Чтение онлайн

"Кто мы? Откуда мы? Куда мы идем?" - эти знаменитые вопросы задавал себе и я, размышляя о судьбе своего народа как части всего человечества.

Беженство, сиротство, изгнание - вот что бередило мою душу, когда я углублялся в исследования ученых и записки современников о том, что пережил Азербайджан за последние двести лет. Я ничем не мог помочь тем, кого резали, жгли, лишали крова в 1828, 1890, 1905, 1918, 1919, 1920 годах, кроме как еще раз высветить светом слова их трагическое бытие... Я не мог протянуть руку помощи отцу и таким, как он, в безвременье 30-х и 40-х годов.

Но кому тогда я мог помочь?

Однажды... В моей жизни очень многое значит это "однажды". Так вот, однажды я ехал по делам с моим близким другом, заведующим отделом здравоохранения Кабинета министров Чингизом Рагимовым. На обратном пути Чингиз и говорит мне: "Тут неподалеку есть одно место... Прошу тебя, заедем на минуту туда". У меня времени, как всегда, совершенно нет, да и не понял я Чингиза, куда он хочет меня завезти. Стал отнекиваться, но тот настаивал, просил... Ладно, решил, показывай, что у тебя там! Он остановил автомобиль у какого-то обшарпанного домишки. Вышли, идем... Оказалось - Детский дом.

Первое, что буквально валило с ног, когда переступили порог, - запах! Ему невозможно было подобрать определение, но потом я понял: так пахнет обездоленность...

Зашли в группы, в одну комнату, во вторую, в третью... Увидев детей, я схватился за сердце. Ребятишкам по два-три годика, никто не ходит, лежат... Животики вздутые, ручки-ножки - тонюсенькие. Гюльшан ханум - ее только месяц назад назначили сюда директором - чуть не плачет: денег нет, только на чай с сахаром и на хлеб хватает... Для меня свет померк. Во мне все протестовало: как могло рядом со сверкающим фасадом Баку существовать такое горе?! Вернулся на работу, а заниматься ничем не могу, отменил все встречи. Меня преследовали этот запах и прозрачные, бескровные лица детей... Организовал покупку продуктов, отправил их с водителем в Детский дом, но, думаю, одним этим делу не поможешь...

Все это случилось в субботу, а в понедельник я собрал коллектив и рассказал людям о том, в каком бедственном положении находятся детишки в двух шагах от нас. Сослуживцы мои были потрясены. Для нашей республики брошенные, беспризорные дети - вообще явление не характерное, но за последние пятнадцать лет Азербайджан пережил несколько потоков беженцев и кровопролитную войну...

К тому моменту наш концерн уже перестал быть банкротом, мы начали зарабатывать, хотя, конечно, зарплата в 70-80 долларов - не бог весть что, и у всех семьи. Но все же я надеялся, что люди поймут. Так и вышло. Предлагали даже отчислять на детей часть из своих зарплат, но я сказал, что этого не нужно, главное - решение общего собрания. Как всегда, для проверяющих бюрократов необходима бумажка - на каких основаниях мы собираемся оказывать материальную помощь?

Оформили мы с этим Детским домом договор по всей форме, стали ежемесячно перечислять средства, из них часть - на питание, одежду, игрушки для детей, часть - на увеличение мизерной зарплаты тем, кто там трудится. Почти одновременно изыскал я возможность произвести ремонт дома, а то там и крыша протекала (ее, наверное, с 1939 года, когда этот дом построили, не обновляли), и стены потрескались, и полы провалились. Пришлось вмешаться и в кадровый состав, освободиться от разгильдяйства и воровства. И вот постепенно начали наши детишки оживать, вставать на ноги. Каждую субботу приезжая туда по утрам, я от недели к неделе замечал, как заблестели у них глазки, налились и порозовели щечки... Теперь они к моему приезду уже заранее готовились, а я, общаясь с ними, слушая их рассказы и вопросы, поражался тому, насколько они мудрее, основательнее и серьезнее своих домашних избалованных сверстников.

Всем тем, кто не имел родных с младенчества, я дал свое имя. Теперь там полно Гусейн кызы, Гусейн оглы... Все это мои дети...

В середине недели в Детский дом регулярно ходит Самира, и дочери тоже выбрали себе по дню и со своими друзьями либо просто играют, занимаются с детьми, либо везут их на прогулку, в аквапарк, в "Макдоналдс", на пляж. Территорию вокруг дома мы расширили и привели ее в порядок, озеленили, устроили игровую площадку.

Еще когда в Узбекистане работал - мое предприятие тоже двум Детским домам помогало: в одном было 100 детей, в другом - 150. Ежемесячно со счета компании я перечислял туда средства. И сам я, и мои сотрудники навещали детишек, но тогда, наверное, по молодости, не так глубоко вникал я в проблемы этих детей. Сейчас - прикипел сердцем и душой. Захотелось сделать из казенного заведения настоящий домашний очаг. Моя семья поняла и поддержала меня...

Но человек так устроен, что всегда мечтает о большем и лучшем... Домишко, где помещались дети, меня совсем не устраивал. Там было тесно. Спальни, игровые и комнаты для занятий, как их ни благоустраивай, в размере не увеличивались, не было и спортивного зала, а ведь дети подрастали. Вскоре им предстояло распределение по другим детским домам и интернатам, где находились уже ребята школьного возраста. Но разве можно было теперь разделить мою дружную большую семью? Все они ощущали себя братьями и сестрами! Это явилось бы еще одной незаживающей травмой в их жизни. И я задумал построить для них современную школу-интернат, где рядом был бы большой участок, где можно было бы и учиться, как в школе, и отдыхать по-домашнему, и заниматься спортом. Там должны были быть уютные отдельные спальни, библиотека, душевые. Словом, Дом!

Но каким образом воплотить такое чудо в реальность, на что? Шальных денег я никогда не имел, все зарабатывал своим трудом. Четыре года назад взялся строить дочкам дачу в Новханах, приобрел там у родственника, имеющего фермерское хозяйство, кусочек земли, и вот до сих пор никак не построю... А раз задумал новый интернат, то строительство дачи пришлось вообще приостановить. Самира как-то поинтересовалась, что с нашей дачей? Сказал, что и на государственную мы всего раза четыре в год ездим... И тут меня дочери поддержали, сказали, если ты, папа, этим детям интернат не построишь, это уже никто не сделает, а мы подождем... У меня от сердца отлегло, тем более что и жена была с дочками солидарна: "Если этих детей по разным детским домам расселить, они погибнут", - сказала Самира. Она попросила меня, чтобы я ей новый интернат показал, а там стройка идет вовсю, грязь, пыль, но уговорила - поехали. И когда увидела, что я там задумал, пришла в восторг.

Отделочные работы заканчивались, а я уже представлял, какие цветы на клумбах посажу. Каждый метр жилой площади здесь должен был "работать", никакой показухи, а то у нас, иной раз, построят дом в двадцать комнат, а сами в одной живут, остальные - запертые стоят.

Дизайн помещений у немцев подсмотрел. У них в поселок заезжаешь, заходишь в дом - сказка! Краски яркие, много света и воздуха. И я в своем интернате решил сделать по немецкому образцу разноцветные стены. Младшая дочь Лейла у меня дизайнер и ее увлекла моя идея, она взялась разработать цветовую гамму помещений и ограды интерната. Старшая-то дочка, Эсмира, тяготеет к экономике, к языкам, свободно владеет английским и французским, говорит по-немецки. Она для моей работы и технические переводы делала, и в поездках на переговорах помогала. У нее немалые организаторские способности, кое-что и мне может подсказать в делах и, хотя вышла замуж, родила сына, - в честь прадедушки его назвали Юсифом, - работы не бросает, продолжая заниматься туристическим бизнесом. Ее супруг Фарид строит в Баку высотные жилые дома.

А вот какие профессии выберут дети моей большой Семьи - время покажет! В этом году зажегся свет в окнах нашей школы-интерната - Дома радости и труда, взаимопомощи и добра. Теперь у моих ребятишек есть не просто крыша над головой и не только сытный обед. Главное то, что дети живут в уютной, по-настоящему семейной обстановке, в окружении родных людей. Ощущение семьи, домашнего тепла психологически очень важный фактор для брошенных или осиротевших детей.

Мечтаю: через десять, пятнадцать лет все мои детишки станут мне надежной опорой, активными гражданами своей страны. Лишь бы дал Великий и Всемогущий Аллах увидеть эти благословенные дни....

Лишь бы не мешали Азербайджану мирно трудиться и спокойно жить. Недавно средства массовой информации обнародовали новые данные о причастности армянских спецслужб к известным терактам в Азербайджане. И замешанными в этом оказались работники ФСК/ФСБ/ России, которыми руководил старший офицер Управления по борьбе с терроризмом Симонян совместно с действующим сотрудником по проведению спецопераций на территории противника Главного Управления национальной безопасности Армении некто Оганесяном.