Чтение онлайн

— Вот почему мне больше нравятся «Бруклин Сайклонс», чем «Мете» [4] — быстро говорит Райан.

Я понятия не имею, о чем он, но девушка широко открывает глаза. О-о-о, время для флирта. Это вроде его автоматической защиты — «я обычный человек!». Он все время ведет себя так в закусочной. Я вздыхаю, когда она начинает говорить о бейсболе.

За десять минут, пока мы ждем автобус, Райан дарит ей больше улыбок, чем мне за последние несколько месяцев.

По крайней мере, в автобусе есть сидячие места. Девушка остается на улице с раздраженным видом. Слабое утешение. Райан стоит, потому что это Путь Могучего Говнюка-Охотника, но я падаю на сиденье рядом с ним. Я чувствую себя не очень хорошо из-за недосыпа.

Пока мы едем по улицам Бруклина, я смотрю в окно и беспокоюсь. Таков Путь Элли.

Девчонка со своими девчачьими защитными ужимками. Такой меня видят другие охотники? Такой меня увидит Оуэн? Что, если на самом деле я просто обычная противная девчонка, с которой возится Райан? Что, если он действительно нарушает всевозможные тайные правила охотников? Если да, ладно, тогда он был бы менее восприимчив к моему нытью, но что, если из-за меня он потеряет работу?

Маловероятно, но, как бы то ни было, я не так легко знакомлюсь с новыми людьми и не очень хорошо справляюсь со своими проблемами.

Фары автобуса мигают. Я на секунду отвожу взгляд и поэтому замечаю, что девушка напротив меня пялится на Райана. Райан стоит рядом со мной, глядя из-под полей шляпы с таким отстраненным, отсутствующим видом, словно читает надписи на потолке. Опять на него девица запала. Вторая за один день.

Я не собственница. Нет, нет, нет.

Я сползаю по сиденью и вытягиваю ноги так, чтобы икрой коснуться ее. Или стукнуть ее — сложно сделать это правильно, когда автобус собирается резко повернуть, ага, вот сейчас. Но это не имеет значения, потому что он смотрит на меня с действительно интересным выражением лица, которое я не могу разгадать, и отодвигается, но, как я заметила, не от меня.

Я бросаю очень короткий взгляд на девицу — она надувает губы. Ха! Съела, противная блондинка?

Райан замечает мое, может быть неподобающее, самодовольство. Закатывает глаза и отступает в сторону.

Еще два автобуса, и мы у больницы. Я никогда раньше не была здесь, но она похожа на другие больницы. За одним исключением — тут действительно много народу. Райан идет по вестибюлю с таким видом, словно бывает тут каждый день, мимо охраны, медсестер и толпы больных, которые незаинтересованно смотрят на меня. За пределами лобби нам попадаются еще люди, врачи, медсестры, вдоль стен стоят каталки, и я начинаю думать, что мы беспрепятственно доберемся до цели.

Я никогда не была в Маймонидах, потому что Райан предпочитает терпеть, но не обращаться к врачам. До сих пор нам везло: в большинстве случаев, когда мне приходилось его заштопывать, ему требовались всякие причудливые штуки — типа приложить розмарин и шалфей к ранам, или мне приходилось с помощью паяльника плавить зачарованное серебро в порезе, нанесенном когтями оборотня. К счастью, это случалось лишь пару раз, потому что я не очень хорошо обращаюсь с паяльником. Руки трясутся.

Обычно Райан сам оказывает себе медицинскую помощь. У него никогда не было таких ран, чтобы мне приходилось везти его в больницу. И за это я благодарна силе, противоположной Аду по ту сторону Двери.

Мне потребовалась минута, чтобы понять, что Райан ориентируется по знакам, — он останавливается на повороте и поворачивает налево, туда, где должен быть кафетерий. Тут тоже тьма-тьмущая народу, семьи едят странную пищу, доктора перелистывают страницы книг одной рукой, а второй механически отправляют еду в рот, и сидят несколько фельдшеров в хрустящей униформе. Один фельдшер как раз двигает стул за пустым столом, и Райан направляется к нему.

Оуэн, если это он, не похож на Райана, и это разочаровывает. Он здоровый и розовощекий. Еще не увидев, что мы двигаемся к нему, он обращается к соседнему столику, где сидят несколько медсестер после дежурства, и я слышу его акцент — у него жизнерадостное британское произношение. Он выше Райана, и это просто удивительно. Одет в темно-синюю форму, довольно симпатичную, если вам нравятся униформы. Мне — нет, но я вижу, что он может пользоваться успехом. Табличка на его груди гласит «Дэвид», но все охотники меняют имена. На голове темно-синяя бейсболка, мне интересно: она действительно так много значит, как говорил Райан.

Он как раз отодвинул свой стул, когда, увидел, что мы приближаемся. Его лицо мрачнеет, и он снова придвигает стул. Он не заводит пустую беседу — Райан тоже никогда этого не делает, — он даже не здоровается и не представляется. Он кивает в сторону коридора и уводит нас в маленькую комнатку рядом с постом медсестры.

— Здесь спят интерны, когда у них ночные дежурства, — объясняет он коротко. — Комната, скорее всего, будет пуста минут двадцать по меньшей мере; на Парк-стрит произошла авария с участием четырех машин.

Райан прочищает горло. Оуэн немедленно начинает сердиться.

— Послушай, — говорит он, и его жизнерадостный акцент неожиданно становится грубым и злым, — у меня есть работа, и я не обязан говорить с тобой, стетсон. Так что либо говори, что тебе надо, либо убирайся к дьяволу из моей чертовой больницы.

Я хихикаю. В одной руке у него журнал с кроссвордами, в другой — стаканчик кофе.

Но я не виню его за раздражительность, выпендреж Райана — это нехороший признак.

— Мне надо взглянуть на твою Дверь, — говорит Райан, теперь он — сплошная учтивость и такт.

— Плохая мысль.

— Привет! — жизнерадостно вступаю я, потому что не умею держаться в стороне, да и ситуация явно не собирается налаживаться. В любом случае разве моя роль — не отвлекать? Вот именно. — Меня зовут Элли. У меня закусочная в другом конце города. Ты должен зайти к нам, мы делаем отличный кофе. Твою Дверь кто-то призвал или это была спонтанная вивификация? Могу принести тебе пирог, если хочешь.

Оуэн моргает и медленно улыбается.

— Чучело! — говорит он, и я думаю, что это он обо мне, пока он не продолжает: — Ты теперь используешь Двери, чтобы производить впечатление на девушек? — Он подмигивает мне, и тут мне хочется его убить. — Никогда не доверяй парню в стетсоне, — обращается он ко мне. — Они ненадежные.

Это меня раздражает. Я не хочу оказаться в центре глупой разборки между сайентологом и лоа… Кроме того, оскорблять Райана — это не путь к моему сердцу.

— Есть проблема. Серьезная, — нетерпеливо отвечает Райан. — Твоя Дверь еще здесь?

Самодовольная усмешка сползает с лица Оуэна. Теперь он похож на парня, которого ты ожидаешь встретить, попадая в скорую помощь. Уставший и не такой убедительный, как пытается быть.

— Да, — отвечает он. — Есть причина, по которой ее может не быть?

— Ты уверен?

Оуэн допивает кофе, выбрасывает стаканчик в мусорную корзину и кладет кроссворды на носилки. По-видимому, здесь недавно спал какой-то интерн, потому что в подушке осталась вмятина от головы.

— Пойдемте, — говорит он. — Нам надо в прачечную.

Демоны могут прийти в наш мир тремя путями. Путь, не связанный с Дверью, — это когда они рождаются среди нас (вы думали, что «Омен» — это просто триллер?). В соответствующее время в соответствующем месте кошки, перепрыгивая через колыбель, превращают младенцев в вампиров. Голодные могут стать демонами-вендиго и сожрать свою семью. Прогулка под смоковницей может отдать человека во власть демона без лица. (И да, что касается последнего случая, смоковница должна быть на Гуаме, но принцип вы поняли.)