Сольвейг
Шрифт:
Ингемар не взглянул на него. Он вновь обратился к сидящим в зале-
— Как вам известно, я был против такого предложения, ведь этим христианинам нельзя доверять! — В зале вдруг прошёл недобрый шепоток. — Они называют нас язычниками! Они поклоняются мёртвому богу! Которого распяли на кресте! Но наши Боги живые! Один! Тор! Бальдр! — Сын конунга безумным взглядом окинул присутствующих— У них слабый Бог, раз не мог спасти их от нашего гнева! Не смог защитить их от стали наших топоров! И в этот раз огонь мщения викингов сожжет их!
— Говори же Ингемар что знаешь! — Вдруг закричали викинги. Они бросали взгляды то на Харальда то на Ингемара, ожидая от последнего новости которые он привёз.
Сын конунга нервно засмеялся, и подошёл вплотную к Харальду. В глазах его читалась многолетняя ненависть и зависть к брату.
Не отводя от него взор, Ингемар продолжил
— Наши родные и близкие поселились там. Наши братья и сестры отправились туда, доверившись Харальду! — Ингемар сплюнув, подошёл к столу и налил себе эля.
— Но год назад все изменилось. Началась кровавая резня! — Викинг залпом осушил чашу, и медленно пошёл вдоль стола, заглядывая каждому в глаза, меряя всех сидящих воинов своим ледяным взглядом.
Он вдруг резко остановился и посмотрел на Харальда.
— Они напали на наших людей! Напали не на воинов, а на женщин и детей! — Ингемар громко стукнул по столу, сотни глаз устремились на Харальда. — Они убили всех! Лишь по одной простой причине, очистить Англию от нас, язычников! Они несут свет божий, но сами утопают во тьме! Договор Харальда оказался шатким! Он подвёл всех нас! — Ингемар перешёл на крик, глаза его налились кровью. В зале викинги загудели, голоса были взбудоражены.
— Как же так?…
— …За все ответят!
— Отомстим!!
— Месть!
Харальд вдруг почувствовал не ладное. Если саксы всех вырезали, почему же Ингемар не отправил домой весть о столь печальном событии? Он посмотрел на Лейва, товарищ казалось разделял его мысли, метая глазами искры на Ингемара. Неужели он один выжил когда решил отомстить за поселенцев? Что то тут не чисто…
— Что ты скажешь на это, Харальд! — с лавки поднялись викинги, — Получается ты обрёк наших родных на смерть! Саксы разорвали договорённый тобой мир!
Харальда вдруг осенило, Ингемар говорит напраслину! Он лжёт! Это он убил поселенцев, что бы очернить Харальда, осквернить его доброе имя и с позором прогнать с земли севера. Вероятно его хирд с ним в сговоре, и сейчас отсиживается где то. Ненависть Ингемара была очевидной. Победы и заслуги Харальда не шли на руку старшему брату, он всегда был в тени, когда как Харальда знали все как сильного и храброго воина. Что уж сказать, раз весь север и даже за его пределами, было известно имя Харальда Ингвирссона.
В долю секунды в руке Харальда
оказалась секира, не успел Ингемар открыть рот, как острие оружия коснулась его шеи.
Ингеборг вдруг ахнула и закрыла лицо руками.
— Я всегда знал что твой язык без костей, подобно болтливой бабе. — Харальд сильнее надавил, глаза Ингемара вдруг забегали, на раскрасневшимся лице заиграли желваки. — Но правда все равно всплывёт наружу, видит Один, тогда я клянусь что за каждое произнесённое сегодня слово, ты ответишь!
Харальд отбросил секиру и силой зарядил Ингемару в челюсть.
В зале вдруг стало шумно, Ингемар опрокинулся на стол, но тут же оттолкнув ногой деревянную лавку, достал карманный нож.
— Надо же! — Зашипел в злости Ингемар, помня что раньше Харальд никогда не смел поднимать руку на брата — У волчонка появились зубы! Ха ха! Только вот хвост по прежнему щенячий, безродный бастард, сын грязной потаскухи!
Харальд почувствовал как глаза накрывает красная пелена, вне себя от гнева, он слышал как закричала Ингеборг, чувствовал как его пытаются оттащить от Ингемара, смотрел и не видел как лицо брата превращается в кровавое месиво. Нет, не стоило Ингемару задевать мать Харальда.
Молодой воин, с дружины словенского княжича Вадима с интересом наблюдал за варягами. Устраивать побоище при князе видать для них обычное дело. Один из урманнов был ему очень хорошо знаком. Значит и Леля где то здесь! Вышень брезгливо поморщился, клятые варяги…
Конунг Ингви в гневе поднялся со своего кресла. Лицо его перекосилось, глаза метали искры. В свете факелов сверкнула золотая фибула на его плече, с вырезанными рунами по кругу.
— Если сейчас же ваши задницы не окажутся на лавках, клянусь Тором, вы двое сильно об этом пожалеете!
Слова отца словно отрезвили Харальда. Отстранившись от Ингемара, викинг разжал окровавленные кулаки. Сучий сын! Думал Харальд, придушить бы тебя прямо здесь, да руки марать не хочется!
Брат чуть отполз к стене, размазывая на лице кровь. Глаза Ингемара пылали ненавистью. Встав на ноги, викинг сплюнув кровавую слюну, развёл руки.
— Что же, Харальд? Мои слова так тебя задели?!
— Заткнись! — Рявкнул конунг, не желая больше видеть бессмысленные драки.
Харальд грубо толкнул ближайшую лавку и небрежно сел за стол. Тяжело дыша, берсерк пытался себя успокоить. Видит Один, ещё немного и он свернул бы ему шею за свой погонный язык.
Лейв похлопал по плечу Харальда. Рыжебородый сказал в пол голоса.
— Тебе не следует верить этому сыну Локи! Это ловушка!
Харальд ухмыльнулся, смотря себе под нос.
— Я не дурак, Лейв.
К нему вдруг подошла Кассандра, девушка аккуратно подлила ему в чашу эль.
Заметив ее краем глаза, викинг тут же схватил ее за запястье и больно сжав руку посмотрел ей в глаза.
Саксонка вдруг сморщилась от боли, пытаясь освободиться от железной хватки. Огненные локоны касались его плеча.
Викинг заставил ее наклониться все так же не отпуская руки, Кассандра от страха забыла как дышать.
— Скоро я все узнаю рыжая сука, и тогда моли своего христианского Бога о спасении. — Оттолкнув девку от себя, так что та чуть не упала, викинг продолжил все так же спокойно сидеть за столом.
Саксонка зло метнула на него свои зелёные глаза. Ничего ты не узнаешь, безмозглый норманн! Скоро твоя любимая словенка будет повешена на центральной площади!
Кассандра с горечью взирала на некогда любимый профиль. Отойдя на приличное расстояние от Харальда, она с болью в сердце смотрела на своего бывшего любовника. Кто мог ее осудить за то что она так сильно желала и любила этого мужчину? Почему он отверг ее и предпочёл эту невзрачную словенку? Чем она лучше неё?