Чтение онлайн

— А я сейчас про человеческие странности, — я вытянулась на ее кровати, которой она в этом отеле даже ни разу и не попользовалась по назначению.

Марта продолжала крутиться по комнате, явно на ходу придумывая какие-то дела и всем своим видом демонстрируя, что не расположена к задушевным беседам.

— Ма-а-арта! Марта-Марта-Марта! Ну, Марта, же! — заныла я.

— Ну чего тебе? — она села со мной рядом и вздохнула, — Выкладывай уж, что за великие умозаключения не дают тебе покоя.

— Ты заметила, как Уме понравилась Дилия?

— Заметила.

— И что?

— Что "что"?

— Что делать-то будем, я тебя спрашиваю!

— А что мы должны делать? Вот отправим их, и пускай Гектор разбирается. Он самый главный, самый умный и Дилию нам вместо свиньи, наверное, тоже с большого ума подложил.

— Марта!

— Пятьдесят семь лет уже Марта, — поморщилась она.

— Ты почто на Гектора-то окрысилась? Грэм же все объяснил. Это ундины сами так решили, что если должна идти только одна, то пойдет Дилия.

— Решили они! Ха! Рена, ты, правда, веришь, что если бы Гектора это решение не устраивало, он бы их не переубедил?

— Мог, — согласилась я, — но ему времени не хватило. Он Шете зубы заговаривал, чтобы она обратно к нам не слиняла.

— Вот тоже! Еще одна партизанская вылазка. Почему он из всех именно Шету оставил? Столько мозгов нет, что ей там без Марка хреново будет? Уж уволок бы тебя. Чего ж проще-то?

— Я должна была поехать, чтобы свести вас с Дэном. Тебя надо прятать от претендентов. Грэма с Аленой вообще от всех, по возможности. Так что на счет Шеты — это логично.

Марта с минуту сверлила меня взглядом, потом подняла руки.

— Ладно, сдаюсь. Я просто зла. И даже не на Гектора, хотя причина, сама понимаешь, в нем. Я просто обратно хочу, — она помолчала, — У меня такое чувство, что мне показали мороженое, а съесть не дали. То есть, сначала вместо того, чтобы героически помереть, я стала молодой и прекрасной, потом меня сделали непонятно кем, а потом пинком под зад выставили обратно в родной мир. А я… Рената, вот скажи, у тебя тоже так было?

— Что именно?

— Я все больше становлюсь эльфийкой. Магия, которая казалась мне чем-то совершенно запредельным и непонятным, теперь стала просто инструментом. И учится я начала всему с первого, максимум со второго раза.

— Ну, я себя почувствовала гномкой, хотя тогда об этом еще и не знала, когда зиральфир впервые в руки взяла. Сразу поняла: мое! А потом, уже после перехода, я больше интересовалась местными обычаями, разными там магическими существами и народами. Хотелось узнать все и сразу. А магия… ну, она как бы крепла, что ли, тут ты права. Но я на этом не зацикливалась. А что ж плохого в том, что меняешься?

— А плохо то, что я стала нетерпимой. Я… Как бы это поточнее сказать? В общем, если кто-то неправ в чем-то, вот хотя бы, как Гектор сейчас, я начинаю злиться. И причина моей злости всегда одна: "Ну, что с них, дураков, взять? Надо было все самой сделать". Не уже ли во мне эльфийский гонор прорезался, а? Как думаешь?

— Марта, ты когда в прошлой жизни в последний раз на людей полагалась?

— На мужа полагалась во всем.

— Семнадцать лет назад? А потом? Ты просто привыкла за все сама отвечать, потому тебе все вокруг дураками и кажутся. Вот скажи, ты и на Алену злишься, и на Уме, и на меня?

— Н-нет… — неуверенно ответила она.

— А на кого-нибудь, кроме Гектора, ты вообще злишься?

— На жизнь.

Я засмеялась.

— И что смешного? — поджала она губы.

— Ты на жизнь без Гектора злишься.

Марта хмыкнула, подумала, а потом тоже расхохоталась.

— Совсем крыша едет, да? — жалобно спросила она, отсмеявшись.

— Нет, местами. Но не всегда вовремя. Да сходи ты сегодня в Библиотеку! Хоть повидаешься с ним.

Она грустно покачала головой.

— Это же не Марк, чтобы ему на шею при встрече кинуться. Что я скажу, если приду? Что делать там буду? Портал от силы на полчаса откроют. Гектор будет занят ундинами, со мной в лучшем случае поздоровается. Думаешь, мне от этого легче станет? И потом, я же сама не понимаю, чего хочу. Чего жду от него, от себя. А в таких вещах за полчаса не разберешься. Нет, не стоит. Потом как-нибудь.

— Ну, тогда не ходи. Только психовать перестань. Лучше скажи, что ты о Дилии думаешь? Тянет она на хитрую шпионку Ирэльтиля?

— Трудно сказать, — Марта закусила губу, — Так вроде не тянет. Мне только один момент не понравился.

— Когда она первым делом выложила, что они пошли против Лилеи?

— Ну, да. Хорошо, Уме не из робкого десятка оказалась, а то ведь таким сообщением всю охоту уйти отбить можно было. Но с другой стороны, показать девочке вторую ипостась, и тем самым окончательно ее купить, тоже было ее идеей.

— М-м-дя! Аналитики из нас аховые. Ты в курсе, что Гектор припахал Хана? Типа кинул его на хвост этим двум фраерам.

— Господи, Рена, ну, ты и изъясняешь, порой! А еще филолог!

— А нам, филологам положено знать русский язык во всей его полноте, — хихикнула я, — Нет, если хочешь, могу, конечно, вещать высоким штилем, а-ля старик Державин. Но оно тебе надо? Ты ж меня и так понимаешь.

Марта рассмеялась, а потом все же ответила на мой вопрос.

— Кант вскользь упоминал что-то такое. А что, нарыл Хандариф что-нибудь?

— Ну, у Грэма такой информации не было, но Хан тот еще проныра, может и нароет.

— Это тоже здорово раздражает, — снова загрустила она, — Скорее бы уж все определилось. Так противно своих же подозревать. У меня такое желание было с этими двумя девчонками по-бабски посекретничать, но кто ж даст-то! Эти гады ушастые меня ни на секунду с ними не оставили.

— Успеешь еще с Уме посекретничать. А в круг ее брать будем?

— Шета сказала, что только оборотня не хватает. Не стоит еще и эту девочку в авантюру втягивать.

— Не стоит, так не стоит, — легко согласилась я.