Чтение онлайн

Кирилл расхохотался и схватил ее за плечи, не оставляя надежды добраться до своей позорной скульптуры.

— Слушай, наши силы неравны! Сдавайся! Или ты хочешь, чтобы я защекотал тебя до смерти?

Несчастная Диана захлебывалась от смеха, стараясь увернуться от его щекочущих пальцев, но статуэтку все равно не выпускала. Ее мучитель тоже был не так прост, поэтому неизвестно, сколько бы это еще продолжалось, если бы не возникшая на пороге гостиной Марина.

Она демонстративно кашлянула, обозначая свое присутствие. Ее холодные колючий взгляд не предвещал ничего хорошего. Кирилл с Дианой сразу же притихли, оставшись полусогнутыми в той позе, в которой их застали.

— Что это такое? — голос Марины был жестким, тон — непримиримым; было видно, что эта сцена ей совсем не понравилась.

Кирилл, слегка выйдя из оцепенения, понял, что его руки самым что ни на есть двусмысленным образом лежат у Дианы на бедрах. Он поспешно отстранился от нее.

— Да-да, убери руки с ее зада, — Марина продолжала сверлить сына своим воспаленными покрасневшими глазами.

— Мам, ты что!.. — нервно хохотнул Кирилл. — Ты все не так поняла…

— Интересно, что это я не так поняла? — гневно прервала его Марина. — Посмотрим! Я захожу в гостиную и вижу, как вы ржете, несмотря на то, что в доме траур по Юле, и при этом ты еще не забываешь щупать эту дуру за всевозможные мягкие места!

— Мама! — возмущенно воскликнул Кирилл.

— Не перебивай меня! — крикнула Марина. —Ты, конечно, недавно узнал, что она вовсе не твоя сводная сестра… А может, и не недавно, я уж и не знаю, что думать… Но учти, даже если я закрывала глаза на то, что ты затаскивал в свою постель каждую горничную, которая приходит сюда работать, в этот раз я не буду молчать! Кто угодно, но не она, ты меня слышишь? Мой сын не может иметь виды на дочь официантки, соблазнившей моего мужа! У тебя не будет ничего с этой маленькой приживалкой, пока я жива, это ясно? Похоже, я зря смирилась с тем, что Альберт привел ее в дом и официально признал своей дочерью!

У Дианы задрожали губы от этих обидных слов, что швырнула в ее адрес Марина, но она не двинулась с места.

— Ты так возмущаешься, мама, что, можно подумать, будто ты всегда была верна своему мужу! — с нескрываемой злостью в голосе выпалил Кирилл. — Ты когда-нибудь признаешься, кто мой настоящий отец?

— Что здесь происходит? — в комнату прытко вбежала Лидия. — Почему вы так кричите?

— Все в порядке, бабушка, просто мама сошла с ума, — резко бросил Кирилл.

— Да как ты смеешь так со мной разговаривать? — окончательно взорвалась Марина. — У тебя нет ни капли уважения к матери!

Видимо, Марина хотела еще что-то сказать, но слова застряли у нее в горле, и она громко разрыдалась, закрыв лицо руками: сказалось накопленное за последние дни напряжение.

— Марина, наверно, тебе лучше прилечь, — мягким голосом попыталась успокоить ее Лидия. — Не нужно сейчас говорить то, о чем потом будешь жалеть! Сейчас не время для скандалов… Пойдем…

Покачав головой и бросив осуждающий взгляд на Кирилла, женщина кое-как увела плачущую Марину из гостиной, и Диана с Кириллом остались одни в гнетущей тишине.

— Так вот почему Настя уволилась… — тихо сказала Диана. — Я так расстраивалась тогда, она была очень хорошей девушкой, она не хотела объяснять, почему уходит…

Кирилл заметил, что по ее щекам градом текут слезы, но не решился ответить.

— Господи, какой же ты мерзкий! — вне себя закричала Диана. Она отшвырнула статуэтку на диван и повернула к нему свое белое разгневанное личико. — Потом к нам пришла работать Наташа! Я подружилась с ней! А потом она тоже уволилась, и затем приходит известие, что она вскрыла себе вены!

— Стоп, это было уже спустя несколько месяцев после того, как мы не виделись! — оборвал ее Кирилл. — Не смей обвинять меня в этом! Тебе не кажется, что у нее могли быть проблемы посерьезнее в жизни, чем я!

— Я не хочу тебя слушать! Не оправдывайся! — в истерике закричала Диана, с силой толкнув его в грудь. — Если бы я только знала, какой ты…

— То — что? Договаривай! — воскликнул Кирилл, поняв, что Диана больше не может выдавить из себя ни единого слова.

— Ничего! Не смей со мной больше разговаривать! Никогда!

С этими словами она развернулась и направилась к выходу.

— Да, я совершил ошибку, я не безгрешен! — крикнул ей вслед Кирилл. — Но разве ты никогда не оступалась в жизни?!

Диана замерла у дверей, услышав странные нотки в его голосе; что-то такое, что вызвало в ней смутную тревогу.

— Скажи мне, Диана, ты никогда не совершала того, о чем потом безумно жалела? Никогда не хотела повернуть время вспять, чтобы этого не делать, а?

Диана медленно повернула к Кириллу мокрое от слез лицо и посмотрела на него взглядом раненого животного. Ничего не говоря, она опрометью выбежала из гостиной, как будто бежала прочь от того дня, который сделал ее убийцей.

Не подозревая, что происходит у них в доме, находясь в отличном расположении духа, Альберт с Камиллой помогали одеться Сергею Степановичу. Сегодня его, наконец, выписывали, и старику уже не терпелось оказаться дома.

— Чуть полежу дома и вернусь сюда, дела же сами не делаются, — кряхтел он, застегивая пуговицы на рубашке ослабевшими пальцами. — Вот никогда не думал, что когда-нибудь буду пациентом в своей же клинике!

— Папа, тебе нужно больше отдыхать, — укоризненно покачал головой Альберт. — Мы чуть тебя не потеряли.

— Ерунда, нечего обо мне волноваться! — бодро изрек Сергей Степанович. — Выше нос, ребята — мы еще повоюем!

Камилла с сомнением посмотрела на дедушку — уж очень он казался ей немощным и подряхлевшим, но она промолчала.

— Пап, если хочешь, я схожу с тобой за документами… — начал было Альберт.

— Хех, так и знал, что вы будете кудахтать надо мной, как над хрустальной туфелькой! — весело подмигнул внучке дед. — Я схожу сам, сынок, не надо меня никуда сопровождать. Лучше сходи и купи себе кофейку в автомате.

— Отличная мысль, — согласился Альберт, выходя следом за отцом из палаты.

С минуту Камилла сидела в палате одна, после чего услышала вежливое постукивание в дверь.

— Сергей Степанович, все готово… — сказал Тимур, заходя в палату, но, заметив, что кроме нее в помещении никого нет, замолчал.

— Здравствуй, — робко произнесла Камилла.

— Привет, Камилла, — рассеянно отозвался Тимур. — Слушай, а тот мужчина, что только что вышел из этой палаты… он…

— Это мой отец. Ты его знаешь?