери с двумя своими подчиненными.

— Пирс, ты уже вернулся, — восклицает Джек, едва меня завидев. — Это все на сегодня, — говорит он сотрудникам, и они уходят. Следующий вопрос снова адресован мне: — Как прошел медовый месяц?

— Хорошо, очень хорошо. — Я иду в его кабинет. — Могу ли я с тобой поговорить?

Он присоединяется ко мне, прикрывая дверь и с подозрением глядя на меня.

— Что с тобой произошло? Ты ведешь себя странно. Что-то случилось?

— Фотографии, — тихо говорю я, потому что дверь закрыта не плотно. — Ты сделал эти фотографии?

— Пирс, зачем мне...

— Ты единственный человек, у которого есть камеры, достаточно маленькие, чтобы их спрятать. Ты сделал это, Джек? Скажи мне!

Он не отвечает, но я вижу, как он думает, будто пытается придумать оправдание. Причину, по которой он это сделал. Очередную ложь.

Ройс был прав. Это Джек.

— Как ты мог так со мной поступить? — Я буквально срываюсь на крик.

Он тут же закрывает дверь своего офиса.

— Ты не у себя дома, будь добр, попридержи голосок.

— Скажи мне, почему ты это сделал, — требую я, а мое тело словно горит, мне кажется, что я вот-вот взорвусь. — Я доверял тебе, Джек, и ты предал меня. Ударил в спину! Я спросил тебя об этих фотографиях, и ты мне солгал!

Джек стоит прямо передо мной, сверля меня тяжелым взглядом.

— Я СКАЗАЛ тебе, чтобы ты понизил свой тон. Я все объясню, но тебе реально нужно заткнуться. — Он тяжело дышит, глаза у него потемнели от гнева. — Сотовый телефон.

— Что?

— Дай мне свой сотовый телефон.

— Я не могу. Мы должны...

— Дай мне свой проклятый сотовый телефон!

Я лезу в карман и отдаю ему свой телефон. Он берет его вместе со своим собственным, и направляется к сейфу, расположенному в стене. Набирает код, открывает дверцу и оставляет телефоны внутри. Затем возвращается, и, схватив меня за руку, подталкивает к двери.

— Лифт! Быстро!

Я открываю дверь, и он проходит мимо меня по коридору. Джек идет быстро, и я спешу его догнать. Когда мы подходим к лифту, он прикладывает свой пропуск к панели на стене, и двери разъезжаются в стороны. Мы заходим, и когда двери за нами закрываются, Джек снова прикладывается к уже другой панели, и кабинка начинает спускаться. Он не нажимал ни одной кнопки на нижние этажи, поэтому я не знаю, куда мы едем, но лифт продолжает спуск, вниз и вниз, как будто никогда не планирует останавливаться. Наконец двери открываются в длинный коридор из бетона. Джек ничего не говорит, когда я следую за ним по коридору, входя в комнату. Она маленькая, и тоже из бетона. Бетонные стены. Бетонные полы. А в центре - стол и четыре стула.

— Садись, — приказывает он.

Мы оба садимся, и я осматриваю пустую комнату.

— Джек, где мы, черт возьми?

— Глубоко под землей, где нас никто не услышит. Отслеживающие устройства? Прослушивающие? Ни одно из них здесь не работает.

— Почему мы...

— Просто заткнись и послушай. — Джек смотрит на меня через стол. — Я сделал эти фотографии, и я нанял человека, чтобы тот подкинул их в церкви.

Я вскочил.

— Джек, почему...

— Я сказал тебе, сядь!

Я чертовски сильно хочу убить его, но также хочу услышать его объяснения, поэтому опускаюсь на стул.

— Я кое-что слышал, — говорит он. — Ходят слухи, что ее убьют.

У меня внутри все леденеет, мое тело становится как камень, когда все мышцы напрягаются. Кровь шумит в ушах, адреналин переполняет каждую клеточку, когда я слышу, как его слова повторяются в моей голове. Ее собираются убить.

— Никто мне прямо ничего не сказал, — продолжает Джек. — Я просто увидел бумаги. Приказ правящего совета о том, что Рэйчел будет устранена в мае.

Я глубоко вздыхаю.

— Где ты видел эти бумаги?

— В зале заседаний, я присутствовал при очередном разбирательстве, а во время перерыва, идя по коридору, заметил, что дверь в одну из комнат слегка приоткрыта. Там в задней части был бар, и я жизнь готов был продать за спиртное, так что пробрался туда, но увидел на полу листок бумаги, как-будто кто-то его бросил. И вот тогда я увидел заказ.

— Когда именно это произошло?

— Прямо перед вашей свадьбой.

Я ожесточенно луплю кулаком по столу.

— Почему, черт возьми, ты мне ничего не сказал?

— Потому что ты не можешь контролировать свой проклятый характер. Когда ты злишься, то принимаешь необдуманные решения, которые, в конечном итоге, только ухудшают ситуацию. Если бы я сказал тебе, ты бы неистовствовал, погубив и себя и ее. Заказ оказался фальшивкой, но если бы он был настоящим, мой план спас бы вас обоих.

— Какой план? Фотографии?

— Да, они бы спасли Рэйчел, и она отказалась бы от свадьбы. Что касается вашего настоящего брака, она бы развелась с тобой, и сделай она это, была бы в безопасности.