Чтение онлайн

Рисуем мы обычно по принципу раскраски: я делаю контур, а Пол – закрашивает. Не знаю почему, но у нас до сих пор есть лишь несколько любимых картинок: дом, новогодняя елка, торт со свечками, мороженое в вафельном стаканчике. Убедить Пол рисовать что-то другое очень сложно. Возможно, перечисленные картинки у меня просто получаются лучше всего? Есть специальные раскраски, в которых черная линия выпуклая и не дает карандашу или пастели выскользнуть за пределы рисунка. Такими раскрасками очень удобно пользоваться, когда начинаешь учить ребенка.

Еще Полина очень любит раскрашивать найденные на прогулках камни. Их поиск превращается в целое приключение. Мы ищем россыпь, потом долго обсуждаем, какие стоит брать… в общем, это отдельное удовольствие. Потом разноцветные камни долго украшают наш подоконник.

Кстати, мальчик Лучик прекрасно рисует. Он начал рисовать очень рано и годам к пяти-шести уже самостоятельно мог изобразить очень похоже, например, яблоко. Его работы даже участвуют в различных конкурсах – его мама присылала мне несколько фотографий. Вполне возможно, что он станет художником…

Лепка началась почти одновременно с рисованием. Проблема заключалась в том, что Полина норовила засунуть в рот пластилин, пахнущий как конфета. Объяснить ей, что это несъедобно, не представлялось возможным. Тогда мы перешли к лепке из соленого теста (рецепт прост: равные доли муки и соли). Один раз попробовав соленое тесто, девочка отказалась от идеи есть материал для лепки. Потом добавились такие материалы, как «палюлина» – современное подобие пластилина из цветных шариков, которые липнут друг к другу и не липнут к рукам.

Честно скажу, леплю в основном я. Но Полина со временем стала принимать все более живое участие – катает головы и ноги для животных. Обычно наша программа такова: мы лепим всех героев какой-то сказки или книжки, а потом разыгрываем с ними сценки и истории.

Музыка

Проблема: Плохо развитая речь. Проблемы с моторикой.

Путь решения: Один из вариантов: занятия музыкой. Люди с СД очень музыкальны. Музыка успокаивает, дарит положительные эмоции, под нее хорошо двигаться и танцевать. Кроме общего развития, музыка (особенно пение и проговаривание под музыку слов) улучшает чувство ритма и, в конце концов, способствует развитию речи.

Мой опыт: «Бэби-Моцарт» звучал в нашем доме с самого рождения Полины. Я, конечно, тоже всегда пыталась петь, но мне кажется, мое пение не способствует развитию любви к музыке. Впрочем, Пол все устраивало. Потом начались детские песенки (не только песни из мультфильмов, но и специальные диски для зарядки, массажа и пальчиковых игр). Разумеется, музыкой и ритмикой (движением под музыку) Полина занимается и в детском садике. Сейчас она помешана на музыкальных дисках, где песни разыграны как мини-спектакли. Честно сказать, я тихо ненавижу несколько дисков, которые крутятся у нас дома особенно часто. Но при этом хорошо помню, как сама в детстве до дыр затерла несколько музыкальных пластинок…

Однажды Пол пришла лечить зубы. Оказалось, что дырки у нее небольшие, и я попросила, если это возможно, не давать ей «веселящий газ», а попробовать посверлить без наркоза. С собой я на всякий случай взяла проигрыватель дисков и включила Полины любимые песенки. Когда врач прервалась ненадолго, сестра спросила: «А что это девочка делает?» Пол лежала на зубоврачебном кресле и… пела.

Встречи с психотерапевтом

Проблема: Ребенок злится, не делится игрушками, выдумывает «воображаемых врагов»… и множество других, в зависимости от возраста и этапа развития.

Путь решения: Психотерапия (в том числе и игротерапия). Встречи с семейным консультантом.

Мой опыт: Когда дети совсем малы и у них есть проблемы, психотерапевт чаще всего нужен… родителям. Можно сказать, работают специалисты не собственно с детьми, а с родителями и детьми. Когда у меня накапливаются вопросы по поводу поведения Пол, я обращаюсь к психотерапевту (специалисту по работе с людьми с СД) или семейному консультанту. Вместе мы пытаемся понять, почему возникают те или иные проблемы, связаны ли они с СД или с возрастом, или с кризисом в наших внутрисемейных отношениях. Надо сказать, что советы обычно помогают МНЕ изменить свое поведение, а уж потом – опосредованно – влияют на Полину. И не было НИ ОДНОГО случая, чтобы ситуация не улучшилась, причем иногда удивительно быстро – буквально сразу же после того, как я переставала давить на Пол или начинала последовательно добиваться чего-то.

Никакая теоретическая подготовка не могла заменить мне беседы со специалистом. Потому что любые, даже самые умные, книги рассматривали чужие ситуации, не учитывая особенностей именно моего ребенка. В том числе и ее СД или билингвизм. И уж совсем не учитывали меня, моих проблем и переживаний. Практика же показала, что любое изменение в моем внутреннем мире вело к изменениям в поведении Полины – потому, что мы связаны, как сообщающиеся сосуды.

Одна из разновидностей психотерапии – игротерапия. Это лечебный метод, использующий техники действия. Применяется для устранения симптомов и «поврежденных» моделей поведения, а также для ускорения личностного роста и развития, чтобы человек мог достичь более полного и спонтанного самовыражения, более высоких жизненных успехов и более гармоничных взаимоотношений с другими. Выражаясь более простым языком, игротерапия дает возможность человеку невербально выразить чувства, которые он не может высказать словами. Например, нарисовать страх или сыграть в кукольном спектакле неприязнь. А задача терапевта – объяснить пациенту на доступном ему языке, что с ним происходит. И «отпустить» ситуацию. Примерно это схоже с тем, что человека мучает проблема, и, поговорив с другом, он вдруг освобождается от зажима и тревоги, видит ситуацию со стороны или находит правильное решение. Игротерапия помогает тем, кто не умеет говорить или только учится выражать свои чувства, или пережил драму, насилие, сильные эмоции. Разновидностями игровой терапии могут быть драматерапия, музыкотерапия, короче, любая арт-терапия.

После долгих поисков я нашла специалиста по игротерапии. Полина начала заниматься в пять с половиной лет – совсем недавно. На мой взгляд, встречи со специалистом были очень нужны для улучшения эмоционального развития девочки – в дополнение к физическому. Поверьте, мне, как всякому «совку», трудно было смириться с тем, что кто-то за 45 минут обычной игры с ребенком берет очень существенные деньги – около 60 долларов. С одной стороны, я и сама могла бы играть с собственной дочкой – это вышло бы явно дешевле. С другой – я верю в психотерапию и очень хотела попробовать и посредством игротерапии открыть Полину, освободить ее от страхов и тревог, научить выражать себя.

Первый же разговор со специалистом показал мне, что она увидела все особенности поведения ребенка, отметила то, как и на что она реагирует. И я «отпустила» ситуацию, перестав жадничать и просто поверив, что результат будет, хотя, возможно, и не сразу. Пока прошло не так уж много занятий, и я уже вижу изменения. Например, мы сообща начали понемногу работать над тем, чтобы девочка перестала говорить о себе в третьем лице, перестала обижаться непонятно на что и «закрываться» (иногда просто буквально: лицо руками) посреди урока или разговора. Не знаю, насколько это связано, но через месяц после начала игротерапии Полина стала намного смелее и более уверенной в себе физически – теперь она лезет на горки, о которых я раньше и не мечтала.

Вечерняя школа

Проблема: Общая задержка развития, недостаточное общение с «обычными» сверстниками, недостаточное знание русского языка.

Путь решения: Посещение «вечерней школы» – уроков русского языка и логики (основ математики) для маленьких детей, которые проходят два-три раза в неделю в вечернее время.

Мой опыт: Полину я отдала в группу, где были дети на полтора-два года младше ее физического возраста. То есть в пять лет она была с малышами от двух с половиной до трех с половиной лет. Уже после первых уроков она стала лучше говорить на русском языке (занятия в вечерней школе проводились на русском, а в Полином садике – на иврите), лучше общаться с детьми. Кроме того, закрепились понятия о начале, конце и ходе урока, о том, как надо себя вести (не вставать, не выкрикивать, не брать чужие вещи). Ну и наконец, новые знания, которые Пол приобретала на уроке – занятия велись очень профессиональными учителями на простом и понятном детям языке, с яркими картинками. Кроме всего прочего, Полине очень понравилось собирать сумку на занятия, складывая карандаши и тетрадки, вспоминая, что просили принести. И, конечно, делать «домашнее задание» – раскрашивать картинки, решать «задачки» и «головоломки». Думаю, это было прекрасной подготовкой к школе, которая в Израиле начинается уже с шести лет. В том числе и для меня – ведь именно мне предстоит делать с Пол домашние задания долгих двенадцать лет, а то и больше.