Чтение онлайн

Пнув с размаха дверь, я убедился, что она открывается, наружу. Отлично! Я достал пистолет и, никого не стесняясь, пальнул в то место, где виднелся засов. Громкий звук выстрела перебудил всё негритянское гетто. Высунув грязные, никогда не мытые головы из своих убогих убежищ, они тут же втянули их обратно, словно черепахи в панцирь.

Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу… Не зря делают такие статуэтки обезьян, ой, не зря. Уж слишком хорошо раскрывают они менталитет местных жителей. Засов громко крякнул и вывалился куда-то внутрь жилища. Рванув дверь на себя, я очутился в комнате, главной достопримечательностью которой оказалась кровать, а также полупустая бутыль с местной банановой водкой или пивом, я не принюхивался.

На кровати валялся среднего роста негр, худой, но жилистый, со смешным лицом вечного клоуна. Рядом с ним возлежала чернокожая красавица, ну, с его точки зрения. Да, как бы и по хрен, но она мешала.

— Брысь! Скажешь кому, сдохнешь, и тела твоего не найдут! Поняла?

Пистолет ткнулся в её широкий нос, чтобы она могла оценить запах гари и свежесгоревшего пороха от недавнего выстрела. Женщина оценила и мгновенно прониклась ситуацией. Вот что мне нравится в африканских женщинах, так это понятливость.

Не надо уговаривать, умолять, убеждать аргументами, сказал один раз, показал один раз, и тут же тебя поняли. Уважаю! Нет никаких рефлексий, всё по факту.

— Пошла вон! — рявкнул я, и женщину как ветром сдуло.

Как она успела схватить свою одежду и на ходу одеться, я не понял. Так-то обычно женщины раздеваются быстро, а одеваются медленно, однако иногда, как оказалось, и наоборот у них тоже весьма шустро получается.

Мудак в это время уже давно проснулся и ошарашенно пялился в дульный срез моего блестящего пистолета.

— Что смотришь, скотина? Ты украл мою лодку?

— Какую лодку? — пробормотал он еле слышно, едва отойдя от сна.

Тут уже я не выдержал и с силой сунул ему стволом в лицо, давя на пистолет. Злость и ненависть во мне просто били ключом, не удивлюсь, что их ток чувствовал и этот Мудак.

— Ты, скотина, украл мою моторную лодку сегодня ночью? Тебя сдали, чудовище. Сдали, как пустую бутылку из-под пива. Ты понял меня, Мудак?

— Понял, понял. Я…

Мне надоело уже уговаривать это животное, и я просто сунул кулаком ему под рёбра.

— Повторяю, для даунов и чернокожих тупиц, где моя лодка?

— Я не знаю, не знаю!

— Так узнай, — спокойно сказал я и от всей души врезал ему в солнечное сплетение.

— А, хрррр, — стонал этот моральный урод.

— Э, слышь, моя твоя не понимай. Где лодка?

И следующий удар впечатался в чёрного засранца. Тут главное меру знать, не жалеть, но и не переусердствовать ненароком. Мне труп не нужен, я тут не чернокнижник и не этот, как его, а… Некромант. Я обычный Мамба.

— Ты сдохнуть хочешь, сдохнуть?!

— Нет, но если скажу, меня убьют!

— Вот, уже другой разговор пошёл, давай померяемся своими... В общем померяемся. Кому продал?

— Меня заставили, — заныл этот придурок.

— Я верю. Тебе не нравится воровать, тебя заставили, насильно всучили денег за лодку, пригрозили убить, и ты не в силах был отказать. Всё? Или я что-то забыл?

— Всё, — только и смог сказать этот Мудак.

— Кто заказчик, говори, пока у тебя есть голова.

— Меня убьют! — завизжал этот …

— Тупое животное, я тебя сейчас сам убью, если ты мне не скажешь: кто велел украсть мою лодку?! Убьют ли тебя потом, это ещё чёрная бабка надвое сказала, а так ты переживёшь этот день. Если поможешь, я возьму тебя к себе, будешь помогать мне грабить других.

— Грабить?

— Короче, не забивай себе черепную кость. Выбирай, жизнь или лодка? Жизнь твоя, скажешь — будешь жить, а не скажешь… — и я слегонца так стукнул его пистолетом в промежность.

Мудак скорчился от боли.

— Вот видишь, у всех есть слабое место, и у тебя тоже.

Не знаю, что его сломило сильнее, но этот Мудак решил всё же сдаться мне на милость. Поломался немного и выдал всех заказчиков и подельников.

— Ясно, погнали к ним.

— Но они убьют и тебя, и меня. Ладно тебя, но меня-то за что?

— Логично. Оружие у них есть?

— Да.

— Какое?

— Пистолет и винтовка.

— Угу, пошли со мной. Надо подготовиться.

Как не упирался этот товарищ, он в итоге поднялся, оделся и, подгоняемый грубыми пинками, поплёлся в нужную мне сторону. К гостинице. В ней я под удивлённым взглядом Мудака деловито залез в свою сумку, нащупал там автомат, проверил его, взял пару запасных магазинов, обернул всё это тряпкой, и мы отправились к заказчикам кражи.

Он уже не сопротивлялся, а шёл туда, где находилась моя лодка. Идти оказалось далеко, но лучше идти, чем не идти. Мы пришли в отдалённое селение, что имело небольшой причал. Возле причала, среди обшарпанных ветхих посудин величаво колыхалась на волнах моя лодка. Вот она — кормилица! Вот она — моя пираточка…

— Вон она!

— Угу, а теперь пошли разбираться с теми, кто её заказал или украл, как тебе удобнее думать.

Вор кивнул и снова безропотно пошёл вперёд. Сейчас он топал гораздо уверенней, чувствуя за своей спиной автомат в моей сумке. Через пару минут мы подошли к лачуге, что выглядела не намного лучше той, где прозябал Мудак.

Возле лачуги никого не было. Видно хозяин решил почивать от трудов праведных. Ну, может оно и правильно, а может, и нет. Удар ногой прервал его сладкий предобеденный сон.

— Ты кто? — успел он спросить и тут же получил удар ногой в лицо.

— Дед Пихто! — ударил я ещё одного, что некстати вылез откуда-то.

— А это бабка Тарахто, — представил я своего невольного товарища и снова вломил первому.

Ствол автомата небрежно уткнулся в живот третьему, что сидел в обнимку с бутылкой местного бананового пива.

— Отдыхаете?

Ответа на свой риторический вопрос я не получил, только испуганное молчание и жалобные стоны. Невежливые…

— Вы мою лодку украли?

Их лидер мгновенно сориентировался.

— Это он украл, — ткнул он пальцем в Мудака, — мы ни при чём!

— Согласен, но продал он её вам?

— Нет, — глядя в чёрный зрачок ствола автомата, уверенно отрёкся главарь. — Мы же не знали, что ты владелец, и что ты такой резкий.

— Я не резкий, я решительный словно эсминец, и ваши чёрные шкурки могут пойти на мою кибитку. Я в ней путешествую по свету... Есть желание пожертвовать своей дерьмовой шкурой?