Соларис. Осколки душ
Шрифт:
Они ехали по дороге, Дени подпевала каждой песне, пританцовывала на сидении, а Локи грыз рядом любимую игрушку, решив, что курице не нужны нос и глаза. Они заехали в Ониксвилл, когда заходило солнце. Сердце кольнуло от воспоминаний – в этом городе она любила, стала женой, обрела счастье, а затем потеряла его. Год она ездила по стране, избегая Ониксвилла, но сейчас вдруг решила вернуться. Зачем? Она и сама не понимала. Сердце и душа вопили, что так она желала найти Джейкоба, но мозг твердил, что она никогда не сможет его простить.
Дени заехала на стоянку, устало размяла шею и вывела Локи на прогулку. Пока довольный пес бегал кругами, обнюхивал каждый куст вокруг, она пыталась понять, что делать дальше. Понимала, что в жизни пора что-то менять, что ей слишком одиноко, тоскливо, а раны на сердце никак не заживают, но не знала, что делать.
Когда они вернулись к автодому, Дени нахмурилась, заметив конверт, который кто-то прилепил к двери. Она оглянулась, но заметила лишь пустую стоянку и темноту. Тяжело вздохнув, она открыла конверт, а потом охнула, прочитав послание:
«Кровь и кровь, чтоб он нашелся, словно узел на запястье. Кровь и кровь, а сбежавшая королева лишилась крыльев, едва спряталась от судьбы. Узел на запястье, пока принц ищет ящик Тьмы, что не уберегла та, что сбежала, бросив землю. Кровь и кровь, чтоб он нашелся, узел завяжу себе на сердце».
Дени скомкала записку, дрожа от страха и ужаса. Но потом она мотнула головой – это не ее дело, не ее борьба и не ее судьба. Она обычная стихийница огня, просто Дени, которая не имеет ни малейшего отношения ко всему, что теперь происходит в Соларисе, а тот, кто написал эту записку, явно ошибся адресом.
После ужина она легка в кровать, Локи примостился рядом, прижавшись к ноге. Дени смотрела на звездное небо, вспоминая все хорошее, что произошло в этом городе, пытаясь забыть о записке, почти уснула, но услышала стук. Локи вскочил, зарычав. Словно сторож, он смотрел в сторону двери, готовый броситься на незваного гостя, хоть Дени и знала, что все, что он сможет сделать, – зализать обидчика до смерти.
– Ш-ш. – Дени погладила Локи по загривку. – Все хорошо. Сиди тут.
Дени натянула спортивные штаны и подошла к двери, прислушалась, словно так могла узнать, кто пожаловал в ее жилье, но потом все же открыла. У двери стояла девчушка с двумя белыми длинными косами. Она испуганно оглядела Дени, а потом все же выпалила:
– Привет, я Эйрин. И я бы хотела, чтобы ты отвела меня в Соларис.
Дени изумленно вздернула брови. Такого поворота судьбы она точно не ожидала.
– Мойрова тень! – сказала Дени, отходя в сторону, чтобы Эйрин зашла в автодом.
Локи зарычал, едва незваная гостья несмело поднялась по ступенькам. Услышав пса, Эйрин вздрогнула и замерла, задержав дыхание.
– Локи, место, – велела Дени, поправляя волосы, что лезли в глаза. Она почесала острый подбородок, разглядывая девчушку. Миниатюрная, худенькая Эйрин опасливо оглядывала автодом, голубые глаза блестели в тусклом свете, а пухлые губы были искусаны до крови. – Как ты меня нашла?
Эйрин обернулась к Дени, похлопала длинными ресницами. Ее пухлые щечки были обсыпаны веснушками.
– Взяла у бабули поисковый порошок. Не думала, что сработает, но… ты явна понимаешь, что такое Соларис.
Дени сложила руки на груди, чувствуя, как нарастала тревога в душе, а потом предложила гостье чаю. Эйрин несмело кивнула и села на диван, едва Дени подтолкнула ее, чтобы пройти к кухне.
– Откуда знала, кого искать?
Дени щелкнула кнопку, включилась желтая подсветка на электрическом чайнике. Эйрин разгладила складки на короткой белой юбке, поправила ворот блузки.
– Нашла прядку волос в дневнике бабули… там указано, что ты стихийник. Огонь, да?
Дени выдохнула, невольно дотронулась до красных, как пламя, волос, нервно облизала губы, доставая чайные пакетики.
– Не трудно догадаться, что ты огонь. Ну, волосы красные…
– И метка, – подсказала Дени, показывая тату на запястье правой руки: знак бесстрашия, похожий на глаз, объятый пламенем. Красная, она слегка мерцала, напоминая полукруг, обвитый огнем. – А ты, видимо, воздух. Блондинка же.
– Угу.
Дени со стуком поставила чашки на стол, вытащила пачку печенья и села напротив гостьи. Эйрин смущенно отпила, поправила воротник блузки. Локи заскулил, изнывая от любопытства, Дени подозвала его к себе, тревожась все сильнее – сначала записка, теперь Эйрин. Тучи сгущались, надвигалась буря, что рисковала уничтожить все на своем пути.
– Собак не боишься?
Экрин покачала головой, с любопытством смотря на Локи, который положил морду на колени Дени. Он пытался подбодрить хозяйку, ощущая страх, что сдавливал грудь, но не мог. Она все размышляла, кто мог прислать ей записку – Джейкоб? Если да, то это бы ее успокоило, ведь это значит, что он просто хочет привлечь ее внимание. А если не он? То кто? И почему именно ей? Но больше всего ее смущала юная блондинка, что стряхивала крошки печенья со своей юбки, стыдливо опустив глаза.
– Локи. Золотистый ретривер. Дружелюбный. Жрет все шнурки и провода, так что аккуратно. – Эйрин хотела было погладить пса, но передумав, отдернула руку. – Зачем тебе в Соларис? Там нет ничего интересного, поверь.
Эйрин обхватила чашку руками, грея пальцы, опустила взгляд.
– Родителей ищу.
– Родителей?
Дени сощурилась, оглядывая девчушку, нервно забарабанила пальцами по столу.
– Они пропали после Великого пожара, я…
– Не пропали. Они мертвы. Смирись.
Эйрин вздрогнул, едва не выронила чашку и часто заморгала, глядя на спокойное лицо Дени.
– Были бы живы, давно бы вернулись. Говоришь, с бабушкой живешь? Куда тебя отвезти?
Эйрин помотала головой, ее щеки раскраснелись, а в глазах вдруг замерцали слезы.
– Я должна их найти! Может, они в беде! Так нельзя, пожалуйста…
– Я не поведу тебя в Соларис. Я верну тебя к бабушке. Точка.
– Какое право ты имеешь решать за меня? Я взрослая, я…
– Сколько тебе? Лет семнадцать? Фейт за тебя пока все решает. Адрес.
Дени прикусила язык, понимая, что сболтнула лишнего, но Эйрин ничего не заметила, лишь раскраснелась еще сильнее, открыла рот, но не нашлась, что возразить, и сложила руки на груди. Дени погладила Локи и кивнула в сторону Эйрин. Пес подошел к незнакомке и несмело лизнул ногу. Эйрин испугалась, но потом расслабилась, видя, как пес завилял хвостом, несмело коснулась мокрого носа.
– Я должна их найти, понимаешь? Родители пропали, сестра бросила… Я должна. Может, сестра тоже там. А бабушка… Я не вернусь к ней. Я боюсь эту женщину! Она… душит меня своими приказами. Я не могу с ней больше жить.