Солнце встает над селом Дзауга
Шрифт:
– Нет, - Тимур рассмеялся – Честное слово, не помню.
– А помнишь, как ты руку сломал на своих тренировках?
– Ну, еще бы! Тогда вы все носились со мной, как с принцессой.
Алина покачала головой.
– Нет, это было, когда ты впендрячился на мотоцикле. А в тот раз никто с тобой не носился, отец тогда орал на тебя, как резанный. И Марго, естественно, поддакивала.
– Неужели? Вот, засранцы старые!
– Да уж… - Алина помолчала и глубоко вздохнула – Знаешь, Тимур, без тебя моя жизнь была бы полным дерьмом.
– Моя без тебя тоже, - признался он.
Она схватила его руку, уткнулась лицом в ладонь, свалилась на кровать и засопела. Ему было странно осознавать, что когда-нибудь она будет так же доверчиво прижиматься к кому-то другому, и этот кто-то будет прикасаться к ней, играть этими волшебными локонами, целовать эти невинные глаза. Так странно… Но неизбежно.
Тимур приподнялся на локте и пристально посмотрел на нее. Черт возьми, уже совсем взрослая! Почти тринадцать лет. Его взгляд скользнул по худым, немыслимо длинным ногам в тертых джинсах, тоненькой талии, по груди, явно очертившейся под просторной футболкой, как два маленьких неспелых яблочка.
– Алишка… - растроганно улыбнулся он – Какая же ты у меня красавица!
Она зажмурилась от удовольствия, как кошечка. Да, этот хрупкий нераспустившийся цветок он готов был лелеять и оберегать всю свою жизнь.
26.
– У Габарая сегодня тренировки, - сказал Атар – Поехали, заскочим за ним.
– Ну да! – Алан повернул руль – Совершим вечерний моцион.
Атар насупился.
– В смысле? Это ты к чему?
– А, с понтом, ты не знаешь. К нашей обычной культурно-оздоровительной программе.
Они мчались на синей «BMW» Гиббона, мотаясь из стороны в сторону – неизменная манера Кокоя вести машину.
– Слушайте, пацаны, молодой в чем-то прав, - сказал Вадик, наклонившись с заднего сидения – Поехали бы все по домам. Покатались чуть-чуть, и хватит. Сейчас нам не время бардачить, по кабакам шататься. Послезавтра на суд заявимся с опухшими рожами.
Атар прыснул.
– О! Еще один мандражист! Кокой, твои ряды пополняются.
– Посмотрю я на тебя послезавтра, когда из тебя вся шмаль выветрится, Варвар.
– Ну, давайте, валите домой! На толчок и в койку! Мы и втроем нормально загудим.
Алан глянул в его расхумаренные глаза и не сказал больше ни слова.
Тимур уже поджидал их на улице со своей гигантской спортивной сумкой в обществе каких-то двух нарядных блондиночек. Он не выглядел после тренировок ни взмыленным, ни уставшим: чистенький, надушенный, веселый как всегда. Габарай о чем-то оживленно болтал с девчонками и хохотал, изгибаясь всем корпусом.
– Я его мозги топтал, - Вадик потянулся к кнопке и опустил стекло – посмотрите на этого Ромео!
Тимур, заметив их, галантно извинился перед своими дамами, подошел к машине и наклонился к окну.
– Здоровте. Забазарить нет желания?
– С кем это?
– Да тут подвернулся повод. Какие-то хамы вон в той забегаловке докопались до этих милых созданий, - он кивнул в сторону своих телок – Я хотел сам их наказать, но потом подумал, что вы мне не простите.
– Черт возьми, Тимур, ну какого хрена?! – Вадик покачал головой – Ты можешь хоть пару дней прожить спокойно, не во что не ввязываясь? Непременно нужно, чтобы ему разбили морду перед судом!
Тимур звонко рассмеялся.
– Да ложить мне на этот суд! У меня свидание завтра – вот за что я опасаюсь! Ну, да ладно. Не хотите, езжайте на наше старое место, я попозже подкачу.
– Как же ты задолбал, знал бы ты!!! – Алан злобно вырвал ключи из зажигания и выскочил из машины. Остальные повыпрыгивали следом за ним.
– Чертов маразматик! – ворчал Атар – Что за херня на тебя находит – вписываться за баб! Рыцарь сранный!
Они вразвалочку, изнемогая под весом собственного могущества, направились к бару. Девчонки смотрели на них, разинув рты, со щенячьим восторгом. Завтра весь город будет говорить о храбрости и благородстве Аполлона и его красавцев-друзей. Свой легендарный имидж он поддерживал просто виртуозно.
Драка оказалась пустяковая. Пятеро «тимуровцев» против шестерых чморей. Но, какое-никакое, все-таки развлечение. Пацаны размяли кости, побили и покрушили все, что было возможно в этом курятнике и вышли на улицу в приподнятом настроении. Уже окончательно стемнело. Девушки все еще дожидались их на том же месте, и едва завидев, бросились стелиться в благодарностях. Тимур заученно демонстрировал им все виды и ракурсы своей знаменитой ямочки.
– Впредь, берегите себя, девчата. Давайте, Алан вас подвезет, а то уже поздно.
– Нет, нет. Спасибо, у нас есть машина, - они показали на маленькую белую «Volvo» неподалеку, попрощались, сунули всем в руки свои номера телефонов и уехали.
Вечер был будоражащим, пряным, чарующим, как гейша. Пацаны выкинули бумажки, и они запорхали на ветру, как стая белых бабочек.
– Блин, все ведь так же, как всегда, - взволнованно сказал Алан – Мне прямо не верится, что что-то изменилось.
Вокруг горели ночные фонари. Пацаны не спеша пошли по тротуару.
– А что изменилось? – спросил Тимур.
– Ну… Как-то странно, что мы встряли. Что послезавтра нас будут судить, что кто-то может загреметь, и все такое.
– Ничего не изменилось. Жизнь будет течь дальше, так же, как текла до сих пор. Это просто маленькое недоразумение. Как коровья «мина» на дороге – перешагнем и пойдем дальше.
Вадик рассмеялся и вздохнул.