Чтение онлайн

– Гринберг был без скафандра?

– Да.

– Средства связи были выведены из строя?

– Да.

– Как Вы думаете, куда ехал Гринберг?

– Прежде чем отвечать на этот вопрос, я хочу задать один вопрос вам обоим. Вы по-прежнему ведёте официальное расследование или нет?

Марк переглянулся с Лизой, некоторое время они безмолвно разговаривали взглядами, после чего Лиза повернулась к Смирнову:

– Официально мы не можем вести расследование. Марк уже говорил о странной информации. Так вот согласно ей, я должна быть арестована как русская шпионка, а Марка должны были убить. Поэтому мы и приехали в Ваше представительство, надеясь получить информацию по делу Гринберга, затем её передать в СМИ, чтобы обезопасить себя.

– Странная вера у Вас американцев в средства массовой информации, как будто не было примеров, когда СМИ затыкали рот, либо подсовывали приемлемую гипотезу. Ну да Бог с ней, Вашей верой в СМИ. Теперь мне более-менее становится понятна картина произошедшего. Я изложу вам своё видение ситуации.

Мишу Гринберга хотели использовать как символ. Свободолюбивый человек бежит от тирании. Только никуда он бежать не собирался. Его поймали на интересе к терраформировании Марса. Миша верил, что раньше на Марсе была развитая цивилизация, которая имела оборудование для терраформирования Марса. Хотя в нашем секторе ничего подобного не было найдено, Миша всё равно считал необходимым вести такие изыскания. Поэтому он в поездках в ваш сектор постоянно искал подтверждения своей теории. И вот, во время последней поездки, ему такие "доказательства" предоставили. С вашей стороны к группе был прикреплен Джеймс Смит ? специальный представитель директора ЦРУ. Видимо это он показал Гринбергу эти "доказательства" и предложил их осмотреть, но только с условием соблюдения секретности. Михаил не мог уехать куда-либо без моего ведома, а я бы его, конечно, не отпустил без предъявления мне фактов наличия внеземного оборудования. Я не верю в то, что здесь была древняя цивилизация. До сих пор никаких следов её существования не обнаружено. Поэтому Гринбергу пришлось вернуться вместе с нами домой, но со Смитом они договорились о встрече. Смит, скорее всего, обещал Михаилу встречу на границе сектора. Поэтому Михаил и поехал без скафандра. Что произошло на месте встречи, нам может рассказать только Смит и его люди. Я подозреваю, что при встрече Михаилу было предложено сопровождение в американский сектор, где он должен был выступить с обличительной речью и просьбой об убежище. Видимо он понял, что его банально обманули и хотят использовать как пешку. Похоже он понял, что живым ему до нашей базы не добраться и, предположительно, сердце такого не выдержало. Он умер. Ваши забрали вездеход и тело, только им для целей провокации пустой вездеход и труп не нужны, да и мы оперативно затребовали всё это назад. Поэтому до Ваших слов о шпионаже на нас и об убийстве господина Белова, я не мог понять смысла расследования дела Гринберга. Теперь я думаю, это должно было стать продолжением провокации.

– У меня всё равно много вопросов. Допустим, Гринберг согласился бы играть роль беглеца от тирании. Что это даёт ЦРУ? Зачем нужна такая провокация?

– Вашим спецслужбам необходимо показать плохих русских. Все годы после нашей революции Америка пытается сколотить коалицию против нас. Предлог ? несправедливое распределение природных богатств. Ну, а после наших высадок на Луну и на Марс, мы для Вас как кость в горле.

– Все равно. Допустим, затея удалась. Что тогда весь мир соберётся воевать с вами из-за этого?

– Конечно, нет. Только это обострит и так напряжённую обстановку. Дальше могут быть другие провокации. Вашему правительству мы не даём покоя.

– Ну, Ваше правительство тоже видимо не желает добра Америке.

– Вы, конечно, Марк не поверите, но нашему правительству глубоко наплевать, что делается в США, у нас свои заботы и свои задачи.

– Допустим, всё было так, как Вы описали. Тогда зачем нужен я, и почему Лиза шпион?

– А Вы подумайте сами. У вас произошёл срыв операции по побегу Гринберга, причём, что знают по этому вопросу русские, вы не представляете. Русские забрали тело и вездеход, объявили смерть в результате сердечного приступа и тишина, а задачи устроить провокацию никто не снимал. Тогда жертвуют вами, Лизу обвиняют в шпионаже, а нас обвиняют в убийстве не только хотевшего бежать инженера, но и честного сотрудника ЦРУ, который раскопал всю подноготную этой истории.

– Убивать местного сотрудника как-то мелко, а самого спецпредставителя директора ЦРУ, прилетевшего с Земли в самый раз.

– Почему я русская шпионка?

– Возможно, только потому, что Вы спасли господина Белова. Хотя может быть, такой шаг планировался в независимости от судьбы Марка.

Марк посмотрел на Лизу и спросил:

– Что теперь будем делать? Хорошо бы ещё раз допросить Смита, отдельно по Гринбергу. Только вряд ли сможем его ещё раз захватить, а без этого у нас опять никаких доказательств.

– Да, без показаний Смита мы ничего никому не докажем.

– Позвольте кое-что прояснить. Вы не сможете допросить Смита.

– Почему?

– Госпожу Гордон уже официально объявили нашим агентом, а господина Белова пока рассматривают как похищенного.

– Откуда у Вас такая информация?

– Ну, мы же тут не просто так сидим, естественно мы просматриваем американские каналы, так вот примерно за полчаса до вашего прихода по общим информационным каналам американского сектора это и было объявлено. Честно говоря, я думал, что вы не успеете прибыть сюда, думал, что вас арестуют раньше.

– То есть, Вы заранее ждали, что мы придём к Вам, но почему?

– По-моему, это элементарная логика. Мы знали о прилёте на Марс спецпредставителя директора ЦРУ, затем увидели, что Вы пытаетесь раскопать дело Гринберга. Совершенно понятно, что без поездки к нам Вам не обойтись. Поэтому мы ждали, что Вы сюда придёте, тем более, я уже сказал, что без Ваших сведений мы не могли до конца понять смысл всего произошедшего с нашим инженером. Теперь мне уже всё ясно.

– Тогда, что Вы посоветуете нам делать?

– Это только вам решать. Я могу от имени руководства нашего сектора предложить вам защиту и переправить на нашу главную базу.

– В Исиду?

– Нет, в Исиде расположена не главная база, главная находится в Элизии.

– Я правильно понимаю, что Вы предлагаете нам стать перебежчиками и предать свою родину?

– Нет, господин Белов, неправильно, я предложил Вам защиту, никакие секреты от Вас никто не будет требовать раскрыть, в любой момент Вы можете покинуть русский сектор и направиться куда пожелаете.

– Но мы же два действующих сотрудника ЦРУ.

– Прежде всего, вы два человека, которых помимо их воли втянули в нечестную игру, обвинили в шпионаже и хотели убить. Поэтому я ещё раз говорю вам. Русская колония на Марсе предлагает вам защиту и помощь. Можете обсудить это вдвоём, я готов оставить вас, обещаю, что ваш разговор не будет фиксироваться. Сколько вам нужно времени?

– Не знаю, всё это очень неожиданно.

– Хорошо, сейчас вам принесут обед, покушайте и обсудите всё спокойно, я вернусь через полтора часа. До свидания.

Смирнов вышел из комнаты, и сразу появилась девушка. Она вкатила тележку, на которой было несколько серебристых ёмкостей, и поставила на стол одноразовую посуду, приборы и два одноразовых стаканчика.

– Здесь грибной суп, здесь картофельное пюре и котлеты. Напитки можете набрать из конторского помощника.

С этими словами она удалилась.

– Что будем делать, Лиза.

– Не знаю, как ты, а я чертовски голодна и поэтому пока я не поем, я отсюда не уйду.

Они взяли термос с супом и разлили по тарелкам. Оказалось, что Марк тоже почувствовал звериный аппетит. Суп показался им просто изумительным, хотя они так проголодались, что были бы рады любой пище. После супа, уплетая картофельное пюре с котлетами, они смогли начать разговор.

– Что ты решила, Лиза?

– По-моему, у нас нет выхода. Нас объявили преступниками, и я склоняюсь к тому, чтобы принять предложение мистера Смирнова.

– Ты ему полностью доверяешь? Может быть он специально так всё рассказал, чтобы спровоцировать нас на побег к русским.

– Полностью исключать такую возможность нельзя, конечно, только зачем им это надо.

– Чтобы заполучить нас в свою зону и там уже обработать.

– Марк, мы сами к ним пришли, у нас даже не отобрали оружие, зачем так всё усложнять. Нас можно было разоружить, задержать и не вести с нами этих бесед.