Чтение онлайн

– Что вы хотите?

– Ну, пива.

– Где будем пить? Вот мой дом, хотите ко мне подняться? Если нет, можем во дворе посидеть…

– Конечно, хочу.

Мы пришли ко мне и… пропустили два последующих дня. После этого я никогда ее больше не видел. Она просто оделась, собралась и исчезла. И потом я безрезультатно пытался до нее дозвониться, я же не могу так. Зачем мне такое надо? Как-то неудобно. Что это вообще такое было? Тем более человек напротив живет. Оказалось, что ей нормально. Есть такие женщины, которые как мужчины. Это не плохо, это бывает. Многим такое нравится, мечта мужчины! Чтобы без всяких претензий, без предъяв. Обычно же знаешь ведь, как бывает, они начинают названивать: «Может, сходим куда-нибудь?» А ты чувствуешь, что всё это было зря, тебе приходится оправдываться, от тебя каких-то отношений требуют…

Но это не про «капканы», я не почувствовал, что она попользовалась мной, поставив на меня «капкан». Ей просто нужен был кто-то. Было одиночество. Она передохнула, а потом так же одиноко пошла дальше. Это было как вспышка. Я так и не узнал, как ее зовут. Не спросил, потому что знал, что не запомню никогда. Я знал это уже тогда, на протяжении тех двух дней, которые с ней провел. В том-то и дело, что любая одинокая девушка хочет не просто секса, она ждет продолжения, взаимоотношений, семьи. Вдруг, может, что-то получится с этим человеком. Так же все мыслят? А тут такое равнодушие к отношениям было! Как спокойно зашла в квартиру, так спокойно и вышла, с теми же самыми эмоциями.

Когда мы с Сашей начали записывать песни, мы как-то не задумывались о том, как это все будет называться, то есть под каким именем мне выступать. Но когда речь зашла о том, чтобы снять клип, пришлось что-то с этим решать. Появилось предложение назвать просто по имени – Рома. Саша говорил, что так правильно. А я не соглашался: какой, на фиг, Рома? Ерунда какая-то. Есть певицы Лизы, Светы, но у нас-то группа должна быть. А ее надо называть как-то. Что такое «Рома»? Каким-то образом всплыло «Звери». Лично мне по большому счету не очень было важно название. Понято, что слово должно быть в названии единственным. Чтобы ёмко, два слова – уже не очень. Ладно, пусть будут «Звери». А потом началось! Так, группа у нас «Звери», а солист у нас кто? Рома – кто?

Саша говорит:

– Рома Зверь.

– Почему? Ужас какой-то. Это странно.

– Ром, если группа «Звери», то ты кто тогда? Ты Рома Зверь. Такой псевдоним.

– Очень странный псевдоним, Саша!

Логика у него была железная, но меня что-то в этом ломало. Совсем уж такая простота. Замечательно! Группа «Деревья» и Рома Дерево. Группа «Слоны» и Рома Слон. Группа «Перфораторы» и Рома Перфоратор. Так до бесконечности можно было прикалываться. Какая-то незатейливость получалась. Ладно, говорю, хрен с ним, буду Ромой Зверем. У меня были легкие сомнения, потому что название очень агрессивное. Но в итоге я решил, что ничего плохого в этом нет, потому что музыка коллектива будет сильнее, чем его название. Слово, его обозначающее, приобретает для тебя уже не тот смысл, к которому ты привык. Ты уже связываешь его с творчеством группы, с ее изображением, стилем и так далее. Короче, мы пришли к выводу, что это не так страшно, если группа будет называться «Звери».

Тогда же появился Врубель. Миша Врубель появился через Войтинского. Отец Миши, известный художник Дмитрий Врубель – Сашин друг, с которым он по молодости вместе отжигал. Саша предложил Мише нам помогать, участвовать в нашем деле. Молодой, худой и смуглый лысый парень. Он очень много пил. Поэтому наши с ним «рабочие» встречи были в таком плане: встретиться, выпить, обсудить дела, что-то придумать. Миша долгое время не мог определиться, чем он хочет заниматься. Он все время читал какие-то книги и, видимо, под их воздействием решал, что ему делать. «Я буду режиссером!» Потом проходило время, и он предлагал: «А давай сделаем проект с космонавтами?» Миша ходил по городу в пижаме. Пижама была с каким-то милым рисунком – не то вишенки, не то облачка. А на ногах тапочки-собачки. Когда пришла зима, стало понятно, что тапочки у него будут намокать. И он поверх этих «собачек» надевал полиэтиленовые бахилы. Но бахилы у него рвались, и тапки промокали. И тогда он купил себе ботинки Swear в «Обуви XXI века» – они не как «гринды», а более здоровые, внешне напоминают кроссовки, но такие мощные, как ласты с подошвами, жуть. И он ходил в пижаме и в этих шузах.

Миша был распиздяй. Он мог потерять деньги. Оставить где-то автомобиль и забыть где. Однажды у Войтинского сломалась машина, и он на время купил за пять тысяч долларов «Чероки». Такой старый красный ящик квадратный-квадратный. Мы на нем некоторое время ездили. А потом, когда машину починили, «Чероки» остался не у дел, и Врубель на нем ездил. В один из дней машина у Миши сломалась, и он оставил ее где-то на дороге, на Волгоградском проспекте, и ушел. Ну и «Чероки» потом пропал. По версии Врубеля, его кто-то забрал. Мы все время шутили: ну, конечно, небось машину продал, а деньги забрал, ага, конечно, сломалась она у него… Или стоит небось на даче под брезентом! После этого я написал песню «Красный «Чероки» на блатной мотив. Я на красном «Чероки» отмотаю все сроки. Войтинский пытался как-то воспитывать Врубеля – мне-то чего? Объяснял ему, что пить вредно, что нужно все-таки быть серьезным и следить за делами. Потом Миша исчез на полгода. Взял деньги на какое-то дело, какие-то документы и исчез. Как потом выяснилось, он их не то пропил, не то потерял. Ему было стыдно появляться Саше на глаза, и он вообще решил исчезнуть. Ну а что родители? Говорили: «Мы не знаем, где он». Врубель жил то у друзей, то на даче. Пил, в общем. А потом все-таки проявился, блудный сын. И так вот было несколько раз – постоянные врубелевские косяки. То есть у нас любительская такая команда была.

Когда он вернулся, у него произошел разговор с Сашей: «Ты же, Миша, серьезный человек, встречаешься с людьми. Разве не интересно играть в другую игру? Будь уж совсем деловым». И Миша стал серьезный. Тогда так казалось по крайней мере. Пижаму с ботинками сменил на деловой строгий костюм с галстуком и туфли. Принял эти правила игры. Ходил, ходил, а потом тоже забросил. Надоело. Миша помогал Саше решать всякие организационные вопросы. Например, нужно было зарегистрировать название, чтобы потом никто не смог им воспользоваться и отобрать его. Поехать в какую-то контору, которая регистрирует названия, сдать документы. Сделать печати, назвать фирму нашу, чтобы было юридическое лицо. Съездить куда-то что-то отвезти. Выделить деньги, договориться, найти репетиционную базу. Он все время играл в какие-то роли, игры. При этом он ко всему относился с энтузиазмом, горением, рвением. Он прямо вживался в эту роль – ему дела надо разруливать. Конечно, не все получалось, косяков много. Это очень смешно выглядело. Он всем, кто его впервые видит, казался очень серьезным, а мы-то знали, какой он распиздяй внутри. Это не успел, там не срослось, какие-то задержки – тому много примеров смешных. Я в отношении тех, с кем работаю, серьезно настроен. Поэтому, если я вижу, что человек с чем-то не справляется, лепит косяк за косяком, думаю: а зачем он нужен? А Саша, наоборот, пытается воспитывать, давать шансы. Мы с ним как добрый и злой полицейские. Саша добрый, а я злой.

Саша очень хотел снимать. Он писал музыку для рекламы и потихонечку начал режиссировать рекламные ролики. Как-то Саша говорит: «Хочешь посмотреть, как снимается реклама? Тогда приезжай на площадь Маяковского, я там буду снимать ролик для пива «Бочкарев». Я приехал, мне было очень интересно посмотреть на этот процесс. Саша хотел тогда уже не рекламу снимать, а кино или хотя бы видеоклип: «Давай снимать клип на «Для тебя»! Давай придумаем сценарий». Мы стали придумывать сценарий. Войтинский по своей рекламной работе познакомился с Романом Непомнящим, который писал сценарии для роликов. Саша предложил ему вместе повыдумывать, пописать сценарий для клипа. Мы часто встречались вчетвером – я, Сергеич, Непомнящий и Врубель, сидели и тупили, в основном в «Амбаре».

В итоге сюжет получился такой: молодой человек и девушка решили ограбить ювелирный, для чего нарядились в жениха и невесту. Вообще-то они любили друг друга, решили на самом деле пожениться, ограбить магазин, уехать и жить счастливо. Такие смелые люди. Но не получилось у них, потому что милиция приехала. Потому что не бывает счастливого конца, когда ты действительно сильно любишь. Большая любовь всегда заканчивается плохо. Она не может закончиться счастливо. Значит, неправда. В жизни так не бывает. Всегда приходит конец чему-то прекрасному и лучшему.

Параллельно с созданием сценария мы стали думать, как я должен выглядеть в клипе, как я должен был одет. Подумали: может, какого-нибудь стилиста позвать? Мы же слышали, что на клипах работают стилисты. Нам посоветовали обратиться к девушке по имени Наташа Уколова. Мы встретились с ней, и она дала гениальный совет: «Для успеха вам надо загореть, подкачаться и исправить акцент». Она ушла, а мы сидим с Сашей и молчим, думаем. «Чё-то я не верю в эту хрень. Не хочу я быть накачанным и загорелым. Саш, по-моему, хрень какая-то?» – «Мне тоже так кажется».

При этом она за свои услуги брала какие-то деньги: типа могу заняться вами, молодой человек, и тогда вы станете знаменитым. В общем, мы поняли, что нам стилист никакой не нужен, разберемся сами. Мы догадывались, что не в этом дело. Просто из-за того, что мы не профессионалы, а любители, нам казалось, там, в шоу-бизнесе, есть люди, которые точно знают, как надо действовать, чтобы достичь успеха. Это как в любую новую для себя сферу приходишь: а можно я тут постою, посмотрю, послушаю, что за волшебство у вас тут творится?