Чтение онлайн

– Это хорошо или плохо?

Он подождал, пока она подняла взгляд к его глазам.

– Определено, хорошо.

Ее лицо озарила улыбка, временно ослепляя его своим блеском. Он развернулся к ней всем телом, пытаясь стать ближе. Ее аромат вторгся в его легкие, новый, цветочный и чертовски возбуждающий.

– В чем обязанности Гари?

Черт, это было похоже на ведро со льдом в его трусах. Эмма Трэверс ударила по его самомнению.

– Он глава моей службы безопасности.

– Твой телохранитель?

– Можно сказать и так. Хотя он не только охраняет меня, он также приходит, когда нужно уберечь фанатов от вреда.

– Как долго он с тобой?

– С первого турне. Около семи лет.

– Так он больше, чем глава службы безопасности - он твой друг?

– Да.

Эмма кивнула. Ее взгляд заскользил по комнате, прежде чем вернуться к нему. Она притихла на время, задумавшись, так как изучала его.

– Знаешь, ты так и не ответил на мой вопрос.

– Какой вопрос?
– Было несколько, на которые он не ответил.

– Почему ты вообще пьешь? Джемесон, я уверена, находится в райдере, о котором мы говорили.

– Да.
– Он сделал долгий, медленный выдох.
– Это действительно важно?

– Да.

Видимо, он слишком долго обдумывал, что сказать, потому что она продолжила.

– Знаешь, что я думаю?

– Понятия не имею.

– Ты отдаешься работе по полной, чтобы скрыть свои чувства. И тебе удавалось. Я не знаю, всегда ли ты был таким, или это следствие чего-то. Но ты начинаешь расклеиваться и разламываться на части.

Он глубоко вздохнул и медленно выдохнул, обдумывая подходящий ответ.

– Почему ты так думаешь?

– Ты скажи мне.

– Я никогда...

– "Навести меня как-нибудь, Эмма,” - процитировала она его.
– “ Освети немного мою жизнь.”

Он не сказал, что не хотел бы обнажать свои чувства, поэтому продолжил молчать.

– Что ты хочешь от меня? Ты можешь сказать мне, Джо. Это останется между нами.

Ты бьешь прямо в цель своими трудными вопросами, не так ли, Солнышко?

– Я не знаю.

Она потянулась и положила руку на его плечо. Ее тепло проникло под кожу, и он понял где-то далеко внутри, что забыл, какое это хорошее чувство, когда к тебе прикасаются. Он честно не мог вспомнить, когда в последний раз такое случалось. Женщины в его жизни старались облапать и поцарапать.

– Конечно, не знаешь. Ты здоров. У тебя есть друзья, семья, фанаты, которые любят тебя. И все же ты топишь себя в алкоголе и беспорядочном сексе. Ты видишь мир, не заботясь о том, откуда придет очередной чек, но ты несчастлив, не так ли?

Эти слова повисли в воздухе, пока Эмма не продолжила.

– Ты блуждаешь во тьме. Я не знаю, как долго это продолжается или осознаешь ли ты это в полном объеме, но где-то внутри себя ты это знаешь. Ты хочешь отношений. Не основанных на сексе или...

– О, я все еще хочу сексуальных отношений.

Она одарила его нежным взглядом и убрала руку с его плеча. Он тут же заскучал по ее прикосновению.

– Но ты также хочешь большего. Если бы не хотел, ты дал бы мне уйти и нашел бы кого-то, кто согреет твою постель.

Как у нее так получается… это подобно тому, что она дотянулась до самой глубины его и затронула место, к которому никто прежде не прикасался. Может, потому, что больше никто не мог его разглядеть. Нет, тут было большее. Будто она смотрела прямо в душу, через всю его оборону. Это было ужасающе.

– Ты же не психотерапевт или что-то вроде этого?
– Спросил он, заставляя голос звучать непринужденно, хотя он этого совсем не чувствовал.

– А он тебе нужен?

– Вероятно.

– Я не психотерапевт, говорю исходя из жизненного опыта.

– В это сложно поверить. Сколько тебе лет?

– Почему? Потому что жизнь никогда не бьет в зубы тех, кто моложе 30?
– Она пожала плечами.
– Мне 23.

И она была бита. И пнули ее чертовски сильно, если судить по вспышке боли в ее глазах.

– Хочешь поговорить об этом?

Он внимательно наблюдал за ней, отмечая, как ее пальцы дрожали, как потянулись к простенькому ключу, висевшему на ее шее. Сделанный из серебра, простой формы, возможно дюйм в длину, и подвешенный на серебряной цепочке за колечко. Она начала трясти ключ между пальцев.

– Боже, нет.

Он накрыл ее свободную руку своей.

– Я поделюсь, если и ты тоже.

– Мне не нужна твоя жалость.
– Она посмотрела на него, пораженная, будто она не хотела высказывать эту мысль, затем послала ему немного улыбки.
– Притворись, что не слышал этого. Жалеть ее? Почему я должен жалеть ее? Его большой палец провел сзади по ее пальцам.

– Эм?

– Пустяки.
– Как будто подтверждая это, она отпустила ключ и положила руку на его — эффект сэндвича: ее рука, его рука и снова ее — и сменила тему.
– Сколько тебе лет?

– Почему ты спрашиваешь?

Она пожала плечами.

– Это будет честно. Ты же про мой возраст спрашивал.

– 29.

– Хмм. Эти ноты что-то значат?

Он закрыл глаза от прикосновений кончиков ее пальцев по его запястью, затем открыл их, чтобы посмотреть, как она прослеживает каждую ноту.

– Это начальные аккорды нашего первого хита.

Ее рука скользит по его, от запястья к музыкальному ключу у его локтя.