Солдат мафии
Шрифт:
Первая из замеченных машин промчалась мимо без остановки, потом настала очередь второй. Ни одна из них не была серым "шевроле", ни одна даже не притормозила и вскоре обе исчезли во мраке.
Джонни немного расслабился.
Заправщик поинтересовался, сколько ему залить бензина. Джонни попросил полный бак и продолжал наблюдать за дорогой.
Пока машину заправляли и он расплачивался, мимо пронеслись ещё три машины. Ни одна из них не была серым "шевроле". В одной впереди восседали мужчина и женщина, а на заднем сидении двое мальчишек играли с большой собакой.
Джонни окончательно успокоился и двинулся дальше. Он продолжал наблюдать в зеркало за дорогой, но не видел позади никаких фар.
И тем более не видел машины Чарли Морана, который следовал за ним, держась подальше и не зажигая фар.
По дороге к конторе шерифа Джонни принялся обдумывать историю, которую тому следует рассказать. Он вздохнул с облегчением, заметив Мери, прохаживавшуюся в сотне шагов перед зданием, нервно затягиваясь сигаретой.
Едва завидев "мустанг", она отшвырнула её прочь и бросилась навстречу, что-то взволнованно крича. Машина ещё не успела остановиться, как она распахнула дверцу и упала на переднее сидение. Она хотела было обнять Джонни, но потом её руки безвольно упали, она обмякла и смотрела на него полными слез глазами.
– Джонни... Боже мой, Джонни...
– бормотала она.
Несмотря на все усилия, голос предательски дрожал.
Он погладил жену по щеке и попытался успокоить:
– Мери, я же здесь. Все хорошо.
– А те двое?
– Мне удалось от них уйти.
– Джонни, какой кошмар! Это ужасное ожидание... Люди, посланные шерифом на лесопилку, вернулись и сказали, что тебя там нет. Я уже решила, что ты... что тебя...
– Но ведь этого не случилось, верно? Все в порядке, - он покосился на здание.
– Шериф у себя?
Мери, не отводя от него взгляда, покачала головой.
– Вышел перекусить. Хотел и меня забрать с собой, но мне кусок в горло не лезет.
Джонни закрыл дверцу, которую жена оставила открытой, отпустил тормоз и тронул машину с места.
Мери недоуменно посмотрела на него.
– Но Джонни... мы не можем просто так уехать. Шериф...
– Я ему сразу позвоню. Это может затянуться на всю ночь. Понадобится масса времени, чтобы ответить на все вопросы, а нам не следует надолго здесь задерживаться. Это слишком опасно.
– Эти люди все ещё тебя разыскивают?
– Могут появиться другие. Рано или поздно это все равно случится.
– Тогда почему тебе не поговорить с шерифом? Чтобы он тебе помог?
Джонни покачал головой и нажал на газ.
– Это ничего не даст. А те просто немного подождут. Мы же не можем провести всю оставшуюся жизнь под защитой полицейских.
Молодая женщина долго молчала, пытаясь взять себя в руки, потом посмотрела на мужа и неожиданно мягко сказала:
– Джонни, я не понимаю, что происходит.
Это было не констатацией и не вопросом, а скорее требованием.
– Джонни... я имею право знать.
– Да, - устало кивнул он.
– Ты имеешь право. Для начала - ты не знаешь моего настоящего имени. Меня зовут Морини. Джонни Морини.
Потом, когда они остановились на ночь в мотеле на востоке Аризоны, жена узнала все. За ужином, который им подали в соседнем ресторане, она ни слова не сказала и почти ничего не ела. Джонни заставил себя съесть заказанный ужин, но тоже хранил молчание.
Вернувшись в мотель, Мери отправилась в ванную принять душ. Джонни подошел к окну и слегка приподнял штору, чтобы оглядеть машины, стоявшие по бокам его "мустанга". Никакого серого "шевроле" на стоянке не было.
Когда Мери вернулась в комнату, он обнял её и поцеловал. Она не стала вырываться из его объятий, но и не ответила на поцелуй.
– Ладно, - вздохнул он, - я тебя ни в чем не упрекаю.
Она присела на край постели и, не глядя на него, покачала головой.
– Я очень люблю тебя, Джонни. И верю тебе...
– Успокойся. Я тебя понимаю.
– Мне нужно время, чтобы с этим свыкнуться. Все так внезапно изменилось. Мне казалось, что я знаю, какой жизнью мы живем, а теперь все стало по-иному. Это ужасно. Просто в голове не укладывается, что это правда.
– Я уже сказал, что тебя понимаю.
– Мне очень бы хотелось сказать то же самое.
Мери скользнула в постель и затихла, сжавшись в комочек и уставившись в потолок.
– Потерпи, - попросил Джонни.
– К таким вещам трудно привыкнуть сразу. Просто все это для тебя слишком неожиданно.
Наконец она взглянула на него.
– Но не для тебя.
– Да, верно.
– Долгие месяцы ты держал все это в себе... Ждал катастрофы и ни с кем не делился.
– Я надеялся, что ты никогда ничего не узнаешь.
– Что нам делать, Джонни?
– Прежде всего нужно найти место, где ты будешь в безопасности.
– На несколько недель я могла бы уехать к маме. Хотелось бы не покидать тебя, но...
– Не лучшее решение. Если они нашли меня, то так же хорошо все знают о тебе. Они тебя захватят и используют, чтобы добраться до меня.
Джонни печально покачал головой.
– Я ещё не знаю, где тебя спрятать, но это должно быть где-то поблизости, чтобы я мог вовремя узнать, что тебе угрожает опасность, и прийти на помощь.
– А потом?
– Потом я найду людей из федерального правительства. Их дело позаботиться, чтобы мне нечего было опасаться. У них для этого есть масса способов.
Слова эти были справедливы лишь наполовину.
Джонни выключил свет и добавил:
– Спи, Мери. Мы должны уехать задолго до рассвета.
– И куда мы направимся?
– На восток. А сейчас спи.
Джонни прошел в ванную, разделся и принял душ. Смывая грязь и пыль память смертельной охоты - он размышлял, что ему теперь делать.
Выбор был невелик. Власти не под силу ни спрятать его, ни надежно защитить. Была попытка, но с плачевным результатом. Дон Ренцо смог его найти, несмотря на все принятые предосторожности. В следующий раз будет точно так же.
Оставался единственный выход. Он естественным образом вытекал из его образа мыслей, который в свою очередь определялся его прошлым и наследием предков.