Сольвейг
Шрифт:
Но тяжелая работа не страшила Лелю. Как бы не гнобила ее сводная сестра Своемила и мачеха, к семнадцати годам девушка расцвела. Пшеничная коса доходила до пояса, переливаясь золотыми нитями, зелёные глаза, слегка раскосые как у покойной матушки, смотрели с добротой и лаской, и несмотря на то что уже который год Леля ходила в одном и том же залатанном сарафане, красоту ее было не скрыть.
Злилась сводная сестра. На год старше Лели, Своемила не была красавицей, да и разленила ее матушка, день деньской на лавке сидела, или от скуки сестрицу донимала указами различными, да подколами обидными.
— А ты ей матушка косу отрежь! Иш как Вышень на неё на ярмарке то смотрел! Все глаза проглядел! Да только все равно тогда меня за ручку держал! Со мной хороводы водил! — Причитала недовольная Своемила, вернувшись вместе с Лелей с городской ярмарки.
— Да что ты дочка! Люди что скажут! Девке косу отрезала! Судачить будут… — Росава зло посмотрела на Лелю. Молодой хлопец Вышень, из семьи хорошей, и сам добротный, рукастый. За такого и не жалко Своемилу отдать будет. — Это он на тебя смотрел голубка! Посмотри какие бусы на тебе! А вышивка на рубахе какая! Загляденье!
Могута вылез из под лавки, и не обращая внимания на мать, потянулся к Леле своими маленькими ручками.
Девушка любила младшего брата, часто играла с ним, брала с собой на пашню и сенокос, отчего и мальчик переставал плакать, лишь стоило появиться в горнице Леле.
— Фи… — Своемила нахмурила курносый нос, и громко зевнула. — А ежели так матушка, что же он сватов не отправляет к нам?
Росава отодвинула прялку, и глядя в маленькое оконце, перетянутое бычьим пузырем, посмотрела как Леля уходит в сад с младшим Могутой.
— Придут голубка, никуда не денутся. У тебя сундуки стоят с приданым, а у этой чернавки ничего нет! Мать то ее не позаботилась о ней!
— Так она же… — Своемила уставилась на мать
— А это не моя забота. Достаточно того что я из доброты своей сердечной, не прогнала ее! На смерть голодную не бросила!
Соемила насупилась.
— Коли сваты придут, надо бы мне платок красивый, да серьги с камешком!
В жаркую июльскую субботу после захода солнца, и нагрянула сваха в дом Горислава.
— Открывайте ворота! Сваха в гости к вам пришла! — В горнице появилась ряженая баба, опоясанная тесёмчатым поясом, с шалью на голове. Тетка Росава поспешила скорее угодить желанной гостье, как никак дочь родную, голубку сизокрылую сватать пришли.
— Расцвела малинка, да не для нашего ли лукошка? — Громко говорила сваха, озираясь по сторонам, ища нужную девицу. Затем когда в горнице появилась Своемила в новом ладном сарафане, да с пёстрыми лентами в косе, сваха села напротив двери да ноги поставила на половице, ведущей к выходу из дома, чтобы сватовство прошло удачно. Глаза прищурила, всматриваясь в девку, да тень сомнения скользнула на лице. Не ту описывал Вышень да матушка его, у той коса медовая, у этой вороная.
— А слыхала я, что девица у вас живет, и смирённая она, и ладная!
— Торгую не лисицами, не куницами, не атласом, не бархатом, а торгую девичьей красотой! — Отчеканила Росава, искоса поглядывая на Своемилу. Та стояла, глаза в пол опустила, шевельнуться не смела.
Ряженая сваха, обутая на одну ногу в валенок, на другую в лапоть, задорно подмигнула тетке Росаве -
— Я пришла не лапти плесть, а родню завесть!
В дверях показался Горислав, за ним вышла и Леля, держа на руках маленького Могуту, который во все Глаза смотрел на интересную гостью с румянами щеками да ладными речами.
— Ах ты чернавка проклятая! Змеюка такая! — Мачеха Росава хлёстко ударила Лелю по лицу-Бесстыдница!
Девушка прижала руку к полыхающей щеке. Боль обиды сдавала грудь. Она брезгливо посмотрела на родного отца, который прятал взгляд. Мягкий его характер, был как никогда кстати для Росавы, поэтому главенство в доме было за ней.
— Я тебе покажу как женихов чужих обхаживать! — Она было снова замахнулась на Лелю, но та вдруг резко перехватила ее ладонь, и грубо отдёрнула от себя. Росава ошалев от такой дерзости своей падчерицы, на секунду опешила.
Леля, стараясь не расплакаться, сжала руки в кулаки.
— Я больше не позволю тебе бить меня! Все эти годы я терпела унижения в родном доме! — Она перевела взгляд на Горислава, ища наконец в нем поддержки, но отец молча поджимал губы, казалось он все же хотел заступиться за родную дочь, но злобные взгляды, которые бросала на него Росава, были куда красноречивее. Неужели смолчит, подумала на секунду Леля. Как же так? Как же так, Батюшка?
Своемила прижалась к стене, тихая до сели Леля, показала себя с другой стороны.
— Да я тебя удавлю! А ну пошла вон из избы! — Мачеха Росава, вся побагровев от злости, указала рукой на дверь, топнув при этом ногой. Рядом на лавке громко захныкал Могута.
— Так куда же она пойдёт… — Начал Горислав
— Помолчи старый пень! Посмотри лучше какую змеюку мы пригрели в доме! Говорила я тебе что нагулянная она! Не твоя она дочь! Нагуляла ее Любомира, а нам теперь жизнь с ней горче полыни будет! Бедовый ты!
Каждый раз, тетка Росава пыталась посеять зерно сомнения в душе Горислава. Знавала она как любил он тогда ещё живую мать Лели, и видела какая она красавица была. Многие молодцы головы оборачивали ей в след, когда ты шла по улице.
Горислав злился, но все чаще стал присматриваться к дочери, ища в ней свои черты…
Леля, не желая больше слышать оскорбления, с жалостью посмотрела на Могуту, и подбежав к бревенчатой двери, оттолкнув на пути Росаву, сухо кинула отцу.
— Не вернусь я больше Батюшка, — В горле вдруг предательски встал ком-Коли дочерью была плохой тебе, прошу простить меня. Но знай, ничего дурного я не сделала, и к Вышеню ночами не бегала, и сватов не ждала от него!
В углу громко засмеялась Своемила, оголяя кривые зубы,
— Враки! Сваха то к тебе пришла! Да только матушка правильно и сделала что прогнала ее! Спуталась с чужим хлопцем, поделом тебе!
— Какая ты глупая Своемилка!
— Леля погодь! Как же так, девка из отчего дома уходит! Куда же ты пойдёшь! Не пущу! — Горислав направился к дочери, девушка тут же метнулась к двери.
— Проучи ее! Давно пора розгами ее отходить! Совсем от рук отбилась-Закричала Росавая, выглядывая из за спины мужа.
Леля тут же отодвинула железный засов, и рысью бросилась прочь со двора. Возле покосившейся бани громко залаял лохматый пёс, девушка на миг обернулась. Около невысокой березы, стоял Вышень.