Чтение онлайн

ПОТЕХИН. В доме есть женщина. Это госпожа Ломова. Она сходит иногда с холста... А в ночь, когда ты уехала в Москву, она принимала ванну и вышла в халате, который остался здесь... Ты же не поверишь мне! А я еще многое мог бы рассказать. В спальне лежал ее муж и все звал: «Дорогая!» А мы вышли в сад на прогулку... Я думал, это сон.

ПОЛИНА. А халат откуда взялся? И куда исчез? Вениамин, неужели ты морочишь мне голову? А ведь я дознаюсь.

ПОТЕХИН. Я думал, это сон. Но налицо смещенье времени. Они там затевают маскарад. Значит, и нам надо устроить празднество. И мы можем встретиться в яви.

ПОЛИНА. Уф! Поверить невозможно, но чудеса имеют место?

Крупным планом лица Потехина и Морева - телефонный разговор.

ПОТЕХИН. Знаете, обстоятельства вынуждают меня быть с вами вполне откровенным. Да и с кем, если не с вами? Словом, я провел ночь с госпожой Ломовой, правда, не смея ее касаться. Все было предельно реально. Она разыграла целый спектакль. А звоню вот по какому поводу. Там затевают маскарад, который и мы можем увидеть, как она явилась передо мною в яви.

МОРЕВ, Значит, надо устроить вечер в стиле ретро?

ПОТЕХИН. В стиле ретро - это мысль! Вы не возьметесь за устройство такого вечера? Разумеется, за соответствующее вознаграждение.

МОРЕВ. Охотно. Только не за устройство вечера, а за костюмы.

ПОТЕХИН. А устройство кому поручить?

МОРЕВ. Я думаю, Коробову с его детьми. Их тоже надо одеть в стиле ретро, как и других участников, коих не должно быть много.

ПОТЕХИН. Отлично. Приезжайте в любое время и начинайте работать.

Поскольку вечер ожидался совершенно необычный, пригласили лишь самый узкий круг гостей, так сказать, посвященных в тайны дома с явлением оживающих мертвецов. Полина заказала костюмы по рисункам Морева и для садовника и его детей, Назимов, разумеется, тоже заказал себе костюм.

Крупным планом лица Полины и Юли - телефонный разговор.

ЮЛЯ. Говорят, у вас будет вечер в стиле ретро, с вызыванием духов, это так?

ПОЛИНА. Тайны мы не делаем, но вызыванием духов не станем заниматься. Вы хотите принять участие?

ЮЛЯ. Очень. Я уже нарисовала маскарадные костюмы себе, маме и Ермилу. Остается лишь заказать.

ПОЛИНА. Я понимаю, но опасаюсь за Морева. И за тебя. Ты ведь знаешь, кто твой муж. Как ты с ним ладишь?

ЮЛЯ (рассмеявшись). Я, признаться, боюсь его. Репутация его известна. Но Ермил со мной мил, не ради рифмы, со мной он прост и внимателен. Он любит меня. Да и я по природе вещей люблю его.

ПОЛИНА. По природе вещей?

ЮЛЯ. Когда мы поженились и поселились в большой квартире, купленной и разубранной к нашей свадьбе, мы словно обезумели, трахались дни и ночи до дурноты.

ПОЛИНА (покачав головой не без изумления). А сейчас?

ЮЛЯ. Он великолепен и неутомим. Как лев. И любит меня одну. Я благодарна ему.

ПОЛИНА. А художник?

ЮЛЯ. Что художник? Нет, тут и сравнивать нельзя. Разные миры. Лев живет по законам джунглей. А Морев - человек в полном смысле слова.

ПОЛИНА. Он знает, что ваш муж не пощадит его, едва что заметит?

ЮЛЯ. Ермил без команды ничего ему не сделает.

ПОЛИНА. Чьей команды?

ЮЛЯ. Мамы или моей. Я сказала больше, чем нужно. Впрочем, все знают, что он дебил.

ПОЛИНА. И вы, смеясь, говорите об этом?

ЮЛЯ. Что делать? Сдается мне, что наше время - время дебилов - от художников и писателей, вы знаете, что они пишут, до бизнесменов и президентов.

ПОЛИНА. Это ужасно. Но в чем-то, увы, вы правы.

ЮЛЯ (со слезами на глазах и в голосе). О вечере я узнала случайно, от портнихи.

ПОЛИНА. Значит, ваше явление на маскараде будет для него сюрпризом, как вы встретились у нас на вечеринке?

ЮЛЯ. Да! Это лучше всего.

ПОЛИНА. Нас ожидают еще не такие сюрпризы. Но чудеса - это ведь всего лишь покров тайны любви и смерти.

Дом в стиле модерн и сад погружены в вечерние сумерки; на лужайке у оранжереи столики с напитками и угощеньями - пикник на фоне южных растений.

Всем распоряжается Коробов, ему помогают его дети, будто они принимают гостей. Полина и Вениамин довольны - меньше для них забот, они будут всего лишь участниками маскарада, который обещал всевозможные приключения.

Коробов в светлом дачном костюме и в пенсне напоминал Чехова, словом, профессора его времени, а дети его - студент, гимназистка и гимназист - с веселостью подыгрывали ему.

МОРЕВ(в обличье Пьеро). Вот профессор и его семья!

Юля явилась в маске и чудесном платье Коломбины, как с картины Константина Сомова. И она сразу атаковала Пьеро.

ЮЛЯ. Милый Пьеро!

МОРЕВ. О, Коломбина!

ЮЛЯ. Вижу, вижу, вы рады мне. А пригласить забыли.

МОРЕВ. Я здесь более случайный гость, чем вы, Коломбина.

Проносятся звуки флейты и рожков, и проступают деревья, а под сенью ветвей беседка, увитая вся вьюном с белыми колокольчиками.

На пьедестале высилось изваяние, вне всякого сомнения, Афродиты классической эпохи.

СТУДЕНТ. Это скульптура или обнаженная женщина?

ГИМНАЗИСТКА. Статую нельзя назвать беломраморной, она скорее розовая, как женское тело.

КОРОБОВ. В древности статуи окрашивали.

ГИМНАЗИСТ. Там стоит живая женщина. Прямо страх!

Морев и Юля, выбежав в сад, как только там объявились раженые, обратили внимание на Пьеро и Коломбину, одетых во всем под стать им.

МОРЕВ. Это художник Орест Смолин и госпожа Ломова.

ЮЛЯ (в бархатной полумаске). Как! Разве это не представление?.

МОРЕВ. Для нас похоже на представление, но это маскарад, который имел место еще в начале века.

ЮЛЯ. Разыгрываешь? (В беспокойстве.) Как это может быть?