Солнечный листопад-1 (ч.1-6)
Шрифт:
– Ну считаю. И считать не перестану.
Парень старался заглянуть мне в лицо, но я упорно отворачивалась.
– Сонь?
– тихо позвал он. Я хмыкнула и продолжила смотреть в окно.
– Они ведь не такие плохие, как ты себе представляешь. Вполне приятные и интересные люди. Разносторонние, общительные... Ты обязательно найдешь с ними общий язык, стоит всего лишь сделать шаг навстречу.
Как же, как же. Приятные... разносторонние... Он просто их не знает.
– Не веришь, - обреченно.
– В этом - нет, - твердо ответила.
– Да и, - резко развернулась и, похоже, полоснула волосами по лицу парня, но было все равно, - нет у меня лишнего времени на гулянки! Да вообще нет никакого времени, потому что из-за кое-кого, - обвиняющее ткнула пальцем в его плечо, - мне придется учить восемьдесят три билета!
Парень вновь уложил голову на руку.
– Думаешь, она не простит эту двойку?
– внимательный взгляд.
Я сделала последний глоток и по старой привычке перекатила стаканчик меж ладоней. В конце концов, стаканчик был оставлен в покое, я вздохнула и бухнулась лбом в парту. Скоро будет шишка.
– Мне - нет, - собственный голос звучал глухо.
– Тебе бы простила, Лялечка любит красивых мальчиков.
В прямом смысле. Ни для кого не секрет, как получают зачеты некоторые парни. Да почти все. Особенно это ярко было выражено сейчас, когда до сессии оставалось всего ничего. Немрину повезло, Лялечка просто боготворила его... причина такого странного поведения мне не ясна до сих пор.
У нас с преподавателем отношения нормальные, взаимовыгодные: я, одна из немногих, слушаю ее на парах, она не "валит" меня и ставит заслуженное "отлично". Но Лялечка терпеть не может, когда у нее что-то просят. Это как красная тряпка для быка.
Немрин не дурак, взрослый мальчик, сам все видит, но на всякий случай, я напомнила ему про Лялечкину "особенность". Он замолчал. Надолго. Одногруппники уже начали стягиваться обратно. Прозвенел звонок. И когда затихли последние его отзвуки, парень, придвинувшись еще ближе, сказал:
– Хорошо. Сделаем так: если я добьюсь тебе автомата, поедешь отмечать Новый Год со всеми?
– Горячий шепот, такой близкий, обжег щеку. Слишком близко...
– Со мной.
Чтобы скрыть смущение, состроила независимый вид и, главное, отодвинулась еще дальше.
– Если в моей зачетке будет стоять "пять", я поеду.
Почему я дала такое опрометчивое, это если со стороны смотреть, решение? Все очень просто - то, что он предложил сделать, осуществить невозможно. Даже ему.
Разве что только... Нет, надеюсь он до такого не опустится.
Парень уступил место хозяину, и пересел на стул рядом со мной.
– Вот и отлично, - широко улыбается, с такой радостью, будто я ему пообещала исполнить самую главную мечту всей его жизни.
Но мысли и догадки не давали мне покоя. Я схватила его за локоть и, заглядывая в глаза, с беспокойством спросила:
– Ведь ты не собираешься заниматься с ней...
– тут я замялась, не в силах сказать подобное вслух, тем более ему.
– Ну... этим, - прошептала так, чтобы никто, кроме нас не услышал.
А он на это только усмехнулся и потрепал меня по голове.
В класс вошла Лялечка и пришлось встать. Дождавшись традиционного приветственного щебетания, села обратно.
– Не волнуйся, - едва повернув голову, тихо сказал парень.
– Ничего, - тут он закрыл губы кулаком. Еще смеется!
– Ничего такого, - насмешливо выделил последнее слово, - делать я не собираюсь, поверь.
Я с облегчением выдохнула. Уж что-то, но этот парень не врал никогда. По крайней мере, не в моем присутствии.
Зачетка, взятая после пар, вернулась ко мне уже вечером. Синяя книжечка шлепнулась на мою тетрадь, в которой я старательно записывала ответы на билеты. А Немрин, довольный, как объевшийся сметаны кот, развалился на Анькиной кровати, пользуясь отсутствием хозяйки... Хех, я теперь знаю, как довести свою соседки до состояния восторженного визга - нужно будет просто сказать, что на ее розовеньком покрывале повалялось это довольное чудо. Стираться покрывальце точно не будет.
Сердце гулко бухнуло. Только не надо говорить, что ему удалось...
Книжечка была схвачена и судорожно пролистана до нужной страницы.
На первых линеечках размашистым подчерком было выведено:
"Архитектура зданий и сооружений (практикум) - отлично. От 20.12."
"Архитектура зданий и сооружений (теория) - отлично. От 20.12."
– Как?
– выдохнула, не веря глазам.
– Пусть это останется моей тайной. Так что готовься к Новому Году. Ты обещала.
Немрин прикрыл глаза и сделал вид, что заснул, нагло игнорируя все вопросы и поток возмущения.
***
Последний автомат был успешно получен.
Мне не нужно было сдавать ни один экзамен!! Хотелось прыгать и танцевать от переизбытка чувств. А ведь так боялась, что в этом семестре не выйдет! Таких счастливчиков, как я, еще четверо, и среди них - Немрин. Неудивительно, этот парень умный, хоть и тщательно это скрывает.
На дворе тридцатое число: по правилу, приходилось являться на экзамены, показывать зачетку и расписываться в приказе, иначе оценка не засчитывалась. В этим у нас в универе строго. Приходилось мотаться туда-сюда, из дома в общагу, и обратно. С Немриным мы виделись только на экзамене... до сегодняшнего дня. Почему? Все очень просто - сегодня наша группа решила собрать совет насчет этого Нового Года, на которое я, недооценив парня, дала обещание придти. Конечно, была мысль уехать по-быстрому, пока он не заметил, но не удалось. Мою руку крепко сжали и потащили на встречу. Надо ли говорить, что парень обращал на возмущение ровно ноль целых, ноль десятых внимания?
Меня заметили не сразу, и лучше бы не замечали вовсе, но этой мечте не суждено было сбыться. Гомон стих, и взгляды всех присутствующих, а их было человек одиннадцать, приковались ко мне. Захотелось плюнуть на все и поддаться желанию спрятаться за широкую спину новенького.
А он еще подпихнул меня вперед!
– Э-э-э...
– проблеял один, неуверенно переглядываясь с несколькими рядом сидящими. Потом я удосужилась повторного взгляда.
– Ты ведь Соня, верно?