Чтение онлайн

– С чего ты это взяла? — Садится ровнее и, откинувшись на спинку стула, скрещивает на груди руки. — Кого я бил? Где ты это видела?

– На пляже, когда мы только приехали. На корабле ты Илье нос расквасил. Ну и вообще, - взмахиваю рукой в неопределенном жесте, а про себя думаю: «Не об этом я хотела поговорить. Ох, не об этом. Кто меня за язык дернул?».

Макс как-то задумчиво угукает, на пару секунд делает паузу, собираясь с мыслями. Бросает на Никиту озадаченный взгляд, но тот ему помогать оправдываться не собирается, наоборот, ждет его вариант ответа. Не получив желаемой поддержки, Коршун вздыхает, подбирая слова:

– Ну…- тянет, проводя пятерней по темным волосам, слегка растрепав их. — Потому что они меня взбесили.

– И ты всегда бьешь тех, кто тебе не нравится? — Тут же реагирую я, хотя уже сидела и настраивалась закрыть эту щекотливую тему. Чего дразнить зверя, если шкура дорога.

– Ты меня за бандита принимаешь? — Кривится он, фыркнув. — Нет, я людей так просто не бью, - немного сбавив эмоции, подается ко мне навстречу. — Просто накопилась усталость, все достало. А они попались под горячую руку. С тобой такое не бывало? И вообще, в некоторых случаях это твоя вина, - он ухитряется тыкнуть мне пальцем в лоб, пока я растеряно хлопаю глазами от неожиданного обвинения в свой адрес. — Потому что не надо меня дразнить и удирать. Я когда ревнивый — злой, запомни это.

Ну все, приехали. Сейчас начнет меня отчитывать и учить уму разуму. Илью припомнит и то, что я в аэропорту его кремом испачкала. Нет уж, спасибо, обойдусь. Надо срочно менять тему.

– Может, прогуляемся по пляжу, пока не совсем стемнело. Я больше не могу есть, сейчас лопну, зато воздухом подышать была бы рада, - обтираю рот салфеткой и поднимаюсь.

– Я согласна, - поддерживает меня Лера. Она в парке схомячила всю питу и с удовольствием поела желанное мезе. Теперь еле выползает из-за стола, потирая выпуклый животик. — А чем занимаются твои брат с сестрой и родители?
– Вместо меня интересуется у Коршуна, беря его под руку. Она быстро разобралась, что я хочу об этом узнать, но стесняюсь устраивать допрос с пристрастием. И решила сделать это сама.

Лера никакого дискомфорта от своего любопытства не испытывает, потому что по большому счету Макс ей по-барабану. Зато Никита бросает на нее такие недовольные взгляды от того, что она держится за Макса, что я решаю поступить так же как подруга - цепляюсь за его локоть, чтобы никому не было обидно. Правда не успеваю насладиться компанией симпатичного строгого мужчины, как Коршун выдергивает меня, словно морковку, потянув за руку на себя.

– Так не пойдет, - ворчит, обнимая за талию свободной рукой. — Я же сказал, что ревнивый. Ты уже забыла? — Нависает сверху, но вид не особо злой больше недовольный.

– Так кто же твои родители?
– Отвлекает Лера его от меня. Она не стала отпускать его локоть и теперь Макс идет с двух сторон украшенный женским вниманием.

Никита, оставшись один, засовывает руки в карманы и пристраивается с Леркиной стороны. Он бы тоже с удовольствием отобрал ее у Макса, только ему никто не давал такого права.

– Его отец - депутат Городской Думы, - сдает Коршуна с потрохами. — Так что ведите себя прилично, чтобы не было проблем.

– Ничего себе, - восхищается Лера. — Да ты сынок большой шишки, - подтрунивает она Коршуна. А у меня глаза на лоб лезут. Только мне этого не хватало.

– Предлагаю временно разойтись, - не стесняясь, выдает Макс, останавливаясь.
– Я бы хотел побыть с Алей наедине, - откровенно посылает друзей на все четыре стороны.

Ему, похоже, не понравилось, что Никита ответил за него. Хотя, может, он и правда желает побыть без свидетелей.

Мне его идея приходится по душе, потому что я очень хочу его обнять, поцеловать и все такое, но под чужими взглядами я это делать не буду.

– Ладно, - тут же повеселев, соглашается Никита.

А вот Лере эта затея не особо нравится. Она бросает на меня пару просящих не оставлять ее взглядов, но потом, смирившись с участью, разворачивается в противоположную сторону и идет за боссом.

– Встретимся через два часа на стоянке, - информирует нас Никита, пытаясь взять Леру за руку. Но она отчаянно прячет ее за спину.

Поддакиваем, не оборачиваясь. Мы в курсе, что до отеля добираться часа полтора, поэтом нельзя задерживаться, чтобы потом не ехать ночью.

Макс обнимает меня за плечи, и мы медленным шагом идем по пляжу, утопая в белоснежном песке и наслаждаясь обществом друг друга. Но только друзья исчезают из вида, как Коршун прижимает меня к себе, заставляя сердце забиться чаще.

– Я буду обнимать и целовать тебя где захочу и когда захочу, так что привыкай. В любви нет ничего предосудительного, а кому не нравится смотреть, пусть отвернутся, - и, не дав мне отреагировать, целует так жадно, словно мы вечность не виделись.

Не сопротивляюсь, даже о том, что он сказал, забываю. Обнимаю его за шею и тянусь навстречу. Отвечаю со всей страстью, которая кипит внутри меня.

С каждым разом я привязываюсь к нему все сильнее, думаю о нем все чаще и отчаянно скучаю. Тоскую так невыносимо, что хочется выть. А от мыслей, что мы скоро разъедемся, и он навсегда забудет обо мне, заменив какой-нибудь смазливой девчонкой, становится очень больно.

Сумерки медленно накрывают уютный греческий город, а мы с Максом все не можем оторваться друг от друга. Пляж почти опустел, лишь сиротливо собранные в кучку лежаки, одиноко застыли на песке. Мы устроились в большой плетеной корзине, напоминающей птичье гнездо, и забыли обо всем на свете, занятые друг другом.

Макс стянул с меня практически всю одежду кроме купальника, которого я упорно отвоевывала последние полчаса. И занялся изучением моего тела, несмотря на периодическое сопротивление.

– Ты же понимаешь, что ничего не будет, - на очередную попытку лишить меня верха бикини, не открывая глаз, сообщаю, - я не готова…ай! И нечего кусаться, - отпихиваю от себя эту наглую улыбающуюся рожу, которая без зазрения совести только что цапнула меня за живот.

– Да я уж понял, - ворчит Коршун, переворачиваясь на спину и закидывая руки за голову. — Но это не повод, чтобы перестать тебя дразнить, - философски заявляет он, а я перекатываюсь на живот и нависаю над мужчиной с черными как смола глазами.

Коршун очень красив. Волевой подбородок, крупный ровный нос, четко очерченные волнующие воображение губы и хищный взгляд. И эта серёжка в левом ухе с ярким бриллиантом в середине уже не кажется мне старомодной, наоборот оттеняет блеск хитрых глаз.

– Я завтра уезжаю, - наконец-то произношу фразу, которая весь вечер крутится на языке, но никак не оформляется в слова.

Я не знаю, что он мне ответит. Может просто пожелает хорошей дороги и все на этом закончится. Страх вперемешку с волнение и грустью наполняет сердце. Неужто наш красивый курортный роман подходит к концу?