Сон Милоники
Шрифт:
Потом пришла боль а вместе с ней и реальность. Я все-таки, похоже, потеряла сознание, а вернувшись из забытья снова оказалась на костре из ран. Тело послушно выгнулось, пальцами я искала за чтобы зацепиться, почему-то мне казалось, что из этого котла страданий есть выход и сейчас я его найду. Уши разорвал крик, перешедший в хрип, и только потом я поняла, что это кричу я.
Сколько это длилось, сколько я кричала, хрипела и билась в тисках собственной плоти, бессвязно умоляя лишенных жалости Богов о смерти? Не знаю, кажется, не так долго, но для меня все смешалось, я слишком часто теряла себя и реальность вокруг, чтоб быть хоть в чем-то уверенной. Но в какой-то момент все стало стихать. И я ощутила внутри себя, а потом и в собственном теле странную тяжелую, чуждую магию и вспышкой пришло понимание: пустота мне не лгала, она действительно помогает, исцеляет меня, чтобы я сдержала свое слово! А вслед за медленным успокоением в мой разгоряченный разум ворвался Его голос:
— Умоляю, только не умирай! Не оставляй меня! Боги милостивые, да что же случилось?! — Он шептал, потом срывался на крик и снова шептал. Он говорил много… но большая часть слов от меня почему-то ускользала. — Молю, пожалуйста, только не оставляй меня!
Я поняла, что просто устала, теперь, когда боль отступила, мне просто хотелось спать. Все чего я так жаждала, я получила: Он рядом, я свободна и пока жива, а значит можно просто немного отдохнуть.
Меня подбросило и швырнуло о землю, потом еще и еще раз… А затем все вокруг взорвалось ужасающим воплем:
— Нет! Пожалуйста! Нет! Только не это!
Его крик был настолько пугающим, что я забыла обо всем. Взор взрезал темноту моего слепого положения так резко, что я застонала от неприятных ощущений и рези. Я и подумать не могла, что взор может так влиять на сознание разумного. Он держал меня в объятьях, прижимал к груди, так что я оказалась в центре лазоревой пляски сотен всполохов родной энергии.
Как только я застонала, Он отпрянул от меня. Ладонь прижалась к моему лицу.
— Ты?! Ты жива?
— Относительно… — прохрипела я. Голос словно бы и не был моим, а совершенно чужим.
— Но я тебя не вижу! — выкрикнул Он.
Я подняла руку и всмотрелась в нее. Действительно, сияния своей энергии я не увидела, словно бы моей руки не было вовсе. Любое существо излучает энергию, даже мертвое, та же нежить и погань излучают ее даже став пылью. Есть только одно существо в нашем мире и только в одном случаи, которое не излучает вообще ничего. Мои сородичи, возвращаясь к Богам не оставляют в этом мире никакого магического или энергитического следа, а только лишь материальное тело, но его взором не разглядеть, только нормальным зрением.
Я хмыкнула, значит и здесь пустота оказалась права, я действительно не переживу ее вмешательства и переход Печати.
— Тише! — попросила я. — Я жива, разве не видишь?
Повисла пауза.
— Я не могу исцелить твои раны, я их даже толком не вижу! — признался Он.
— Этого не нужно. — я попыталась улыбнутся. — Все хорошо…
— Тут недалеко ручей, побудешь одна? Я быстро? — Его голос был совсем и не Его, а каким-то истеричным, вздрагивающим.
Я кивнула, потому что это было проще, чем говорить. Он аккуратно и бережно уложил меня на что-то мягкое и зашагал куда-то в сторону. Вернулись лазоревые переливы в мой разноцветный мир достаточно быстро.
Он сначала помог приподнять голову, а потом протянул мне флягу. Я хорошо знала переливы меди, чтобы не понять, что у Него в руках. Я выпила все, что в ней было. Вода была лучшей, что я пила в жизни. Сладкой, холодной и просто нужной.
— Помоги сесть. — попросила я.
Пауза. Он медлил.
— Я боюсь тебя трогать. Твоя аура… И ты вся в крови… вдруг там слишком серьезные раны, а моя магия не может тебя исцелить, все отскакивает как-будто ты не…
— А так вот чего меня так подбрасывало! — догадалась я, вспомнив странность перед его воплем, который окончательно лишил меня шанса на сон. Вся эта ситуация была так нелепа, что я не выдержала и засмеялась. Острая колющая боль заставила взвыть и закашляться. Кровь, снова кровь. Я сплюнула. — Все равно помоги.
Он молча поддержал за плечи и прислонил к широкому стволу старого дерева.
Он намочил кусок ткани в воде и принялся аккуратно протирать мне руки.
— Давно я тут?
— Несколько минут, не слишком долго, если ты об этом… — Он ответил не своим голосом, а каким-то наигранно-уверенным. — За тобой погоня? — по-деловому уточнил Он.
Я улыбнулась, но смех сдержала.
— Уверена, что будет, но сейчас это не важно! — чем быстрее пропадала боль, тем больше душу захлестывал азарт. Месть, я скоро отомщу…
— Тебе нужен лекарь или целитель, а еще лучше кто-то из наших Старейшин! Мне нужно немного отдохнуть, и я смогу открыть переход в ближайший храм, а там послушники помогут и вызовут тебе целую орду врачевателей, ты только не молчи… говори со мной…
— Нет! — уверенно заявила, обдумывая все варианты.
— Что, нет!? — возмутилась лазурь прямо передо мной Его голосом.
— А, кстати, что сейчас?
— В смысле?
— День, ночь?
— Закат был около часа назад… а ты что сама не… — он вдруг осекся, замер, а потом я увидела, как Он быстро трет мне лицо влажной тряпкой. Не смотря на резкую боль в глазах, я была ему очень благодарна.
Он вскрикнул, тряпка выпала из руки, а его фигура резко отскочила от меня и поднялась на ноги.
— Что это?! — кричал он. — Кто мог такое сотворить? Что вообще происходит?
Его силуэт потускнел, ему было больно и страшно за меня.
— Не надо, прошу не надо! — попросила я, протягивая к Нему руку. — Просто, не надо!
Он опустился на колени передо мной, но я не видела Его лица. Он просто стал расплываться, пропадать. Я испугалась за Него, но потом поняла, что дела не в Нем, а во мне.
— Что… что мне делать? Как помочь?
— Ничего не нужно, — успокаивала я, пытаясь дотянуться до Его лица.
— Прости меня! Это я виноват!
— Глупости!
— Мы справимся, просто потерпи немного. Я найду лекарство! И все будет, как раньше!
Я рассмеялась, снова закашлялась, только теперь кровь изо рта попала ему на колени. Он опустил голову, потом резко прижал меня к себе, так что я окунулась в тепло лазури, в Его ласку и нежность. Ничего уже не имеет особого значения, если Он рядом со мной.
Мы помолчали. Я больше не пыталась говорить, боясь довести Его до истерики или срыва. Я не хочу, чтобы Он страдал, пусть эти страдания и ничто по сравнению с тем, что Он мог бы испытать, если бы наша связь была, такой же, как много лет до сего дня. Он ласково гладил по голове, явно опасаясь сделать мне больно, но при этом, не отстраняясь, мне даже показалось, что Он боится отойти от меня… боится, что я умру в любую минуту. Это ощущалось в Его сиянии, и Он сам старался себя подготовить к этому…