Чтение онлайн

— Хочешь сказать, что тебе меня хватает, и нет желания завести любовницу на стороне? — Я всё же формулирую свои беспокойные мысли в слова.

И вот сейчас в меня впивается пытливый мужской взгляд. Пытается что-то отыскать на моём лице. И, видимо, находит. Потому что его губы расплываются в улыбке.

Мне нравится, когда Артём улыбается. Его улыбка немножко наглая и греховная. Моя реакция на неё всегда одна и та же — низ живота охватывает пожар, пальцы ног поджимаются. Звёзды! Я сама не лучше Ярового. Веду себя, как мартовская кошка.

— Моё Солнце ревнует? — Между тем, довольно спрашивает мужчина.

— Нет! — Быстро отвечаю я. Слишком быстро. А стоит, наверное, быть честной с ним. — Не знаю. Меня смущают твои аппетиты. Мне кажется, я тебя не удовлетворяю. Поэтому тебе хочется ещё и ещё. И всё время мучает мысль, что тебе нужен кто-то другой.

Артём берёт меня за руки. Переворачивает ладонями вверх. Целует каждую от запястья до кончиков пальцев, не пропуская ни один из десяти. Мурашки разбегаются по всему телу. Заставляют мою кровь бежать быстрее. Дыхание сбивается.

А он вдруг обращает на меня горящий взгляд:

— Кроме тебя мне никто не нужен. Никто не сможет доставить мне такое удовольствие, как ты. Других я даже не замечаю. Есть только ты. Моё Солнце.

Он вытягивает мои ноги из кокона, стягивает шортики вместе с бельём. Разводит бёдра в стороны, упираясь в них ладонями. И начинает самую мучительную и в то же время самую прекрасную на свете ласку. Я ещё ни разу не смогла перед ней устоять.

А Артёму, похоже, особо нравится доводить меня до оргазма ртом.

И если раньше от мысли, что мы на балконе, ещё не вечер, и внизу во дворе могут оказаться люди, меня бы охладило. То сейчас это понимание только подстёгивает. Придаёт ситуации пикантности.

Моя раскрепощенность в такие моменты на грани распущенности.

Мне кажется, Артём намеренно время от времени создаёт эти провокации. А я каждый раз поддаюсь. Сама попадаюсь в ловко расставленную ловушку. И его нестандартная тёмотерапия даёт свои плоды. Я перестаю стесняться чего-либо в сексе, смущаться от нашего влечения, от страсти, что охватывает нас лишь при виде друг друга.

Чтобы не застонать в голос и не выдать то, чем мы тут занимаемся, я прикусываю зубами ребро своей ладони.

Зажмуриваюсь.

Эмоции такие острые. Такие сладкие.

Выгибаюсь.

Не могу больше сдерживаться. Хочется одновременно и продолжения, и сбежать от этого вулкана, что разбудил во мне мужчина. Но его руки держат меня крепко. Не дают пошевелиться.

Спазм внизу живота усиливается.

Сама не замечаю, как впиваюсь рукой в волосы мужа, прижимая его сильнее.

На пике ощущений меня взрывает.

Я испытываю оргазм такой силы, что меня всю потряхивает.

Артём успокаивающе покрывает влажными поцелуями мои бёдра и живот.

— Моя золотая девочка. Я твой. Не сомневайся во мне. Никогда.

Глава 40

После снятия гипса, Артём нанимает для меня физиотерапевта, который приезжает прямо к нам домой. Замечательная девушка по имени Карина.

Реабилитация проходит плодотворно.

Всего одна неделя после занятий, а я уже безболезненно могу двигать пальцами, сжимать руку в кулак.

Как будто и не было этой травмы.

В доме под моим чутким контролем меняется задний двор. На нём появляется симпатичная беседка, зона барбекю и диван-качели.

И сейчас, когда наступили летние деньки, я всё чаще уговариваю мужчин посидеть вечерами в беседке, поесть шашлычок, приготовленный ими же. Кстати, Артём оказался потрясающим поваром мяса. Это стало моим любимым блюдом. А если он ещё запекает на мангале овощи или шампиньоны в майонезе, то просто… м-м-м… пальчики оближешь.

С Кариной во время занятий для восстановления подвижности кисти нам много пространства не нужно. Мы их проводим чаще всего в полюбившейся мной беседке на свежем воздухе.

Девушка оказывается лёгкой в общении, как и я. Мы быстро находим общие темы для обсуждения. Часто засиживаемся за кружечкой чая после окончания тренировки, болтая обо всём на свете.

Во время одного из таких разговоров Карина признаётся, что занимается джиу-джитсу. Уговариваю её показать мне несколько оборонительных приёмов.

После похищения мне не хватает уверенности в своих физических силах. Какой-то необъяснимый страх требует научиться самообороне.

И Карина соглашается помочь мне. Она показывает пару ударов с махом ноги. Корректирует их, когда я стараюсь повторить за ней. А после её ухода я продолжаю прямо на газоне недалеко от беседки отрабатывать новые знания, чтобы довести до автоматизма.

Подпрыгиваю от грозного рыка.

— Это что за боевой танец горностая?

Пфррр… Его выпады в мою сторону уже не обижают меня, но злят жутко.

— Карина показала несколько приёмов самообороны.

— Они не помогут.

— Почему?

— С твоей комплекцией эти приёмы бесполезны. У тебя рост — метр с кепкой в прыжке… и то с табуретки. Куда ты этими взмахами дотянешься? До подмышек максимум? Ты нападающего до смерти защекотать хочешь или обезвредить?

— То есть мне себя никак не защитить?

— У тебя есть я.

— А если тебя рядом нет? — Парирую я, заводясь.

— Значит делаешь зацеп с подножкой или подсечкой, бьешь по болевым точкам и бежишь звать меня на помощь.

— Что такое зацеп и подсечка? А болевая точка — это в пах что ли?

Артём тяжело вздыхает.

— Ну с твоим ростом неудивительно, что дальше паха ты не видишь.

Заливаюсь краской с ног до кончиков ушей. И в хлопковом коротком комбинезоне я, наверное, выгляжу, как рак.

Артём внезапно сгребает меня в объятья и прижимает к себе. Шепчет на ушко:

— Люблю, когда ты краснеешь. Ведь в эти моменты ты думаешь о нас в постели. — Его рука сжимается на моей попе, посылая токи желания к нужному адресату.