Чтение онлайн

Послышался звон кольца, ударившегося о столб, а затем — рваный голос Рема.

— Хейвен?

Я задохнулась. Хейвен. Его сестра? Но она умерла… в больнице.

— Он принадлежит мне, — заорала Алекса.

Пистолет снова выстрелил, и на этот раз пуля попала в пол рядом с Алексой.

— Хейвен. Ты была бы уже мертва на улице, если бы Олаф не забрал тебя из больницы. Рем не смог бы о тебе позаботиться. Это сделали мы. Вы — моя семья. Вы оба. И теперь мы вернем Рема, разве ты не видишь? Мы снова будем все вместе. Я сделала это для нас.

Мой взгляд вернулся к Хейвен, и я ожидала увидеть, что она дрогнет под уговорами Алексы, но ее серые глаза оставались непоколебимыми и неподвижными.

— Возможно, я бы уже умерла. Но это был бы мой выбор. Думаешь, я хотела жить с тобой? Жить в отвратительном доме, где меня терроризировали, а потом насиловали. Чтобы меня кормили наркотиками, как конфетами, чтобы я полагалась на Олафа в поисках очередной дозы. Приходилось умолять его об этом. А ты… ты хотела держать меня как домашнее животное в клетке…

— Нет. Это неправда, — сказала Алекса, ее голос начал дрожать.

— А теперь ты хочешь сделать то же самое с Ремом. Нет, Алекса. Я убью его, прежде чем позволю тебе мучить его так же, как ты мучила меня все эти годы.

— Хейвен, я люблю тебя. — Голос Алексы сорвался, и я увидела осознание в ее глазах, прежде чем Хейвен сказала:

— И ты можешь умереть, зная, что я всегда тебя ненавидела.

Пистолет выстрелил.

Я наблюдала, как в замедленной съемке глаза Алексы расширились, а ее руки потянулись к груди, а затем отдернулись, и она уставилась на кровь. Ее кровь. Она снова посмотрела на Хейвен, ее рот открылся, словно она собиралась что-то сказать. Затем она рухнула на пол.

Я не стала больше ждать, поднялась на ноги и побежал к Рему. Я забыла о Лэнсе, и он бросился за мной. Он был ловким и быстрым, но Хейвен, кем бы она ни стала за эти годы, не раздумывая, снова нажала на курок, и рука Лэнса задела мое плечо, когда он упал.

Хейвен подошла к нам, направив пистолет на лежащего на полу и корчащегося от боли Лэнса. Затем она встала над ним, и я увидела, как он протягивает руку. Она не произнесла ни слова, когда пистолет снова выстрелил; тело Лэнса дернулось, а затем затихло.

Хейвен присела и порылась в его карманах, затем достала ключ, который бросила мне.

— Отцепи его.

Я не обратила на нее внимания, быстро пробежав остаток пути до Рема. Я встала на цыпочки, вставляя ключ в наручники, которые были пристегнуты к кольцу на столбе.

— Детка. — Он едва мог дышать от боли. Он был в шоке, его плоть побледнела, а тело неистово тряслось.

Как только его руки освободились, он обхватил меня руками, увлекая за собой на пол.

— Хейвен. — Я не могла удержать его. Мне понадобится ее помощь, чтобы вытащить его отсюда.

Когда я подняла голову, она вернулась в комнату с красной канистрой для бензина. Она начала выливать жидкость повсюду, запах был настолько едким, что я начала кашлять.

— Рем. Рем, нам нужно убираться отсюда. Вставай. Ты должен встать. — Я обхватила его за талию и почувствовала, как он напрягся, когда материал моей рубашки прошелся по его ранам. — Рем, черт возьми. Вставай. Вставай, — крикнула я.

Я попыталась подняться на ноги, но мои ноги были слабыми, и у меня не хватало сил поднять его с пола. Внезапно Хейвен оказалась по другую сторону от него, обхватила его руками, и мы вдвоем подняли его на ноги.

— Хейвен. — Его глаза были закрыты, но он знал, что она рядом и спасает его. Она была его близнецом, его второй половиной, его ангелом.

Она не произнесла ни слова.

Мы наполовину тащили, наполовину несли его к двери. Потом Хейвен остановилась. Она даже не взглянула на меня, передавая мне свой пистолет, затем потянулась в карман, достала спичку и чиркнула ею о дверную коробку. Спичка зашипела, загоревшись, и ярко-оранжевым светом осветила ее безразличное выражение лица. Затем она бросила ее через плечо в лужу бензина.

— Пойдемте.

***

Когда мы добрались до боковой двери, дым был уже густым. Треск горящей древесины был похож на выстрелы, и я каждый раз вздрагивала, боясь, что кто-то подойдет сзади и остановит нас, затащит назад или убьет.

Но вскоре я уже вдыхала свежий воздух, кашляла и отхаркивала пепел, попавший в легкие. Рем висел между нами, пока Хейвен толкала нас дальше, не останавливаясь, пока мы не достигли линии забора. Она ударила ногой по паре деревянных досок, и они свободно закачались.

Затем она подтянулась и ударила Рема по лицу. Я вздрогнула, но она не обратила на меня внимания и схватила его за подбородок.

— Рем. — Он вздрогнул, и я увидела, что его глаза открылись, остекленели и налились кровью. Он был почти без сознания от боли. — Встань на колени. Ты должен пролезть в эту дыру. Ты слышишь меня, Рем. — Когда она отпустила его лицо, я увидела отпечаток ее пальцев.

— Отпусти его, — приказала Хейвен.

— Но он…

Я не успела закончить фразу, потому что Хейвен схватила Рема за руку, и он рухнул на колени, выгнув спину от боли, пронзившей его. Я в ужасе уставилась на нее, мой рот был открыт.

— Боль заставляет тело делать больше, чем ты думаешь. — Это было утверждение, и у меня возникло чувство, что она знает об этом утверждение лучше, чем кто-либо другой. Потом я вспомнила о клейме, которое видела на ее внутреннем запястье.

Хейвен подняла доски, и Рем мучительно пролез через них, а затем мы последовали за ним. Мои ноги реагировали на нагрузку, иголки и булавки бешено впивались в плоть, но у меня не было нервозности, которая бы сопровождала приступ, и именно поэтому я продержалась так долго. Я была спокойна.

Рем был рядом со мной. Мы были живы.

Как раз в тот момент, когда за нами опустились доски, я услышала громкий звук взрыва и инстинктивно прикрыла Рема своим телом. Однако Хейвен ничего не ждала и схватила меня за руку.

— Шевелись. Полиция будет здесь с минуты на минуту.

— Но они могут помочь… — Мой голос прервался, когда она подхватила Рема, игнорируя меня. Я бросилась на помощь, и мы побежали по улице. Я заметила, что уличные фонари не работают, и задумалась, совпадение это или нет. Пять в ряд и один над синей машиной, которую она сейчас отпирала.