Чтение онлайн

Находившись по древней крепости, мы выходим в город и просто гуляем, уплетая мороженое, пока не натыкаемся на необычный парк с попугаями. Нет, они не сидят в клетках и не привязаны к месту. Большие Какаду, Ара, Жако, они свободно перескакивают с лавки на лавку, с ветки на ветку и никуда не улетают.

Я обожаю попугаев, это моя слабость. Дома меня тоже ждет один любимчик — волнистый забияка Яша. И я по нему сильно соскучилась.

Мы с Лерой покупаем в соседней лавке лакомства для попугаев, которые в основном состоят из нарезанных фруктов, и угощаем ими птиц. А Макс с Никитой временно отделяются от нас, решив поближе подогнать машину. Время неумолимо движется к вечеру, а мы еще собираемся в ресторан, до которого надо ехать.

– Я так есть хочу, - сообщает мне Лера, потирая живот, когда мы заканчиваем подкармливать птиц, - у меня даже была такая коварная мысль - слопать пару долек яблока, которые мы купили для живности, - жадно отхлебывает из бутылки воду, словно та может ее насытить.

Я открываю рюкзак и достаю оттуда карамельки. Это все, что у меня есть с собой, хотя нет, еще пластинка жвачки. Но эти сладости не накормят уставшую Леру. Верчусь по сторонам в поиске фастфуда. Зачем морить себя голодом, до ресторана нам еще надо добраться, можно для начала заморить червячка.

– Смотри, ларек с питами, - показываю в сторону моста, - говорят в Греции отличная уличная еда, не хуже чем в Турции, пойдем?

Лера согласно кивает, и мы поднимаемся. Попрощавшись с симпатичным Какаду Каби, который мне приглянулся больше всех за то, что ел фрукты, держа ломтик в лапе, направляемся в лавку, откуда вкусно пахнет жареным мясом. Я выбираю себе питу с курицей. Оголодавшая Лерка берт с говядиной и мило улыбается ловкому повару, который не сводит с нее восхищенного взгляда. Мальчишка примерно нашего возраста, худой, длинный, с темными пушистыми волосами и блестящими глазами. Он умело обращается с овощами и соусом, а, заодно не стесняясь, отсыпает подруге комплементы. Лерка, естественно, ничего не понимает на греческом языке, но все равно кокетливо хлопает глазками, еще больше заводя восторженного кавалера.

– Это кто там кота в лаваш заворачивает? — Я слышу веселый знакомый голос и поворачиваюсь. Макс с Никитой направляются в нашу сторону, неся в руках какие-то бутерброды.

– Не я, - мотаю головой, улыбаясь. И принимаю из рук Максима нечто в белом хлебушке и стеклянную бутылочку гранатового сока.

Лера от угощения отказывается напрочь, решая дождаться, когда доделают ее шаверму. Тем более продавец уличной еды, увидев Никиту с Максом, киснет на глазах. Он понимает, что с такими парнями ему тягаться бессмысленно. Поэтому Лера остается ждать свой заказ, чтобы попробовав то, что радушный повар с такой радостью для нее готовил.

Мы усаживаемся на лавочку, устроив импровизированный привал. Мальчишки раскладывают припасы, которые достали из машины. Шаверму с курицей мы с Максом съедаем на двоих. И мне даже в голову не приходит побрезговать лопающим мой бутерброд парнем. Все кажется вполне естественным, словно мы всегда с ним так жили.

Немного заморив червячка, мы неспешно отправляемся на выход из парка, на стоянку, где нас ждет припаркованный «Мерседес». Есть уже не хочется, но вот выпить и потанцевать никто не против. Потому забираемся в автомобиль и по узким брусчатым дорожкам, усыпанным Старый город, отправляемся в современный Родос, блещущий высотками, магазинами и клубами.

Ресторан Никита выбирал с традиционной кухней, потому что Лера очень желала попробовать знаменитое греческое мезе. Мне тоже интересно посмотреть, что это такое. Я еще в Москве прочла об этом любопытном ястве, и уезжать из Родоса, так и не вкусив его, совсем не хотелось.

Большинство ресторанов столицы острова — это небольшие семейные предприятия, где основную часть функций выполняют сами хозяева. Их отличает простота интерьера и блюд. Но мы подъезжаем к довольно крупному ресторану, украшенному высокими белыми колоннами, величественными статуями греческих героев и замысловатыми люстрами, и светильниками. По периметру на довольно большом расстоянии под полупрозрачными балдахинами стоят миленькие сервированные столики с видом на море.

Обстановка очень уютная и элегантная. Никита отодвигает для Леры стул. Макс поступает так же, помогая мне сесть. Принимаю его ухаживания, думая про себя, что, оказывается, приятно общаться с парнями постарше, они умеют быть галантными и внимательными, если хотят. Официант в черных брюках и светлой рубашке подает нам меню и коктейльную карту. И пусть мы уже неплохо поели на свежем воздухе, все равно охота попробовать долгожданное мезе.

Мезе - это не совсем блюдо, не совсем закуска — скорее набор блюд состоящих из небольших порций. Греция славится своим мезе, которое может быть овощным, мясным или из морепродуктов. Мы выбираем два варианта: рыбное, с креветками в кляре, сардинами, осьминогами, мидиями, нежнейшими кальмарами. И овощное, в которое входят фаршированные, маринованные или запеченные на гриле нежные соцветия молодой цветной капусты, свеклы, сельдерея; баклажаны, которые слегка обжаривают на оливковом масле с приправами. Королями закусок считаются многочисленные соусы: дзадзики - готовят из натурального йогурта, натертых и отжатых огурцов, чеснока и мяты. Скордалья — смесь чеснока, оливкового масла, размолотого миндаля, хлеба и картофеля. Мелидзаносалата — запечённые на гриле и растертые до пюреобразного состояния баклажаны с чесноком, лимонным соком, йогуртом и оливковым маслом. Мезе в Греции принято подавать с узо — традиционной анисовой водкой. Парни берут себе узо, нам же официант рекомендует домашнее белое вино, от которого мы с Лерой не отказываемся.

Уже через двадцать минут наш стол ломится от количества принесенных блюд. Я смотрю на это гастрономическое безумие и не понимаю, как все это может в нас влезть.
– Макс, тебя не набирал старший брат? — Интересуется Никита, очищая для Леры королевские креветки. — Я не могу до него дозвониться.

Я сижу и настраиваюсь попробовать сырые устрицы. Я их уже полила лимонным соком, но пока никак не могу заставить себя проглотить эти сопливые штуки. Хотя раньше очень мечтала их продегустировать.

– Игорь будет в Москве семнадцатого, хотя это твой друг, а не мой. Чего спрашиваешь?

Отлепляю взгляд от устриц и заинтересованно смотрю на Макса:

– У тебя есть брат? — Спрашиваю, отставив в строну бокал вина, который держала. Я почему-то раньше не думала о родственниках Коршуна. Понятно, конечно, что он не из детдома, но все же.

– И брат, и сестра, Максим младший, - вместо него отвечает, улыбнувшись, Никита. — Ты не говорил? — Поворачивается к другу.

– Меня никто и не спрашивал, - пожимает плечами Макс, щелкая как семечки пузатые мидии.

Понятно, младшенький. Самый любимый и избалованный. Это по нему видно. Интересно, а кто у него родители? Даже слепому заметно, что Коршун вырос в богатой семье. Он ведет себя, держит, разговаривает как господин. Но вот дерется не хуже разбойника.

– Мама, папа есть? — Пытаюсь пошутить я, на манер Миши Галустяна. Уж очень интересно, кто они такие.

– Мама, папа есть, - кивает Коршун, чуть растянув, губы в усмешке. Поворачивается ко мне. Опершись локтем на стол, подпирает рукой голову. — Спрашивай, что интересует. У меня от тебя секретов нет.

Становится так приятно от его доверия, что хочется потянуться к нему навстречу и в знак благодарности чмокнуть в губы. Но я стеснительная, не могу перебороть себя на людях, поэтому отзеркаливаю его позу и с удовольствием задаю вертящийся на языке вопрос:

– Почему ты так часто дерешься? — Как-то само собой вылетает, хотя хотела спросить о другом.

У Макса удивленно вытягивается лицо, пару минут он просто, не мигая, смотрит на меня, а потом, усмехнувшись, проводит по лицу рукой.