Соприкосновение. Часть 1, 2.
Шрифт:
Сотворив световой шар, он упал на колени рядом с подопытной, и торопливо начал читать полученные листки.
От нетерпения и волнения, руки дрожали, и его немного потряхивало. Был бы кто сейчас рядом с ним, то наверное испугался: волосы растрепаны, взгляд блуждающий и дикий, на скуле большой синяк со ссадиной, а наполовину оторванный в драке рукав рубашки, он даже и не заметил.
По мере чтения заклинаний, кристалл на его шее то вспыхивал бледно-синим сетом, то гас. Тренируясь, он слабо перебирал пальцами, делая специальные жесты, нужные в обряде, быстро шевелил губами, бегая глазами по строчкам, по мере чтения все больше и больше успокаиваясь. И только нездоровый блеск в посветлевших от магии глазах, говорил о его внутреннем напряжении.
Наконец, дочитав до конца, он вспомнил о своей помощнице. Обряд надо начинать через четверть часа, а ее все нет! Не выдержав, он отправился к ней.
Пролетев вихрем маленький коридорчик (Кейт жила на противоположной стороне), он без стука ворвался в комнату.
То, что он увидел, не подлежало никакому описанию. На разобранной кровати, среди простыней и подушек, словно две лесные нимфы в ярком лунном свете, лежали Кейт и Талли. Последняя была сверху.
От неожиданности Мэйтон так и застыл на пороге, потеряв дар речи. А застигнутые врасплох девушки, взвизгнув, занырнули обратно под одеяло. Мэйтон сотворил световой шарик, чтобы найти точное подтверждение своим глазам. А через мгновение, пунцовая и не менее злая Талли вынырнула откуда-то из-под подушки, не стесняясь встала во весь рост посередине комнаты, и накинулась с руганью на эльфа.
– - Ты что себе позволяешь, а?
– - в гостя полетела подушка, -- Стучаться тебя не приучили, гоблина лесного?
– - И это мне говорит городская ковырялка!?
– - Прошипел он в ответ, быстро опомнившись и ловя подушку.
Талли, как раз хотела что-то сказать, но подавилась воздухом. Однако нашлась быстро:
– - Да кто бы говорил!? Кобель недоделанный!
Подушка полетела обратно, но Талли, ловко увернувшись, показала ему неприличный жест и стала демонстративно неторопливо одеваться, проигнорировав улетевшую в открытое окно постельную принадлежность.
Неприятный момент терял свою неожиданность, а обмен любезностями исчерпал себя.
Мэйтон хмыкнул и философски заметил, -- Мне природой заложено, в отличие от тебя...
– - и показав в ответ не менее обидное, демонстративно от нее отвернулся.
А Кейт, как застигнутая грозным отцом дочь, в объятьях зеленого недоросля, выползла из простыней красная, словно вареный рак, и поспешно натянула свое платье и туфельки.
Мэйтон проигнорировав присутствие здесь Талли, в свою очередь, перекинулся на нее.
– - Я когда просил тебя прийти!?
– - Ты что, моя мать, чтобы меня контролировать!?
– - взвизгнула раздосадованная и пристыженная Кейт.
– - Я так часто тебя о чем-то прошу?
– - укорил он ее.
Злой на себя и на них, он резко развернулся, и пошел прочь в свою комнату. Смотреть на это непотребство глаза его больше не желали.
Наскоро одевшись Талли подхватила свою курточку, и, чмокнув подругу в щеку, попрощавшись, сбежала по лестнице.
Оставшаяся одна, Кейт, несколько мгновений помедлив, решительно направилась в комнату Мэйтона. В конце--концов, что он себе позволяет!? Тоже мне опекун нашелся! Это ее жизнь и ей решать с кем встречаться. Она же не лезет к нему в постель каждый раз, когда ей не нравится кто-то из его подруг!?
Но войдя к эльфу в комнату, тут же забыла все то, что хотела ему высказать, она охнув, обомлела, прижавшись спиной к двери.
– - Ты... ты с ума сошел!
– - испугано прошептала она, сползая на пол, -- И после этого...
– - она показала дрожащим пальцем на распластанную в пентаграмме девушку, -- ты смеешь меня в чем то упрекать?!
Мэйтон обернулся и готовые обвинения в его адрес канули в небытие. Ибо взгляд его был страшен. Но Кейт не была бы Кейт, если бы каждый раз обращала внимание на причуды дурного эльфа.
– - Объясняй мне все по порядку, или я сейчас же развернусь и уйду. И ковыряйся сам в своих некромантских делах! Червяк ты могильный, -- уже чеканя каждое слово, сказала она. Хоть голос дрожал, и в горле резко пересохло.
Мэйтон пожал плечами, и расставляя дополнительные свечи, по-деловому поведал суть своих действий.
– - Во первых: никаких могил тут нет, а во вторых: она сейчас на заклинании "удержания", но у меня не хватает некоторых эликсиров и вытяжек. Я заканчиваю первые приготовления, и мы несем ее в кабинет для опытов...
Потрясенная, Кейт только икнула, ибо ответить на этот бред, означало согласиться на все вышесказанное. И подписать себе вылет из академии, или того хуже смертный приговор, или ссылку куда-нибудь на холерные острова, что в общем одно и то же.
– - ...Проникнув туда, мы рисуем тоже самое на полу в лаборатории наставника, и заканчиваем начатое. Заклинания у меня, -- он потряс бумагами, -- Ход работы тоже. Управимся как раз часа за два, за три и...
– - Зачем!?
– - перебила его девушка.
– - Что зачем?
– - удивленно уставился на нее Мэйтон.
– - Я хочу знать, я требую, зачем тебе... и тем более мне, все это надо?
– - Кейт почти кричала.
– - Во-первых не ори, девку пробудишь, а у меня, еще на нее планы.... Во-вторых -- это нужно мне, мне одному...
– - наигранное спокойствие эльфа грозило взорваться. Однако чувствуя нарастающую истерику подруги, он все-таки смягчился.
– - Всю вину беру на себя, -- и улыбнувшись, что в свете свечей выглядело как оскал, продолжил свое дело дорисовывая символы.
– - Я ухожу, -- спокойно сказала Кейт, не желавшая участвовать во всем этом непотребстве. Руки эльфа застыли над очередной руной.
И он решил воспользоваться своим последним аргументом.
– - Если у меня получится, то я смогу вернуть тебе отца... или мать, -- не оборачиваясь, тихо сказал он.
Рука Кейт застыла на ручке двери, -- ... Ты же всегда хотела нормальную семью?
Первый ужас от увиденного немного прошел, и Кейт снова заинтересованно повернулась в его сторону. Но тут же, пришло и понимание.
– - Нет, спасибо, родители-зомби меня как-то не интересуют.
Мэйтон подкатил глаза.
– - Разве она мертва?
– - показал он на девушку, -- Она просто спит...
– - И никогда не проснется...
– - парировала Кейт.
– - Проснется, но только в лучшем мире, я дарю ей лучший удел. Без клопов, пьянчуг и тараканов.
– - Это ты решил? Решил за нее? А ты её не забыл об этом спросить? Ты не имеешь права решать, кому быть, а кому нет!
– - кричала она, засыпая его обвинениями.