Сон в красном тереме. Т. 3. Гл. LXXXI — СХХ.
Шрифт:
— Что тут у вас случилось? Может быть, вспомнили о второй госпоже Фэнцзе?
Тут Цяоцзе еще сильнее зарыдала.
— Бабушка, не будем болтать попусту, — заявила Пинъэр. — Вы названая мать барышни и должны знать о случившемся!
Когда Пинъэр все рассказала старухе, та испуганно вскричала:
— Барышня, ты ведь умная! Неужели не знаешь, что из любого положения есть выход?!
— Вы можете нам помочь? — воскликнула Пинъэр. — Говорите же!
— А что здесь трудного? — спросила старуха. —Барышня исчезнет — и все. Только никому об этом ни слова!
— Не годится! — решительно заявила Пинъэр. — Куда можем мы скрыться? Ведь мы у всех на виду!
— Если хотите, поедем в деревню! Я спрячу барышню, а зятю велю найти надежного человека, чтобы отвез письмо барышни отцу. Отец и приедет. Согласны?
— А если узнает старшая госпожа? — забеспокоилась Пинъэр.
— Разве известно ей, что я здесь? — спросила старуха.
— Думаю, что известно! — ответила Пинъэр. — А старшей госпоже только попадись, уж она не пощадит! Живет она в передней части дворца. Если ты вошла через парадные ворота, она знает, что ты здесь, если же через задние, можно не беспокоиться!
— Я велю зятю прислать повозку, и мы увезем барышню! Давайте только уговоримся о времени! — сказала старуха.
— Чего там договариваться! Я сейчас же распоряжусь! — ответила Пинъэр и побежала к госпоже Ван. Но госпожа Ван не могла согласиться на предложение старухи Лю.
— Другого выхода нет! — доказывала Пинъэр. — Вы притворитесь, будто ничего не знаете, нарочно спросите у старшей госпожи, куда исчезла Цяоцзе, а мы из деревни пошлем ко второму господину Цзя Ляню человека с письмом, и он приедет!
Госпожа Ван лишь вздохнула в ответ.
— Спасите меня, госпожа! — умоляла Цяоцзе. — Отец будет вам так благодарен!
— Рассуждать некогда! — заявила Пинъэр. — Прошу вас, госпожа, прислать человека, который присматривал бы за комнатами, пока нас не будет.
— Смотрите, будьте осторожны! — промолвила госпожа Ван. — Ведь вам еще нужно приготовить одежду и постели!
— Ехать надо прямо сейчас, — возразила Пинъэр. — Не то может быть поздно!
— Да, да! Поспешите! — вдруг спохватилась госпожа Ван. — Если надо, я помогу!
Госпожа Ван отправилась к госпоже Син, чтобы занять ее болтовней, а Пинъэр тем временем собрала людей и отдала необходимые распоряжения.
— Не прячьтесь, делайте все открыто! — предупреждала она. — Если спросят, скажете, что старшая госпожа велела приготовить коляску для бабушки Лю.
Затем Пинъэр велела слугам, присматривавшим за задними воротами дворца, нанять коляску, одела Цяоцзе в простое платье и вышла вместе с нею, будто бы проводить бабушку с внучкой, юркнула в коляску, и все уехали.
Следует сказать, что за задними воротами дворца присматривали два-три человека, остальные слуги — а их осталось совсем мало — едва успевали обслуживать огромные помещения, и за воротами никто не следил. А слуги, видевшие Пинъэр и Цяоцзе, тронутые добротой Пинъэр, пропустили их и ничего не сказали госпоже Син.
Что же до госпожи Ван, то на душе у нее было неспокойно, и она решила поговорить с Баочай.
Баочай сразу заметила, что госпожа Ван чем-то встревожена, и спросила:
— Что с вами, госпожа?
И госпожа Ван ей все рассказала.
— Это очень опасно! — заметила Баочай. — Надо сейчас же позвать Цзя Юня и сказать, чтобы он отказался от сговора.
— Ни Цзя Юня, ни Цзя Хуаня я найти не могла, — ответила госпожа Ван.
— Делайте вид, будто вам ничего не известно, — посоветовала Баочай. — А я попытаюсь найти людей, которые очень осторожно расскажут старшей госпоже о случившемся.
А сейчас расскажем о ване. Он приехал издалека, намереваясь купить себе нескольких девочек в наложницы. Введенный в заблуждение сводней, на все лады расхваливавшей Цяоцзе, он послал женщин посмотреть на нее. Женщины вернулись и доложили все, как есть, без утайки. Поняв, что девочка из родовитой и знатной семьи, ван сказал:
— Ведь это нарушение закона! Чуть не попал в историю! При дворе делать мне нечего, придется уехать. Если появится кто-нибудь из семьи девочки, отправьте обратно!
Как раз в тот самый день Цзя Юнь и Ван Жэнь привезли вану гороскоп Цяоцзе, но слуги, стоявшие у ворот, замахали руками:
— Мы получили повеление вана задержать и отдать под суд тех, кто привезет из дома Цзя девочку, желая выдать ее за дочь простолюдина! Кто посмел заниматься такими делами в годы твердой императорской власти и порядка в стране?!
Перепуганный Ван Жэнь, а за ним и остальные обратились в бегство. Домой они вернулись ни с чем, проклиная тех, кто их выдал. Цзя Хуань, услышав, что его зовет госпожа Ван, переполошился. Но вдруг заметил Цзя Юня и бросился к нему:
— Все устроилось?
— Где там! — с досадой произнес Цзя Юнь. — Нас выдали!
И он рассказал Цзя Хуаню о постигшей их неудаче.
Цзя Хуань от волнения не мог двинуться с места.
— Еще утром я расписывал старшей госпоже, какое ее ждет счастье. Что же теперь делать? Вы завлекли меня в ловушку, чтобы погубить!
Тут послышался голос слуги:
— Старшая госпожа Син и госпожа Ван зовут вас, третий господин!
Скрыться было невозможно, и Цзя Хуань с Цзя Юнем, трепеща от страха, отправились к госпоже Ван. Первое, что им бросилось в глаза, — это искаженное гневом лицо госпожи Ван.
— Хорошенькое дельце вы затеяли! — обрушилась на них госпожа Ван. — Извели Цяоцзе и Пинъэр! Сейчас же найдите их, пусть даже мертвых!
Юноши пали на колени. Цзя Хуань с перепугу лишился дара речи, а Цзя Юнь, опустив голову, произнес:
— Я ничего плохого не сделал. Старший господин Син и господин Ван Жэнь сосватали Цяоцзе, а мы вам об этом доложили. Вот и все. Старшая госпожа Син не возражала, даже велела мне написать гороскоп. Но семья жениха отказалась от невесты. В чем же наша вина?
— Цзя Хуань сказал старшей госпоже, что Цяоцзе заберут через три дня, — грозно продолжала госпожа Ван. — Разве это сватовство? Но дело не в этом — поговорим, когда вернется господин Цзя Чжэн, а пока ищите Цяоцзе!
Госпожа Син не произносила ни слова, только плакала.