Чтение онлайн

– А что… хорошая идея, – согласилась Соня. – Мне совсем не хотелось губить наши красивые елочки! А украсить можно! Вот… И хорошо, что вы ко мне приедете, я ведь еще ни разу не отблагодарила вас за гостеприимство.

– Ну что ты, дорогая, какие счеты!

– Только прости, с уютом и угощениями у меня тут не так все прекрасно – без занавесок с розочками! Зато сама Бобровая долина – настоящий рай.

– Мы давно мечтали побывать в раю, разглядывая твои фотографии!

– Ну что ж, добро пожаловать в наши кущи!

Оставшиеся до Рождества недели семейство Куинли ознаменовало мощной подготовкой к экспедиции в заповедник. Каждый готовился по-своему, и даже Дональд что-то продумывал и запасался необходимым, хотя виду и не показывал. Кэтрин закупала провизию, как будто готовилась ехать не на пару дней, а по крайней мере на месяц. Близнецы Питер и Рон намеревались захватить с собой половину содержимого своей комнаты и были весьма огорчены, когда узнали, что их планы неосуществимы.

Споры и приготовления завершились высадкой десанта на маленькой биостанции, расположенной недалеко от берега притихшей под толстой белой шубой Пармагосы.

Кэтрин вылезла из машины, потянулась, поахала, проследовала на кухню и привлекла подругу к подготовке застолья. Питер и Рон, вырвавшись на свободу, оглашали окрестности бодрыми воплями. А Дональд, не откладывая, взялся за починку предназначенных для гостей стуль ев и кровати, которые до сих пор пылились без дела.

Вечером Соня выпила бокал вина и получила свою долю праздничных подарков. А на следующий день она повела семейство на экскурсию по своим владениям.

Был предъявлен и домик бобров. Хотя он выглядел всего лишь кучей хвороста под снежной шапкой, но младшие и старшие Куинли разглядывали обиталище невидимых зверей с нескрываемым любопытством.

Отвечая на бесчисленные вопросы, Соня все больше радовалась приятной встряске в череде своих монотонных будней. И вечером сама предложила друзьям задержаться до Нового года.

Мальчишки встретили это предложение бурной радостью. Дональд задумался, а Кэтрин, не рассуждая, согласилась: ничего другого она и не желала.

Следующее утро Дональд встретил негодованием по поводу щелей в стенах и собирался немедленно ими заняться. Кэтрин не могла налюбоваться на спутника жизни:

– Какой же ты у меня хозяйственный, зяблик!

– Может быть, отложим на вечер? Мне так хочется показать вам мою любимую панораму! – предложила Соня.

– День короткий, я не успею, – заявил Дональд.

Пришлось перенести поход на завтра.

Дамы остались помогать мистеру Куинли, а Питера и Рона выставили на улицу, взяв с них клятву не уходить далеко от дома.

Клятва была немедленно нарушена самым бессовестным образом. Мобильники братья, конечно, «забыли» под подушками. Зато, отойдя от станции на безопасное расстояние, Питер с ликованием предъявил Рону отцовский бинокль.

И лихие трапперы по кличке Рыжий Енот и Красный Койот двинулись к берегу Пармагосы.

Рон шел вторым, точно ставя ногу след в след, как требовал устав охотников.

Вскоре открылся вид на бобриную хатку.

– Солнце идет к западу, туч не видно. Бобров… тоже не видно, – сообщил Питер таким тоном, как будто открывал Америку.

Поспорили, стоит ли ждать их появления, или лучше выманить свистом.

– Соня заругает, – пробормотал Рон.

– Будем ждать?

– Холодно… – захныкал Рон.

– Вали домой, Рыжий Скунс! – негодующе воскликнул Питер.

– Сам ты рыжий! – взвизгнул Рон.

И был прав – Рыжий Енот ничем не отличался от Красного Койота по части внешности.

– Иди грейся! А я пойду дальше! Койоты не останавливаются!

– Сам грейся! – оскорбленно крикнул Рон. – А что я маме скажу, если вернусь один?

Питер решительно взял его за руку и ступил на речной лед. Что-то хрустнуло под ногами. Рон дернулся назад, но Питер смело шагал вперед, и вскоре стало ясно, что бояться нечего. Жажда приключений в конце концов загнала их на высокий противоположный берег реки.

Но этого трапперам показалось мало, и они решили забраться на высоченную обгорелую ель.

Рону пришлось подсаживать Питера, чтобы он мог ухватиться за нижнюю ветку. Потом пришлось ждать и с завистью смотреть, как Красный Койот забирается все выше и выше, сбрасывая на Рыжего Енота облака снежной пыли. Наконец он почти исчез из виду.

И только Рон хотел возмутиться и потребовать прекращения экспедиции, как услышал сверху торжествующий крик:

– Дым!

– Где?

Питер что-то невразумительное кричал, быстро спускаясь, наконец решительно спрыгнул в сугроб и, захлебываясь, стал кричать, что надо идти вглубь леса, потому что там какие-то люди, может быть, даже индейцы!

Братья гуськом двинулись по направлению к предполагаемому становищу. Казалось, что вот-вот они наткнутся на загадочных обитателей леса, но никого не было, и скоро оба заскучали, хотя Питер старался не показывать виду.

Вдруг лес поредел, и они выскочили на какую-то широкую тропу, которая упиралась в небольшой издалека видимый дом.

– А ты говорил – индейцы, – проворчал Рон. – Какой же это вигвам?

– Ну и что? – огрызнулся Питер. – Может быть, это траппер или…

– Или вампир… – хихикнул Рон.

– Сам ты вампир!

Питер тоже рассмеялся, но затем прищурился и многозначительно добавил:

– А может быть, это страшный преступник? Почему он прячется? Соня ничего про него не говорила!

Рон улыбнулся, но улыбка вышла жалкой, ему вдруг показалось, что брат говорит серьезно. Он шагнул в сторону, оступился и шлепнулся в сугроб.

– Будем продолжать наблюдения, – хладнокровно продолжил Питер, протягивая братскую руку спасения. – Главное – не шуметь!

– Ага, – прохрипел Рыжий Енот, копошась в снегу.

Но тут произошло неожиданное событие.

Прямо под ноги Красному Койоту рухнула с небес огромная живая рыбина.

Питер остолбенел, а Рон опять повалился в сугроб и содрогнулся от жуткого хохота, огласившего окрестности.

Братья заорали в голос и бросились врассыпную.

Но сперва один, а затем и другой траппер был пойман за шиворот и водворен на прежнее место человеком, заросшим бородой, в черной шапке, натянутой до самых глаз, в черной куртке с поднятым воротником.

Страшный незнакомец подобрал рыбу за хвост и грозно поинтересовался: