Чтение онлайн

Сделать с ней он ничего не может, так как весь бизнес и половина имущества принадлежат супруге. Ребенок, конечно, в его доме не останется, а перейдет в род жены, так как женщина в принципе не может обзавестись бастардом — все ее незаконнорожденные дети отходят в родительский род. Способ убийства был выбран древний, как мир: посажение на кол. Ты знаешь технику? Нет? А вот я знаю и с удовольствием поделюсь этой информацией! Галиб Абул Аль-Халиль — именно он подсказал мне несколько способов сажания на кол. Как оказалось для стран Востока это обычная практика. Только в основном так наказывают женщин за измены, а не мужчин. Так вот: я выбрал в лесу подходящее дерево, толщиной примерно с мою руку, и приказал альфонсу, находящемуся под империусом срубить его и заострить. Мучился он довольно долго, стерев свои нежные ладони до крови. Когда с приготовлениями было покончено, я закруглил кончик кола и намазал его обычным подсолнечным маслом. Затем я уложил бревно на земле, а моего спутника положил над ним так, что закругленная верхушка уперлась прямо в его задницу. Руки его были связаны за головой, а веревка зафиксирована под грудью. Напоминает легкий БДСМ.

— Знаешь, меня это почему-то дико возбуждает! — поделился я своими впечатлениями с альфонсом.

Да, он был смазливым на мордашку, хорошего телосложения и причиндалы довольно выдающиеся. К тому же я точно знал, что свои делишки он проворачивает не только с дамами — универсальный подонок, но какой же он, все-таки, чертовски сексуальный! На мою фразу он ничего не ответил, ах да, я же «Силенсио» наложил, чтобы не привлекать внимания, к тому же мне было жалко свои уши, ведь я должен досмотреть казнь до конца, чтобы передать свои воспоминания заказчику.

Я наколдовал две веревки и привязал их к щиколоткам жертвы. Дальше нужно действовать очень аккуратно, чтобы парень не умер от шока. Я накинул на него облегчающее заклинание, встал так, что бревно оказалось между моих ног, а объект интереса расположился лицом ко мне и начал тянуть веревки на себя. Чтобы проделать это правильно и в одиночку пришлось проявить смекалку и инженерную жилку: я обогнул веревками деревья стоящие неподалеку, таким образом, мой паренек оказался в позиции «в разножку», что существенно облегчило мою задачу.

Когда круглый кончик коснулся его ануса, он вздрогнул, и его глаза расширились от ужаса. Думаю, именно в тот момент он окончательно понял, что все происходящее отнюдь не сон и не шутка, а так же пришло осознание, что именно с ним хотят сделать. Я же, как и хотел клиент, всячески унижал его словесно, объясняя причину данного зверства, всячески осуждая его действия и развратный образ жизни. Так же я выпытывал сведения о припрятанных заначках и способах их изъятия — это уже исходя из собственного интереса. Когда деревяшка проникла вовнутрь его прямой кишки примерно на десять сантиметров, у него уже стоял, причем довольно сильно. Член пульсировал и подрагивал, а сам он плакал и открывал рот в немом крике, так как делать это вслух я категорически запретил. Думаю, что любовника с таким толстым агрегатом у него еще не было, а теперь уж точно не будет.

Я перехватил веревки поудобнее и потянул еще раз: парень выгнулся дугой и кончил, выплескивая сперму себе на живот и грудь. Ну вот, хоть напоследок удовольствие получил! Однако вокруг его ануса уже виднелись разрывы и сочащаяся кровь. Проникновение достигло двадцати сантиметров, и мой мальчик совсем обмяк, собираясь впасть в спасительное забытье. Как бы ни так! Я еще узнал не все, что хотел. На помощь мне вновь пришло старое доброе бодрящее зелье. Я решил дать ему немного передохнуть. Сам же я достал сигарету и, подкурив волшебной палочкой, с наслаждением затянулся. Должен признаться у меня самого уже каменный стояк, к тому же падать он не собирается. Я, правда, старался держаться, как мог, думать о квиддиче, драконах, даже Кикимере, но слишком уж он казался мне аппетитным! Так что я не удержался.

Легким взмахом палочки я удалил все зубы из его рта, наложил еще одно «Империо» и приказал сделать мне миньет, устроившись членом прямо над его головой. Как только его губы коснулись головки моего крепыша, я издал вздох облегчения. Однако юноша не спешил сделать мне хорошо, а лишь елозил языком по поверхности. Терпения и выдержки на любовные игры не хватило, так что я грубо пихнулся в его рот и начал неистово трахать. Я чувствовал, как головка упирается в его гланды, как пропихивается дальше, заставляя его издавать неприятные булькающие звуки, но мне было откровенно наплевать на его комфорт — я просто хотел кончить. Его горло было очень напряжено, еще ни разу я не чувствовал такой тесноты вокруг своего члена. Проделав еще пару толчков, я кончил, затем вытер член об его лицо, наслаждаясь его унижением и своим удовлетворением. Похоже я чертов извращенец!

Спешить было некуда, так что я вновь взялся за сигарету. Докурив, я привел в порядок сначала себя, затем паренька, удалив всю сперму, как с его лица, так и изнутри — нельзя оставлять своих биологических следов на теле жертвы. Склонившись над ним, я влил в него еще одну порцию бодрящего, не удержался и впился страстным поцелуем в его пухлые губы. Должен заметить получилось ничем не хуже, чем с девушкой, но этот эпизод я затру в собственных воспоминаниях. Пришло время продолжить начатое. Я вновь взял «поводья» и потянул, когда кол вошел в него на тридцать сантиметров я предпочел остановиться и рассмотреть его повнимательнее. Глаза паренька были красными от слез и не только — несколько капилляров в них лопнуло, и теперь он чем-то смахивал на Темного лорда. Интересно, а у Тома есть анус? Ведь, насколько я помню, во время возрождения мужских, да собственно и женских, причиндалов у него не имелось. Хотя, может, он уже исправил эту оплошность.

Я направился в заранее приглянувшееся мне место, левитируя за собой человека с бревном в заднице. Собственно оно только вошло через зад, а находилось уже в кишках, порвав прямую кишку и, возможно, мочевой пузырь. По моим расчетам острие заканчивается где-то в районе желудка, и не должно было пробить диафрагму. Но еще, как говориться, не вечер! А вот и он — муравейник. Теперь самое жестокое: я стал приподнимать паренька таким образом, что он оседлал бревно и остался сверху как рождественская звезда. В вырытую с помощью магии яму я установил бревно и закрепил. Кол я не стал делать высоким, так что его ноги не доставали до земли всего сантиметров пятнадцать. Струйки крови, поддаваясь законам гравитации, стремительно стекали на землю, рядом с муравейником, жертва корчилась, а я внимательно наблюдал.

В книжке по истории я прочитал о том, что это была излюбленная казнь Влада Цепеша, известного так же как Граф Дракула. Знаешь, а я его понимаю — зрелище завораживающее! Я когда в том однодневном году прибывал, охотился и рыбачил попутно. Так вот, я тогда освоил охоту на рыбу при помощи заостренной палки. Просто стоишь в реке, как дурак и высматриваешь рыбу, затем метишься и кидаешь в нее самодельное копье. Раз на раз не приходится, но когда на острие палки трепыхается твоя добыча — распирает гордость. Вот чем этот парень не добыча? Я выследил его, схватил, а теперь он дергается на моем «копье». Внутренний, немного гаденький голос, с сарказмом отметил, что свое «копье любви» я в него тоже не забыл воткнуть.

А вот и мелкие букашки полезли вверх по стволу: кое-кто пристроился возле струйки и поглощал липкую красную жижу, а кто-то, видимо очень пытливый, пытался выяснить, откуда же им привалило это счастье. Я наколдовал себе кресло, сигарету и бокал вина — не стоять же мне все это время! Умирать он будет довольно долго, возможно несколько дней, но мне достаточно провести здесь пару часов, ну, может чуть больше. Мальчик-то совсем хилый и боль терпеть не умеет, так что через некоторое время, так как я перестал вливать в него зелье, он умрет от болевого шока. Под тяжестью собственного веса альфонс уже ниже съехал по стволу, и кончики его больших пальцев касались земли. Он пытался приподнять себя, упираясь в землю, но, судя по его гримасе, это доставляло больше боли, чем облегчения.

Мураши же уже вовсю ползали по его голому телу и нещадно вгрызались в его кожу. Он попытался их стряхнуть, дернувшись, но от этого только глубже насадил сам себя и уже твердо стоял ногами на земле. В этот момент послышался звук разрываемой плоти, я даже скривился, представив, что он при этом испытал. Должно быть, он окончательно порвал жопу, пробил диафрагму и, возможно, задел легкое. Видимо от потрясения и, не сомневаюсь, чудовищной боли, он отключился. А я развеял созданные мной удобства, вылил на его голову банку заранее припасенного жидкого меда, замел свои следы и вернулся портключом в дом деда.